Мальчик в странной одежде

Глава 8 - Знаете, может быть, вы и правы, что я псих. Я не могу понять, почему я это сделал. Я не был в беспамятстве, точно осознавал, почему и зачем, в любой момент я мог остановиться, но не сделал этого. Это было противостояние двух сил. Добро олицетворяет любовь, слабость, верность, а зло – ложь, алчность, беду, безумие. Добро всегда побеждает зло, несмотря на свою беспомощность. Но если добро способно чувствовать или выражено человеком со слабой волей и сильной решимостью, оно обречено. Зло всегда может сменить маску и тактику наступления. Зло беспристрастно, от него веет холодом, оно лицемерно. Все были слепы, все жертвы. Зло очень легко заметить и раззадорить его интерес, стоит только двум сторонам столкнуться взглядами… Во время этой незаметной для окружающих борьбы все ждут света, ждут, что хорошая сторона нанесёт сокрушительный удар. Ждут, что над тьмой внезапно вспыхнет солнце и испепелит несчастье. Но они не задумываются над тем, что именно солнце причиняет дикие ожоги… Никто не хочет знать, что чёрные дыры-это те же потухшие звёзды… Все люди добра стоят на краю высокого моста, раскинув руки, некоторые медлят, а некоторые, которые решительней- делают шаг в пустоту сами. По этому мосту, мимо этих людей проходит толпа, бесконечная толпа, она полна ненависти к этим людям. В этой толпе находятся личности, которые могут незаметно подтолкнуть, помочь найти путь к истине. А люди зла строят дома из слёз и мук. Строят домашний очаг на костях страдающих. Другие смотрят на это, ничего не возражая. Все в тайне мечтают о таком доме, чтобы камень за камнем замуровать себя в нём. Это самый лучший выход. Каннибализм не считается каннибализмом, если это не доказано немым. Инцест не считается инцестом, если этого не увидел слепой. Убийство не считается убийством, если крики не слышал глухой. У ангелов белая плоть, красная кровь, они приличны и мягкие на ощупь, они освещают нас, не способны уничтожить или испортить творение отца, не могут. Никто, кроме Люцифера… Я готов убивать от одиночества, в моих жилах течёт чёрная кровь. Больной мозг, на моих небесах нет Бога, но Люцифер, о падший ангел с чёрными крыльями, по-прежнему освещает мой лик. Добро пожаловать во тьму… Мы находимся не в той реальности, красивые девушки так уродливы, тёплые руки холодны, смех больше не здоровый, все часы остановились. Любовь – это война. Странное чувство пустоты и лёгкости не покидает, оно расширяется и убивает. Два – объяснения найдены. - Спасибо, Томас. Я понял, что вы такое…прощайте. Снова медсёстры берут под руки, мило улыбаются и ведут в мою «камеру одиночного заключения». Белый светлый коридор, комнаты расположены по обе стороны, слышны стоны, крики, рыдания, я молчу. Натуральная улыбка и потеря рассудка здесь синонимы. Тяжёлая дверь. В комнате нет ничего, кроме кровати, вентиляционной шахты, закрытой массивной металлической решёткой. В двери есть окно, перекрытое толстыми прутьями. Действовать нужно эффектно и неожиданно. Резко вырываюсь из рук медсестер. Это не очень удобно в смирительной рубашке. Бегу прямо по коридору. Мне повезло, что сейчас лето, в больнице жарко, окна открыты… Меня зовут Том Трюмпер, мне восемнадцать лет. Полгода назад я убил свою первую любовь Вильяма Каулица. Приближаюсь к цели… Я признаюсь в своём безумии и дикой жестокой любви. За мной погоня, но они не успеют… Я выполнил условия своего тёмного договора. Запрыгиваю на подоконник с одного прыжка. Идиоты, не поставили решёток на окна. Прощайте… Последний шаг в бездну. Одиннадцатый этаж. Крик. Свободный полёт. Отчаянная радость. Уродливая любовь. Глухой стук об асфальт и хруст ломающихся костей нарушил тишину летнего дня. Лужа алой липкой тёплой крови, запеклась под лучами солнца. Дело может считаться завершённым. Один – занавес.