Никто не должен узнать

Тучи весь день грозно сгущались над ветреной девушкой, не давая еq глотнуть солнечных лучей, в которых она так нуждалась. А по прогнозу обещали солнце без холодных ветров. В студии на удивление творилось мирное взаимопонимание: Дов без криков и грозных жестов втолковывал всем планы на сегодня, Микеле только один раз запутался в словах, но заботливая Клер объяснила нашему итальянцу все непонятные выражения. Флоран, как и Мэл, сидел в телефоне, смотря на его экран усталым взглядом. Меня же увлек рассказ Солаля о мифах и сказках древних греков, которые я любила ещё со школы. Он рассказывал таким мелодичным и убаюкивающим голосом, что глаза слипались, а я забывала о работе. Сегодня никто не ушел раньше положенного времени, но стонов и нытья ни от кого не было слышно. Темнота окутала Париж, а фонари светили на тротуары для заблудившихся людей. - Завтра мы будем записывать Tatoue-Moi, - напомнил Флоран, взяв в руки свою гитару. - Если честно, я не очень понимаю эту песню. А Дов ещё хочет снять на нее клип, - ответила я, всматриваясь в текст. Мы втроем сидели в гостиной, как и день назад: Микеле в кресле напротив Флорана, а я рядом на диване. Белые листы лежали на журнальном столике, который разъединял Сальери с Моцартом приблизительно на метр. Только в этот раз гитару держал только Фло, а мы дружно ему подпевали. Не знаю почему, но именно в такие моменты я ощущала себя свободной и… счастливой. Мне не хотелось закрыться в своей собственной комнате, чтобы меня никто не видел, мне не хотелось прыгать и скакать по всей надоевшей квартире да по знойным улицам. Мне хотелось просто остаться на этом белом диване, в этой небольшой гостиной, слышать тихие звуки струн, наполнявшие эту комнату особым теплом, чувствовать рядом голос Флорана и видеть лучезарную улыбку Микеле. Почему Флоран стал мне дорогим? Ведь именно ему я рассказала о своей проблеме в семье. Почему я ему доверилась? Мы знакомы не так давно, чтобы считаться близкими людьми, однако он произвел на меня сильное впечатление. Не такое, как произвел Микеле. Мик был мне настоящим братом, иногда старшим, а иногда я брала на себя роль первого ребёнка и помогала мальчику разобраться. А Флоран… Почему человек, только что вошедший в мою жизнь, так на меня влияет? Я же не люблю его?.. Когда мы посмотрели на циферблат, висевший на кухне, оказалось, что уже час ночи. - Ты должен остаться здесь. Ночью слишком опасно водить, тем более ты устал, - пыталась уговорить я Флорана. Мысль, что с ним может произойти какая-либо беда, терзала душу. - Маэва правильно говорит, - поддержал меня Микеле, и после наших долгих уговоров Флоран остался на ночь, а я поймала себя на мысли, что скоро вся труппа переедет ко мне в квартиру и мои соседи вызовут полицию из-за вечного шума. - Я не знаю, как вас отблагодарить, - замешкался Фло перед самым сном. - Ну что ты, только Моцарта ночью не отрави, - сказала я, и он, поцеловав меня в щечку, пожелал спокойной ночи. Ой, не знаю, будет ли она спокойной. Какие чувства у меня к этому милому и застенчивому французу? Я не знала. Я не знала также и ответы на последующие вопросы, которые крадутся вслед за этим по пятам. Но ведь нельзя же влюбиться, только взглянув на человека. Тем более нам нельзя иметь никаких любовных отношений с участниками труппы, но Маэва, кто тебе сказал, что у Флорана тоже зародились какие-то чувства? Эту ночь я практически не спала, вертясь в постели, и даже теплые пастельные цвета стен не помогали закрыть глаза. В моей голове было слишком много мыслей, давивших со всех сторон, но я сумела с ними побороться и одержала победу, тихо заснув, закутавшись в одеяло. Будильник яро кричал «вставай», а я тут же выполнила его приказ, боясь, что проспала. Всю ночь мне снилось окно, за которым идет проливной дождь, но мне было это в радость, я будто бы мечтала о ливне в свой выходной. Переодевшись в джинсы с футболкой, я осторожно вышла на кухню и увидела Флорана, перед которым лежало три тарелки с омлетом и разными овощами, видно, что это произведение от Микеле. - Доброе утро, Маэва, - улыбнулся мне Фло, а я села напротив. Погода стояла точно такая же, как и вчера весь день, казалось, солнце и вовсе забыло Париж, но лишь одна улыбка обещала, что это день не будет хмурым или скучным. - Доброе. - Доброе утро, мои друзья! – запел Локонте, выйдя из своей комнаты и быстро сев на стул рядом с Флораном. – Как вам погодка? Не самая приятная для лета. -Я люблю такую погоду, когда гуляешь во время туч, можно подумать, - сказал Флоран, поедая свой завтрак. - И о чем же ты думаешь, гуляя? – задала вопрос я, выжидающе на него взглянув, а он ровно смотрел в мои глаза. - Обычно о музыке. Ну, или о проблемах, окружающих меня. - Не знаю, меня пасмурная погода убивает. Мне кажется, что на весь город давят, а город давит на тебя. Мне больше по вкусу солнце, - отозвался итальянец. - Оно и видно. А для тебя какая идеальная погода? – снова карие глаза всматривались в мои, отчего становилось не по себе. - Не знаю. Мне нравится и солнечная, и пасмурная, и дождливая погода. Думаю, для меня главное, с кем я гуляю в данный момент, а там уже погода не имеет значения, - завершив беседу о погоде, сказала я, и мы все отправились на выход. Песня, которую, как я уже говорила, я не слишком поняла, понравилась всем певцам. Каждый подпевал с огромным удовольствием, а Микеле даже поменялся в настроении. Если утром на его лице всё ещё царствовала хмурость, то песня «Tatoue-Moi», как властвующая королева, свернула плохое настроение. Весь день меня клонило в сон, а Солаль, издеваясь, пел колыбельные, поэтому я часто переходила в другой угол комнаты, лишь бы не слышать убаюкивающие мотивы. - Перерыв тридцать минут! - заявил Альбер, и все поторопились на свежий воздух или же в буфет, а для меня это было прекрасная возможностью отдохнуть. - Ты не идешь? - спросил Со. - Нет, я наконец-то смогу вздремнуть,- уже предвкушая сон, говорила я. Солаль лишь кивнул и быстро поплелся за труппой, а я улеглась на мягкий диван и, закрыв глаза, окунулась в прекрасный мир сновидений. Мне снова снился Флоран. Его изящные пальцы касались моей пылающей кожи, которая казалась крыльями бабочки. Его губы что-то таинственно шептали, а я не могла понять, что же говорил мне француз. - Маэв, вставай,- легкое, но требовательное касание уточненной руки помогло мне открыть глаза и забыть сон. Перед собой я увидела Мелиссу, а позади стояла Клер, осматривая меня. - Будешь хлебцы? - Мэл протянула упаковку с прямоугольниками, а я, взяв один, поднялась с дивана. - Я о сне весь день мечтала, - девочки как-то загадочно посмеялись. - Когда мы на примерку едем? - Завтра. - О, получается, что после мы будем свободны? - Да,- сказал уже вошедший Дов в руках которого также красовалась еда. За ним вошла остальная труппа, и все приступили к работе. Мик чем-то интересовался у Дова каждую минуту. Либо итальянец пел, либо разговаривал с продюсером, а остальные перечитывали сценарий, тем самым уча свои роли. - Маэва, давай сделаем фотографию на память? - подсел ко мне Солаль, и щелкнув фотоаппаратом, поспешил посмотреть фото. - Я была не готова, давай еще? - Как хочешь, - ответил тот, а я, сделав счастливое лицо, приготовилась к щелчку затвора. - Ну показывай же, - Со открыл нашу совместную фотографию, и я заметила какую-то грязь у себя на лбу. Мои глаза прищурились, я тут же подошла к зеркалу, и они сразу расширились. Грязь оказалась черным фломастером, въевшимся в мою кожу. На лбу красовались острые сердца и подпись "Моцарт. Рок-опера". Я должна была испытывать любовь за столь теплые сердечки, но мысль о том, как я буду все это смывать и сколько я проходила так, заставляла посмотреть на все совершенно с другой стороны. Мне было смешно, как и всем участникам труппы, которые сидели с невинными лицами на диване, и было немного неловко за столь большое внимание к моей персоне. - Ты проходила так целый день и не заметила! – с энтузиазмом заговорил Мик, явно радуясь. - Я бы на твоем месте не спал среди этих людей. - сообщил Дов, а труппа еще больше рассмеялась, словно дети перед просмотром мультиков. Я невольно посмотрела на Флорана, которой улыбался своей счастливой улыбкой, и поймала себя на мысли, что хотела бы видеть эту улыбку всю свою оставшуюся жизнь. - Ребята это, конечно, все очень мило, но вы уверены, что это сотрется? - Разве ты посмеешь стереть такую красоту? - Пойдем, - Мэл прихватила свою немаленькую косметичку, в которой находилась чудодейственная жидкость для лица от всех красящих веществ. - Только ты потом не удивляйся, что увидишь целую серию фотографий нас и сонной тебя. - О, я в этом не сомневалась. Кто хоть придумал? - Ты хочешь, чтобы я выдала своего друга, а потом ты отомстишь ему взамен? Флоран, - всё-таки выдала виновника Мелисса, а я заверила, что с ним ничего не будет. Все попрощались до завтрашнего дня, а я уже села в знакомую мне машину на переднее сиденье. Улицы сменяли одну за другой, а ветви деревьев, словно большая карусель, вертелись в разных направлениях. - Кстати, ребя,т вам интересны спойлеры клипа Tatoue-Moi? - Не томи уже, Микеле, - посмотрев в окно заднего вида, сказал Флоран. - Дов сказал это по секрету, Сальери и Наннерль будут целоваться, то есть вы, - и тут мне стало как то не по себе. - А как эти персонажи вообще взаимосвязаны? - Ну задумка такова, что Моцарт видит Наннерль и Сальери вместе и становится зол на них. Как-то так. Флоран ничего на это не ответил, а я все еще чувствовала себя не в своей тарелке. Микеле прямо выпорхнул из машины у нашего дома, но Флоран вопросом заставил меня задержаться: - Маэв, я тут подумал, может, стоит прорепетировать? Ты не подумай ничего такого, просто, возможно, это поможет нам... - Чтобы у нас не было неловкостей на площадке,- завершила я, а тот облегченно улыбнулся. - Ладно, может, тогда завтра? Завтра единственный полусвободный день. - Тогда после примерки я заеду, - и мы попрощались. - А у тебя уже есть сценарий или образец его? - Микеланджело сидел на диване и читал поучительные книги о Франции, её истории, достопримечательностях Парижа и традициях французов. В последнее время у нас мало выдавалось таких тихих вечеров. Итальянец ровно дышал, а его музыкальные пальцы перебирали белые страницы нового печатного издания. Я же несла из кухни в комнату два горячих какао, боясь выронить горячие кружки. - Прости, зачитался, можешь ещё раз повторить вопрос? – Мик забрал у меня один сладкий напиток, а я села с ним рядом. - Я говорю, Дов тебе дал сценарий клипа? - Точно! Спасибо, что напомнила, – он оставил какао, ушел в комнату, а потом чуть ли не с разбегу уселся на диван, протягивая мне листок. Мои глаза быстро пробежались по тексту с множеством помарок и каких-то чисел. Возможно, Аттья тем самым помечал для себя, на каких минутах будут действия. Верить в то, что я буду целоваться с Флораном, не хотелось. С одной стороны, лишь одна мысль об этом вызывала не скрытое волнение и ярко-красный румянец, как после длительной прогулки на морозе. Но в то же время я понимала, что за это нам и платят деньги, а человека лучше, чем Фло, я не встречала. Неужели я действительно так подумала? Флоран лучший? - Я завтра собираюсь осмотреть город. Не хочешь со мной? - Мы договорились с Флораном встретиться, - итальянец тут же поднял свои заинтересованные глаза на меня, а на губах уже витала легкая улыбка. - Куда пойдете? - Думаю, что никуда. Мы решили прорепетировать, чтобы не было неловко на съемках, – Микеле всё смотрел на меня со своей неземной улыбочкой. – Только не надумай себе нечего. Просто для меня так будет гораздо спокойнее и не так неожиданно. - Да я понимаю, понимаю, - казалось, он сейчас разорвется по швам от смеха, но я не стала спрашивать причину этой истерии. Утро и половина следующего дня прошли с легкостью и как-то неожиданно быстро. Мелисса радовалась больше всех и уже рисовала образ себя и платья, а Клер всё время нервно поглядывала на телефон, ожидая какого-то известия. - Клер, всё в порядке? – не выдержав, спросила я. - Да, всё хорошо. Просто я жду звонка от брата, который должен сегодня приехать из Берлина. А он всё не звонит. - Я уверена, с ним всё хорошо, а ты только напрасно переживаешь, - мы с Мэл улыбнусь «Констанции» в знак поддержки, а та быстро поменялась в лице и заговорила с большим энтузиазмом. - Брат для чего-то приезжает, через две недели у наших родителей годовщина свадьбы и те захотели её отпраздновать, сняв при этом ресторан и пригласив всех, кого знают. Они и вас всех приглашают. - О, это замечательно, - заговорила Мелисса с прежней улыбкой. - Если решите пойти, то я отправлю вам сегодня приглашения. - Конечно, пойдем, - заключила наш разговор я и отправилась домой ждать приезда Сальери.