Доктор.

Забота о ближнем никогда не должна быть в тягость. Если же она таковой является, значит, этот человек вам не близкий. Ради родного любимого человека вы побежите хоть на край света, сорвавшись с места. Ради незнакомца вы такое не сделаете. И никакое самовнушение этому не поможет. -Тихо, спокойно, еще немного. -Джон, я и сам вижу, сколько ступеней на крыльце! - взвился Шерлок, отталкивая мои руки. -Я просто беспокоюсь о тебе! -От твоей заботы я чувствую себя калекой! Я опустил руки и отступил на пол шага. Мы не могли договориться. После того как я взял всю ответственность за прошедшее на себя – Шерлок обозлился. Мы договорились, что его отпустят домой, только если я буду приглядывать за ним, как человек, обладающий медицинским образованием. А так же буду удерживать его от тяжелой умственной деятельности, стрессов и других нагрузок. Так Шерлок и стал по его словам «Инвалидом». Его поползновения, кстати, тоже прекратились. И почему-то этот факт стал для меня наиболее печальным. Уж не знаю, почему это так задевает меня. Но почему-то я жду, когда Шерлок протянет руку и все-таки коснется моей щеки. Как тогда, до аварии. Я все жду и жду, а он все медлил. *** -Я знаю, кто это был! – внезапно крикнул Шерлок, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотникам любимого кресла. -О чем ты? – я на секунду отвлекся от кастрюли со спагетти. -В том такси, что меня сбило! Там был Мориарти! Он вел машину! Я вздохнул и, покачав головой, снова взглянул в кастрюлю. -Джон! Джон! Дай мне мой телефон! Мы должны позвонить Лестрейду! Я могу вспомнить номера того кеба! Выключив конфорку, я закрыл спагетти крышкой и прошел в гостиную, где Шерлок буквально рвался встать с кресла. Но сломанная нога не давала ему и сдвинуться. Он слишком ослаб в больнице, чтобы даже опереться на одну ногу. А я просто не мог оставить его одного. Шерлок стал раздражительней. У него явно была ломка. Ему нужно было дело. Хоть какое-нибудь, но из-за травмы головы ему нельзя было напрягаться. Еще с утра я предупредил, чтобы никто не заходил к нам. В гневе Шерлок опасен. Пусть уж лучше я буду мишенью для его колкостей, чем кто-либо еще не привыкший к подобному. Толкнув Шерлока обратно в кресло, я уселся напротив и сложил руки перед собой. -Я здесь, Шерлок. Теперь можешь высказать мне все свои догадки. Но Шерлок наоборот замолчал и насупился. А затем, поднеся ко рту сложенные руки, он слабо усмехнулся. -Надолго ты со мной, Джон? -С тобой, наверное, надолго, учитывая твои ранения и общую квартиру. -Я не о том. Долго ли ты будешь моим личным врачом и другом? -Сколько потребуется. В конце концов, друзьями мы останемся навсегда. Если ты, конечно, не надумал какой-нибудь грандиозный план по захвату мира. Шерлок затих, а затем внезапно наклонился вперед, вглядываясь в мое лицо. -Ты ведь не уйдешь, да? -Не уйду, - усмехнулся я. – С чего такие вопросы, Шерлок? -Ты уйдешь, - обреченно сказал он. – Как и все остальные. Просто не выдержишь этого и уйдешь. -Не уйду, - упрямо повторил я. -Они тоже так говорили. -Кто? -Мои предыдущие сиделки, - выплюнул последнее слово Шерлок и отвернулся. -Я тебе не сиделка, Шерлок. Я твой друг. Напарник, если хочешь. Но я не твоя сиделка. Просто человек с медицинским образованием. -Ты другой. Особенный. -Не говори глупостей, - отмахнулся я. Разговор зашел в тупик. Шерлок скривился и протянул ногу в гипсе вперед. -Болит? -Зудит. Я опустился на колени и поставил его загипсованную ногу себе не колено, стараясь разминать пальцы как можно легче, чтобы не дай бог не зацепить кость. Я знаю как это, быть в гипсе без возможности коснуться той или иной части. Видимо я увлекся. За окном померкло. Шерлок видимо уснул. Его голова покоилась на его же собственной груди. Поднявшись, я потушил свет и вернулся обратно к его креслу. Он назвал меня особенным. Но ведь это не так. Я всего лишь его друг….Друг… Я вовсе не желал быть особенным. Кому-то должником. Нужно было вернуть этот долг. Наклонив голову Шерлока, я прикрыл глаза и слепо подался вперед, легко проходясь раскрытыми губами по его губами, согревая дыханием, заставляя приоткрыться, прихватывая нижнюю губу. Эти легкие касания вызывали во мне странные неоднозначные чувства, будто внизу живота все стянуло в узел, и продолжали тянуть в разные стороны, причиняя не то боль, не то удовольствие. Я буквально начал задыхаться от накативших эмоций. Я никогда в жизни никого так не целовал, никого так не желал, как сейчас. Его теплая кожа, слабый запах парфюма и мыла, ощущение кудрей между пальцами, все это заставляло меня терять голову. Если всю жизнь считаешь себя гетеросексуальным, то рано или поздно человеческая натура проявит любопытство. Эксперименты до добра не доведут, но сейчас мне на это было абсолютно наплевать. Я просто легко целовал его, стоя на коленях между его ног, ожидая, когда мое безумие закончится. Тело хотело продолжения, а разум настойчиво просил остановиться. Легкое прикосновение к шее заставило меня чуть дернуться от неожиданности и оторваться от губ Шерлока. В полутьме я почти не видел его лица, но отчетливо ощущал его прерывистое дыхание на своем лице и теплую руку, поддерживающую мое лицо. Хотелось что-то сказать, что-то объяснить, но слова будто пропали. Я просто не знал что сказать, а он все смотрел и смотрел, будто гипнотизировал. Чуть громче шепота, но даже в нем слишком много страсти и похоти, чтобы понять это все как-то неправильно. -Пойдем в кровать. -О, боже, да.