Зарисовки

Рассуждая о непростом выборе, многие вспомнят военную необходимость или выбор между сердцем и долгом. Мой брат Финдарато вспомнил бы о выборе между амдир и эстель, между земными делами и велением судьбы намного более высокой. Или что-то иное, непростое и связанное с судьбами многих. Особенно если выбор предстает перед лордом. Но что если выбирать приходится между собственным сердцем, которое случайная встреча разрывает на две части? И не соединить их, не склеить. Но и жить с разорванным сердцем — мука. Я увидел ее у ручья в рассветный час. Она вышла за водой, я возвращался с долгой прогулки, столь полезной, чтобы навести порядок в душе и в разуме. Но с того дня в моих душе и разуме не стало порядка. Она всего лишь поприветствовала меня — но я не мог оторвать взгляда от ее лучистых голубых глаз, от россыпи веснушек на щеках, от свисающей через плечо тяжелой темной косы. Она будто бы воплощала в себе всю красоту Младшего народа. И не только красоту, всю их суть! Сколько в ней было огня, жизни, радости! Мы разговорились — обо всем на свете и ни о чем, просто поняли вдруг, что хотим слышать голоса друг друга как можно дольше. И оказалось, она умна и любопытна, разум ее быстр и цепок, и все новое она встречала с восторженным любопытством. И сколь многое я мог рассказать ей, сколько показать красот и чудес! Так одна часть моего сердца осталась навеки с девой Андрет из народа Беора. А что другая? А другая знала, что перевезя ее на северные рубежи, я не буду знать покоя. Как смогу я подвергнуть мою Андрет хоть малейшей опасности? Как смогу рисковать собой? Если я погибну, она будет стоять над моим телом в траурных одеждах, и поседеет от горя ее коса, а глаза потухнут от слез. Я мог бы бросить все, оставить наши города и крепости брату, не брать больше в руки меч. Мы могли бы жить вместе. Но что это за жизнь? Много ли счастья гордой Андрет стареть рядом с эльда? Вытерпит ли она, когда про меня скажут, что я трус, а она — жена труса? И смогу ли я жить такой жизнью, оставив и брата и рубежи, нашу войну и нашу месть? Забыть азарт и упоение боя, предать друзей и соратников? Как пришел бы я к порогу своей возлюбленной недостойным беглецом? Но и оставив Андрет, разве не стал бы я предателем? Не разрушил бы жизнь женщины, которую полюбил больше всего на свете? Есть выбор, который разорвет тебя на части в любом случае. И я не знаю, сделал ли я выбор или сбежал от него. Я найду утешение в бою, Андрет — в мудрости. Наверное, ей было бы легче, если бы она возненавидела меня, но я знаю, что это не так. Я сделал выбор. И мы оба сделаем вид, что сможем жить с ним.