i don't do drugs, i'm drugs

Просиживая штаны в маленькой комнатке, которую я обязана назвать своим жилищем, я вспоминала некоторые моменты из детства, которые с каждым разом забывались всё больше и больше. Я смотрела на голую стену, на которой даже не было обоев, и вспоминала семейную поездку в деревню, где было небольшое озеро, но было оно чистое; вся молодёжь всегда купалась там. Воспоминания о том, какой маленькой я была и как впечатлительна была моя особа, заставляли моё сердце покалывать, а перед глазами всё плыло. Я не любила все сентиментальности, но у каждого человека есть моменты, когда он поддаётся счастливым прошедшим дням, и вспоминает их с улыбкой. Мне хотелось улыбнуться, но я не могла. Потому что мысли о семье вызывали у меня бурю грустных эмоций. Когда мне было восемь, мой отец погиб, оставив нас с матерью одних. Она пыталась справиться со смертью отца, и всегда твердила мне, что нужно двигаться дальше, а сама этого не делала. Это был самообман, и я прекрасно видела её состояние, в то время как она говорила мне, что всё хорошо, и она справляется со всем. Когда мне исполнилось девять, горе моей матери переступило грань, и она начала пить. Вначале, она пила раз в неделю, а позже всё переросло в повседневное увлечение. Она всегда говорила мне, что всё будет хорошо, и при этом шаталась из стороны в сторону, неспособной удержаться на ногах. И тогда мне стало по-настоящему страшно. В возрасте десяти лет, моя психика было окончательно сломана, благодаря моей матери. Она напилась до такого состояния, что её сердце не выдержало, и она скончалась. Придя после очередного школьного дня, я застала её мертвой на кухне, а рядом виднелись осколки разбитой бутылки, и спиртная жидкость растекалась по полу вдоль её тела. Я перестала говорить. А позже, меня и вовсе упекли в детский дом. У меня не было там друзей, потому что я по-прежнему молчала, а картина мёртвого тела отображалась у меня в подсознании, стоило мне только закрыть глаза или отвлечься от какого-нибудь занятия. Через полгода, я всё же начала говорить, и пыталась найти друзей, что было нелегко в детском доме. Я была примерной девочкой, и другие ненавидели меня. Причина ненависти мне была непонятна, и только когда мне исполнилось 12, я стала подстраиваться под других: быть грубой, выучила здешний слэнг, и всякими способами старалась стать друзьями с крутыми здешними подростками. Когда мне исполнилось четырнадцать, я сбежала из заведения. Долгое время я была бездомной, пока не встретила Эвана. Он был сиротой, как и я, и поэтому он предложил мне пойти с ним, и поверьте, я бы всё отдала, чтобы вернуться во времени и отказать ему, потому что то, во что я вляпалась в возрасте пятнадцати – не снилось не единому подростку Вашингтона. Помещение, в которое привёл меня Эван, было наполнено, как и совершеннолетними, так и малолетними подростками вроде меня. Сперва, я сильно не увлекалась вещами, которыми занимались здешние люди, но чтобы подстроиться под них и не быть вышвырнутой, как котёнок – я следовала всем их предложениям. Всё началось с алкоголя. Для моего растущего организма это было самое худшее, что могло произойти на тот момент. Я пила слабоалкогольное, а вскоре, я начала принимать крепкие спиртные напитки, от чего я, казалось, спала следующие несколько дней. Организм был истощён гуляньем, но кто спрашивал об этом меня? Вслед за алкоголем прибавилось курение, что стало повседневной привычкой. Я долго пыталась уверить себя, что лучше сбежать, и не принимать всё это, разрушающее мой организм, что я доведу себя до состояния своей матери. И на некоторое время, я пыталась сдерживать себя, но это продлевалось недолго, и я вновь ступала на дорожку вредных привычек. Жила я в помещении, где проживали ещё три человека, здесь было тесно, и ужасно неудобно. Вместо кровати здесь служила обычная простыня, а вместо тёплого деревянного пола – здесь был холодный цемент. Но с месяцами, а то и годами привыкаешь к такому образу жизни, и тебя не волнует, что ты можешь простудить свои органы и погибнуть из-за этого. Когда мне исполнилось пятнадцать, я стала принимать лёгкие наркотики. Начинала я с обычного фена, заканчивала таблетками ЛСД и экстази, но мне казалось, что этого было мало, чтобы забыть о жалком существовании себя и моего образа жизни. И через полгода пройденного пути к разрушению своего здоровья, вдобавок к этому, я начала принимать героин. Сперва, я просто вдыхала его, через нос. Но Эван сказал, когда ты колешься, кайфа получаешь больше и я решила попробовать себя в роли иглового. Это было забавно и интересно для меня. Тогда я вновь почувствовала себя маленькой заинтересованной во всём девочкой. Я утверждала себе, что нет, я легко избавлюсь от этого, если захочу, и поэтому принимала героин крайне редко. Но после первого месяца, я начала чувствовать ломку. Это не было так ужасно, как описывали мои друзья, но со временем, это перерастало в нетерпимую боль. И я почувствовала это на своей шкуре. Мне хотелось резать свою кожу, мне хотелось вырывать свои волосы и грызть ногти под самый корень, когда я не могла добыть очередную дозу своего наркотика. Всякий раз, Эван выручал меня, когда у него было несколько грамм героина, и давал его мне. Благо, что он не требовал расплаты, и под этим фактом я бы могла с уверенностью сказать, что он был моим другом. Но, как известно, у наркоманов нет друзей. Они сами по себе, и внешний мир не колышет их. Те, кого они считали друзьями – просто были жалким подобием слова. Стоить стать преградой на пути наркомана, и он, не задумываясь, может даже убить человека. Но, слава богу, я ещё не был таковой. Но я знала, что именно такая судьба и ждёт меня. Большинство моих знакомых девушек подрабатывали проститутками, чтобы заработать себе на дозу. Как сильно бы я не была зависима от порошка, я считала, что торговать своим телом – самое ничтожная вещь, и что я пока не готова попрощаться со своей гордостью и девственностью, чтобы какой-нибудь богатый пузатый мужлан поимел меня. Я знала, что моя мать и мой отец наблюдали за мной с той стороны, и осуждали меня. Но каждый раз я в голос проговаривала, что это не моя вина, и что я виноватой себя я не считаю. Если кому и стоит винить себя, так это судьбе, которая сыграла со мной в злую шутку, и продолжает вести свою зловещую игру на протяжении долгих лет.

Вот и начало. Надеюсь, вам нравится. Если у вас есть вопросы - вы можете задать мне их здесь: http://ask.fm/scarywaay