Спи, родная

Огни этого города отражались в стёклах его машины. Прошла неделя. Тяжёлая, ужасная, самая невыносимая неделя. Эта неделя убивала его больше, чем все остальные недоразумения. Нет, нет так. Это была его единственная смерть. Всё, чем он жил, и о чём мог думать. В данную херову конкретную минуту. С ней он потерял всё, наивно полагая, что избавит себя только от слабости, а её - от опасности. Он часто приходил в тот парк. Квартира её была опечатана, следствие всё ещё велось. Но, как выяснилось позже, совершенно безрезультатно. Была уже зима и фонтан больше не работал, но он всё равно часами мог смотреть на этот, будто замёрзший, искусственный кусок гранита. Сквозь него. Он размышлял. О ней. Её имя частенько срывалось с его губ на выдохе. Он не смотрел в небо, не плакал. Он был... пуст. Пуст на чувства. Всё беспокойство, что было в нём, сошло на нет. Но тошнота подкатывала к горлу огромными комьями. И не отпускала. Тошнота сожаления и горя. Спешить было некуда. Игра подошла к своему завершению. Шерлок был уверен, что Мориарти мёртв. Вопреки всему он знал, что не протянет долго без неё. Вперив взгляд в запорошённый снегом асфальт, он слышал много звуков. Но шум машин больше не беспокоил его. - Спокойной ночи, - всё ещё отзывался в ушах её шёпот. - И тебе... И тебе... - вторили его губы. В безмолвном молчании он слышал её пение. - Соскучился по мне? - он больше не видел её ухмылки. Чувствовал. Он медленно сходил с ума.