Златовласка

Занятия в Забытом Классе продолжались с той же регулярностью, что и раньше. Единственным новшеством, которым ввела Гермиона, было то, что она стала окружать класс особого вида защитными заклинаниями, которые она разучивала долгое время в одиночестве, втайне от всех, где-то на опушке Запретного Леса. Эти заклинания она выудила из какой-то древней книги Запретной Секции библиотеки. Они представляли собой мощную модификацию тех заклятий, что охраняли подступы к полю для квиддича во время Международных Чемпионатов и долженствовали защищать Забытый Класс во время занятий от непосвящённых школьников и от некоторых особо чутких на самодеятельность учащихся преподавателей – вроде профессора Снейпа и, конечно же, Долорес Амбридж. Все эти приготовления были просто необходимы ввиду того, что начинало творится в стенах школы. А творится это начинало, судя по той экзекуции, что Амбридж проделала с Гарри. Как выяснилось позже, мальчик оказался не первой и не единственной жертвой. Во время занятий, когда Гермиона выписывала палочкой огненные фигуры в воздухе, а Рон тщетно пытался их повторить за ней, в Класс тихо вошла Луна, низко опустив рукав, так, что не видно было кисти правой руки. - Привет, Полумна! – приветливо махнула ей Гермиона. – Как прошёл день? - Если честно, то не очень, - ответила та нехотя, отсаживаясь от остальных на приличное расстояние, ближе к левому углу камина, но не в том, где обычно любили сидели на большом старинном кресле. Местечко для отдыха она выбрала самое дальнее, тёмное, облюбовав в качестве насеста полусломанный стул. - Эй, ты что там забыла, Луна? - спросил Рон, сидящий у камина. – Садись сюда, здесь гораздо веселее! Я принёс кое-что, что мама передала мне из Норы. Это очень вкусно! По классу, действительно, разносились великолепные запахи: это была приправленная какими-то очень терпкими восточными специями жареная курица, которую миссис Уизли приготовила и переслала своим чадам. Фред утром ещё угощал кусочком этой курицы Гарри, и тот поделился впечатлениями с друзьями, сказав на паре по зельеварению, что это было самым вкусным из того, что он пробовал за всю свою жизнь. Услышавший это Рон заулыбался было, но отвлёкся, чем вызвал гнев всевидящего профессора Снейпа, снявшего с Гриффиндора десять баллов «за невнимательность на уроке». - Нет, спасибо, - голос Полумны был усталым и каким-то дрожащим. Первое заподозрила неладное Гермиона. - Полумна, что случилось? - Да ничего, всё нормально, - эхом отозвалась девочка. - Дорогая не обманывай. Я слишком давно тебя знаю, чтобы понять, что у тебя не всё в порядке. - Выкладывай! – строго поддержала Алиса Гермиону. – Мы тебя поймём в любом случае. Мальчик бросил? - Я вас только очень попрошу: никому об этом не рассказывайте, ладно? Не учителям, ни студентам, ни, тем более, моему отцу, если он вздумает, как обещал в письме, наведаться в Хогвартс. Ладно? Алиса догадалась, что тут что-то серьёзнее обыкновенной любовной неудачи. - Ладно, конечно, обещаем, - быстро проговорил Рон, подходя поближе к Полумне. – Что такое-то? Рассказывай давай уже! - В общем… Амбридж… Гермиона ахнула. - Амбридж?! – в оба голоса громок повторили Рон и Гарри. У Алисы ёкнуло сердце: что ещё могла задумать эта старая ведьма, что Луна была бледнее своей обычной бледности? Казалось, что ещё минута – и когтевранка разрыдается. - Амбридж сегодня… Заставила меня писать своим странным пером «Я не должна лгать» битый час просто потому, что я сказала ей, что считаю «Придиру» достаточно авторитетным магическим изданием! – почти выпалила Луна и наконец-таки дала себе волю разрыдаться. - И вот, глядите, что получилось! - она показала кисть руки, которую прятала под рукавом. На ней так же, как и на руке у Гарри несколькими днями до этого красовался отвратительный, ещё немного кровоточащий шрам из четырёх слов. Рон и Гермиона бросились к ней, Гарри держал Алису, которая тоже было рванулась утешать подругу, и, глядя ей в глаза, спросил: - Ну и что ты обо всём этом думаешь? - Наверняка то же, что и ты, - несколько раздражённо ответила Алиса и всё-таки вырвалась, чтобы подойти поближе к Луне. Пэнси Паркинсон наблюдала за всем этим молча из кресла, в котором расположилась с большим томом древних заклинаний и не подавала голоса. Но видно было, что это её несколько насторожило. «Наверняка боится, что её саму заставят делать что-то подобное», - мелькнула мысль у Алисы. - Что ещё? – спрашивала Гермиона рыдающую Полумну, переворачивая свою сумочку верх дном в поисках чего-то. - Да что там, - захлебываясь плачем, судя по всему, от обиды, отвечала девочка. – Сказала, что если я и впредь буду говорить эту, по её мнению, ерунду, то буду писать такое каждый день, причём обеими руками. - Гадина, - прошипел Рон. - А, вот оно, - Гермиона вытащила наконец с самого дна сумочки мазь, которой когда-то девочка смазала запястье Гарри. – Запала на самое дно сумочки. Должно помочь. - Помню, моя рука невыносимо зудела, - поморщился Гарри. - Да, понимаю, - бросила Гермиона, обильно смазав выцарапанные пером Амбридж шрамы на руке Полумны. – Потерпи немного, дорогая, скоро всё должно пройти. Только вот насчёт следа не обещаю... Ну, в смысле, что он так легко заживёт. Спустя минуту Луна взяла себя в руки, и её рыдания стали потише. - Вроде проходит, - устало сообщила она. - Вот и хорошо, вот и замечательно, - отрешённо говорила Гермиона, баюкая руку Луны в своих ладонях. - Всё проходит, пройдёт и это. - По ходу, у Жабы это – привычная практика, - сказал Рон. – На более слабых. Я слышал о разных перьях, о подобных мне рассказывал отец. Он знает почти обо всём, что когда-либо создавалось в Министерстве: работа обязывает. Такие использовались раньше в школе, для профилактики в отношении некоторых неугодных Министерству направлений мысли… - Неугодных направлений мысли… - задумчиво произнесла Алиса. - Да, но потом это отменили, равно как и розги… Я и думать забыл о том, что такие существуют и, тем более, могут применяться… Если кто-то об этом узнает, Амбридж грозит, по меньшей мере, большой пинок под зад из школы… - На днях мы говорили о том же самом, - подметил Гарри. Алиса мысленно с ним согласилась, энергично закивав. - Мы не можем быть полностью в этом уверены, - сказала Гермиона. – Если Министерство допустило её преподавать, оно наверняка знала о характере этой… барышни. Вот чёрт, такое ощущение, что возвращаются Средние века. Не хватало ещё того, чтобы у нас тут под окнами разводили костры и студентов по очереди сжигали на потеху этой стерве. Тут Гермиона выругалась довольно грязно в конце своей реплики. Алиса заметила, что Гермионе, которая в последнее время часто стала допускать в своей речи подобные выражения, это не идёт, и добавила на дверь ещё одно заглушающее заклинание – на всякий случай. Все замолчали. Внезапно погасло несколько догоревших свеч, кроме одной, в свете которой были видны лишь подрагивающие плечи Полумны, да сияние её больших, ещё не просохших от слез глаз.