Navaer, nin mellon

      — Ты уверена? — тихо шепчет Фродо, уткнувшись носом мне в шею. Он глубоко вздыхает, втягивая в себя аромат геля для душа.       — Нет, — совсем тихо, еле слышно отвечаю я, теребя его короткие кудряшки. Была ночь. Всего пару часов назад я была у Галадриэль и сказала, что хочу поговорить с Якобом. Она сказала, что устроит мне это, но ждать придётся три дня.       — Мне так больно за тебя, — тихо говорит хоббит, закрывая глаза.       — А мне больно за нас обоих. Моя судьба не лучше твоей, Фродо, — я отвожу взгляд в сторону, потому что сидящий у костра Арагорн постоянно смотрит на нас, а у меня закладывались непонятные ощущения внутри. Нет, не тёплые, я не говорю о влюблённости или любви... Как я могу в них влюбиться? Я скорее говорю о страхе. Глядя на Арагорна, я чувствую именно его, ведь знакомые черты моего убийцы проскальзывают в чертах этого мужчины. Я чувствовала себя как на иголках, словно кто-то бегает в тылу и тыкает кинжалом мне в спину, подгоняя неведомо куда.       — Я бы очень не хотел тебе такой судьбы. Ты можешь вернуться домой и не идти с нами, — он сказал это так, будто надеясь, что я не услышу.       — Мы уже говорили об этом, — коротко кинула я. — А теперь засыпай, завтра тяжёлый день. Все спали. Возможно, все спали... По крайней мере, шорохов я не слышала. Никогда не думала, что мне будет так тяжело. В прежней жизни у меня не было таких ситуаций. Я осторожно отодвинула от себя маленького хоббита и вырвалась из цепких рук Мэри и Пиппина. Накрыла их своим плащом и села рядом с костром. Было тихо. Для меня слишком тихо. Я бегала по лесу, кричала, сдирала одежду с проклятого эльфа, проклинала всех и всё, а сейчас сижу тихо у костра, наблюдая за хоббитами. Арагорн спал в шатре вместе с Гимли и Боромиром. Никто из них не стал задавать лишних вопросов, никто не пытался забраться мне в душу. Только Боромир свирепо выискивал кого-то взглядом, возможно, Леголаса, и спрашивал постоянно, куда запропастился эльф. А Леголас не пришёл ни через час, ни через два и вот уже глубокая ночь, скоро начнёт наступать рассвет, а его всё нет. Как же была комична вся эта ситуация, рассматривая её на трезвую голову, я получала лишь страх и желание одно противоречит другому. Я была полной идиоткой, когда думала, что он смотрит на меня, потому что хочет съесть. Нет... Эльф просто хотел обладать мной, а это ещё ужасней. Я никогда не позволю притронуться к себе без каких-либо чувств. Да, секс это действительно вершина блаженства. Но как потом смотреть в глаза другим? Я глубоко вздохнула, перекидывая волосы на одну сторону. Они стали слишком длинными... Может, отрезать? Хотя вдруг у меня не будет ножа, и я смогу задушить ими кого-нибудь. А что? Тоже неплохой вариант. Я подняла глаза вверх, наблюдая, как искорки от костра устремляются в небо. Как я хочу домой! Принять горячую ванну, поесть мороженного, выпить пива и сесть вместе с Бадди и Якобом смотреть какую-нибудь комедию. Я обещала Якобу, что посмотрю Властелин колец, но вот понимаю, что не хватит сил на это. Как можно смотреть на что-то со стороны, когда сама бегала по этим местам, проливала свою кровь и чуть не трахалась со святыми мужчинами этих краев? Якоб убил бы меня, узнав, что между мной и Арагорном происходит что-то не совсем понятное. Он был всеми руками и ногами за какую-то эльфийку, которая подарила ему своё сердце. Теперь же я чуть ли не рушу это всё, что строил Толкин. Арагорн боится... Боится неизвестного, боится меня. Так же он боится и себя самого. Он всю жизнь прожил со своей возлюбленной, по словам Якоба, значит, он и должен остаться с ней. Пусть останется. Вот только почему на сердце-то так тяжело? Но надо терпеть, выхода ведь нет. Совершенно нет никакого выхода, не с ситуацией с Питером, ни с Леголасом, ни даже с Арагорном. Всего чуть больше месяца здесь, а уже натворила столько дел, что стыдно до невозможности.       — Как же мне надоели все эти мужчины, — прошипела я сквозь зубы, ворочая угли палкой. — Одни проблемы с вами. По сводят с ума, вскружат голову, а потом станут как не причём, а ты сама всю кашу расхлёбывай. Спереди послышался шелест веток и тихие шаги. Я замерла, потому что страх столкнуться с Леголасом был сильнее всего. Прошло пару минут... Я сидела, замерев на месте, но никто не вышел. Знаю одно только что, с эльфом и словом не перекинусь. Пусть катится на все четыре стороны со своими зверскими порывами, а я буду терпеть и задушу внутри это непонятное влечение, которое и толкнуло меня поцеловать его. Я чувствовала на себе чей-то взгляд, чувствовала, как он скользит по телу, вызывая зудящее ощущение на коже. Опять шум спереди стал отчётливее. Этот кто-то прятался и это было очень понятно. Моя рука осторожно сжала рукоятку ножа, и я чуть пригнулась, всматриваясь в темноту между стволов деревьев.       — Чего не спишь? — голос Боромира заставил меня чуть ли не подпрыгнуть на месте. Я рвано выдохнула, поворачиваясь к сонному гондорцу — ещё одной моей головной проблеме.       — Бодрствую, — усмехнулась я, наблюдая, как мужчина потягивается и трясёт головой.       — Я вот тоже уже проснулся, — улыбнулся он краешками губ, садясь левее от меня на небольшой камень.       — По тебе не скажешь... Мне казалось, ты недавно заснул, — спокойно протянула я, доставая из-за спины сумку с водой и делая пару глотков.       — Всё-то ты видишь, — фыркнул он с лёгкой усмешкой на глазах, глядя на меня из-под ресниц. Я усмехнулась тому, как мило этот воин сейчас выглядит. Я протянула ему воду, и он с удовольствием принял её, а я продолжила своё незначительное занятие. Продолжила штурмовать костёр, чтобы создалось больше искр.       — Хочешь поджечь лес? — усмехнулся Боромир, смотря на взлетающие искры.       — Воздух очень влажный. Сомневаюсь, что искры причинят какой-либо вред листве.       — Ты это сказала почти как Арагорн, — усмехнулся вновь Боромир.       — Ну ты и зараза, — улыбнулась я, покачав головой. Этот человек вечно старался поддеть меня и, не зная, куда тыкать, суёт свой нос во всё подряд, даже не думая, какой темы он касается. Боромир растянулся в улыбке, смотря на меня. Я же каждые две минуты с осторожностью посматривала на эту груду мускулатуры. Он прочистил горло, отводя наконец от меня свой взгляд и похлопал легонько по своим коленям, прогоняя сон.       — Ты знаешь, что нас ждёт дальше? — стараясь завязать разговор, произнёс он, кидая в костёр палку.       — И да, и нет, — спокойно ответила я. — Зависит от того, что ты имеешь ввиду?       — Себя, — резко ответил он.       — Себя-я? — протянула я с фальшивым энтузиазмом, не глядя на него. — И что же ты хочешь узнать?       — Что со мной станет? Дойду ли я до конца?       — Дойдёшь, — резко ответила я, отбрасывая палку в сторону. Это занятие просто начало выводить меня из себя.       — Это так есть на самом деле или это... Он не успел договорить, как я резко посмотрела в упор на него, хмурясь, как старая, недовольная и ворчливая бабушка.       — Это потому, что я так сказала, — отрезала я, довольно-таки резко перебив его. Глубоко вздохнула, сделав взгляд помягче, и улыбнулась немного расстроенному гондорцу. Я похлопала по своим коленям и, на удивление, гондорец понял всё правильно. Он сел на землю, положив голову мне на колени. Мы сидели с ним уже так пару раз, когда я засыпала под деревом. Разговаривали обо всём, узнавали друг друга.       — Всё будет хорошо, я это знаю точно, Боромир, — тихо прошептала я, поглаживая его волосы пальцами и перебирая их. Они были длинные, что даже вызывало у меня улыбку... Такая густая грива.       — Что мне нужно сделать, чтобы помочь тебе?       — Не подходить к Фродо, — ещё тише прошептала я.       — Я... То есть, — он запнулся. — Братство?       — Нет, конечно, для Братства ты всегда был и останешься другом, Боромир, сын Денатора, — улыбнулась я.       — ДенЕтора, — поправил он, усмехаясь следом.       — Да хоть самого Гэндальфа, суть не в этом, — фыркнула я.       — А это случится скоро?       — Мне страшно говорить об этом, Боромир. Я не имею ни малейшего понятия, что будет дальше в точности. Я не смотрела то, что должна была знать. Знаю кое-какие отрывки, знаю исход, знаю, что будет дальше, и всё... На этом мой источник знаний иссякает. Настала тишина, и я с облегчением выдохнула, радуясь тому,ч то он не требует рассказать всё.       — Нэя, — его неуверенный тон заставил меня напрячься. Я нахмурилась, ожидая продолжения, но он молчал.       — Что? — прошептала я, потянув его за волосы чуть сильнее, чем должна была, и поморщилась, ожидая вскрика, но он будто и не заметил.       — А что ты будешь делать потом, когда война закончится? — тихо спросил он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на моё лицо.       — Я не думала об этом. Возможно, если мы победим, то тёмная магия разрушится, и я вернусь домой, в свой мир. А если нет, то... — я задумалась на минуту, понимая, что не рассматривала такой вариант. — Я не знаю...       — А ты хочешь назад?       — Там мой дом, Боромир... моя семья, — я усмехнулась. — Точнее её остатки, но это мой мир, я не могу туда не хотеть.       — Просто ты можешь остаться с нами в Гондоре. Со мной... — ещё тише прошептал он.       — Я, конечно, буду благодарна, если останется такой вариант, — немного натянуто улыбнулась я, понимая, что то, что он сказал, возможно было важным для него. Какие же они глупые всё-таки! Ну и что, что я другая? Это же не значит, что я единственная на всё Средиземье! Эх, мужчины! Нижний мозг даже здесь преобладает, а я надеялась, что только земляне такие.       — Мне бы очень не хотелось, чтобы ты шла с нами дальше, — задумчиво протянул он. — Там будет ещё тяжелее и опаснее. С тобой может случиться беда, но я понимаю, что и без тебя-то мы не справимся.       — Справитесь, — покачала я головой. — Всегда справлялись.       — Но не те, кто должен погибнуть, — усмехнулся горько он. Я молчала, не зная, что сказать. С одной стороны, он прав, но я же не могу спасти всех! — Спи, Боромир, — фыркнула я. — Мне больше нравится, когда ты мирно сопишь и не задаёшь вопросов, на которые мне трудно тебе отвечать. Четыре дня спустя.       — АЙ... — шаг влево, кувырок, мимо, шаг. — ...ОЙ... — рык, шаг, кувырок, бежать дальше. — ...АЙ... ХАЛДИР! — проорала я. Из тени деревьев показался Халдир, целясь в меня из лука стрелами с тупыми наконечниками.       — Что? — улыбнулся он, показываясь из-за лука, глядя на то, как я сижу на земле. Вокруг меня валялись стрелы, и он промахнулся только один раз.       — Ты надоел уже... Целиться в меня! — прорычала я.       — Цветочек, ты должна уметь уворачиваться от стрел. Сама же заикнулась про лук, — улыбнулся он, опуская оружие.       — Я просила научить меня стрелять!       — Тебе будет это очень тяжело, — усмехнулся Арагорн, сидящий под деревом, жуя сочную травинку. — Ты еле освоила меч. Я только открыла рот, чтобы возмутиться, как Арагорн выставил руку вперёд, образно затыкая меня.       — Да. В ближнем бою ты великолепна, и все мы это узнали, когда ты положила нас на лопатки.       — На самом деле, — подтвердил Халдир, но сразу же усмехнулся. — И не важно, что мы поддавались. Я злостно подняла стрелу, швыряя её в Халдира, на что стражник засмеялся, вновь натягивая тетиву. Я поморщилась, глядя на лук. Ну и что за глупое упражнение: бегать от ненастоящих стрел и уворачиваться от них?       — Я ненавижу тот день, когда назначила вас обоих учить меня, — фыркнула я, отворачиваясь от них и ожидая команды. Но мне прямо в задницу врезалась стрела и упала на землю. Я чуть не сорвалась с места, чтобы побежать к этому эльфу. — Ты должен был меня предупредить!       — Тебя никто не должен предупреждать, ты должна слышать её полёт, слышать, как она стремится к тебе, — нравоучительно протянул Арагорн.       — Хочешь услышать, как мой кулак будет стремится к тебе в нос? — спросила я, даже не ожидая ответа и вновь отворачиваясь. — Нет? Тогда сиди и помалкивай, Арагорн!       — Она свирепая женщина, — усмехнулся Халдир. И опять всё по кругу, всё от начала до конца: тренировка, бег, прыжки, ближний бой, а также бой на мечах. На самом деле на протяжении этих четырёх дней они делали всё, чтобы я не вспоминала о Питере и Якобе. Только я оставалась одна, как они находили меня везде, уволакивали на тренировки, заставляли бегать и плавать. И на самом деле это было ужасно. Вот почему во всех книгах это так легко? В фильмах даже обычные актёры сражаются чертовски круто. А знаете, что ещё более ужасное? Нет? Эльфийский! Халдир взялся учить меня эльфийскому языку. Как я ни ворочалась, ни фыркала — он заставлял меня учить этот долбанный язык. Как я могу учить язык того, кого ненавижу? И неважно, что ненавижу я только одного эльфа. Это мне не мешает ненавидеть его родной язык.       — Так, всё, дай мне лук, — вытянула я нагло руку вперёд, не выдержав всех издевательств. Халдир покачал головой, отходя в сторону.       — Нет. Ты за день его всё-равно не освоишь, а уже завтра вы выдвигаетесь в путь, — отстранился от меня эльф.       — Да наплевать! Я смогу! Дай мне лук!— воскликнула я, пытаясь отобрать у Халдира лук. Арагорн усмехнулся, вставая на ноги и подходя ко мне.       — Дай ей лук, Халдир, а то душу достанет. Пускай она убедится в правоте наших слов. Халдир улыбнулся и протянул мне лук. Я нахмурилась, глядя на это орудие убийства, и затем перевела взгляд на воинов. Они молча смотрели на меня, ожидая моих дальнейших действий.       — Вы будете так и дальше стоять? — фыркнула я. — Объясните, как хоть им пользоваться?! Арагорн усмехнулся, становясь за моей спиной и ставя меня в стойку лучника. Хм-м... я и думать забыла о том, что у меня в руках лук. Я думала о руках дунадана, которые выравнивали мне спину, поднимали подбородок и плечи.       — Пусть хоть тетиву попробует натянуть, потом уже можно о стойке разговоры заводить, — усмехнулся Халдир. Я злостно стрельнула в него глазами, недовольно фыркая. Арагорн отстранился от меня, давая полную свободу действий, а я давай вспоминать, как все в фильмах делают. Я попробовала натянуть тетиву, но это было равносильно тому, что пальцем поднять железное наполненное ведро воды. Я чуть не поперхнулась от усердия! Я натягивала, но стрела выпадала, а если не выпадала, то я просто не могла удержать тетиву. После пяти попыток я просто кинула лук на землю и, не говоря мужчинам ни слова, просто ушла обратно к шатру. Они будут смеяться, уверена в этом, а я очень расстроена. Думала, что это так легко! Ведь даже актёрский Леголас, то есть Орландо Блум делал это с такой лёгкостью, а у меня уже после пяти минут пальцы болят. Я тяжело вздохнула, заходя в шатер, который был пуст. Интересно было: куда все подевались? Но я подумала, что и одной побыть тоже хорошо.       — Ты убедилась, что я был прав? — в палатку зашёл улыбающийся странник, и я не удержалась, чтобы не фыркнуть.       — Да, хорошо, твоя взяла. Я — девушка, так что это оправдано.       — А никто и не говорит, что ты стала слабее из-за этого, Нэя, — спокойно ответил он, проходя вглубь шатра.       — А никто вообще не говорил, что я сильная, Арагорн. Арагорн отвёл взгляд, подходя к клинку Леголаса, который стоял около стула. Он повертел его в руках, поставил на место, затем вздохнул. Нет... я не буду спрашивать: что не так? Я не поддамся на это.       — Мы завтра собираемся в путь, ты не передумала? — тихо спросил он, а я сжала зубы, чтобы не рявкнуть на него.       — Мы оба знаем, что, возможно, меня больше ничего не держит в том мире. Думаешь, я позволю себе потерять Фродо и кого-нибудь из вас? — процедила я сквозь зубы. — Даже не проси меня, Арагорн. Если я не пойду, то через два дня умрёт Боромир, — после моих слов Арагорн резко поднял на меня глаза, чуть приоткрывая рот. — Не смотри на меня так. Ты сам говорил мне не геройствовать, а говорить тебе.       — Что же надо сделать, чтобы этого не случилось? — опуская взгляд, спросил он. Я запустила руку в волосы и села на кровать.       — В него вроде бы попали стрелы, — тихо прошептала я. — Я на самом деле не знаю, что сделать, но я пообещала ему. Дала ему слово, что спасу его, а сама даже малейшего понятия не имею, как всё произойдёт...       — Ты спасёшь, — тихо прошептал Арагорн, погладив меня по волосам. Я закрыла глаза, прижимаясь виском к его животу. Он стоял совсем рядом и спокойно поглаживал меня по голове.       — Я так устала от всего, — прошептала тихо. — Поскорее бы всё закончилось.       — Этот эликсир можно выпить только один раз за всю жизнь, — спокойно произнесла Галадриэль, остановившись передо мной. — Второй раз может очень плачевно закончиться. Трать с умом, думай прежде, чем что-то решать. Я неуютно затопталась на месте, смотря на женщину и на её стражу.       — С помощью него ты можешь проникнуть в чужие мысли или сон на ограниченное время. Я не могу сказать точно на сколько, но всегда лучше поторопиться. Также я дарю тебе два эльфийских клинка, дитя. Ты уже способна защитить себя и своих близких. Я опустила голову в лёгком поклоне, наверное, впервые за всё время, что была здесь. Тонкие пальцы коснулись моего подбородка, поднимая голову.       — Слушай своё сердце, дорогая, — прошептала она, нагибаясь ко мне. Её губы коснулись моего лба, а я прикрыла глаза от такого чистейшего жеста. — Твоё будущее зависит только от тебя. Ты не пожелала его увидеть в зеркале — это твой выбор, но ты не должна сопротивляться ему. Ничего не бойся, твои друзья смогут защитить тебя. Я сглотнула, чувствуя огромнейшую печаль от того, что я покидаю это место, которое заменило нам временный дом, и от того, что мой друг Халдир где-то сейчас на границе охраняет территорию, не имея возможности попрощаться со мной.       — Идите с миром, — улыбнулась она, отходя на шаг. Я спрятала на спине два клинка и кинула свою сумку, которая почти никогда не изменит свой состав, в лодку. За спиной послышался сильный топот копыт. Арагорн уже помогал мне залезать в лодку, как из-за деревьев выскочил Халдир, восседая на белой лошади. Он спешился в одно мгновение и замер перед Галадриэль. Он, возможно, подумал, что меня уже здесь нет и пару секунд смотрел на неё, пока Владычица не кивнула ему. Слабая улыбка коснулась её губ, и она перевела свой взгляд на меня. Халдир быстро подбежал ко мне, неловко останавливаясь и не решаясь обнять. Для него это был не привычный жест. Я плюнула на все принципы и сама прильнула к нему, сжимая его тело своими руками.       — Я буду скучать, — улыбнулась я, поднимая свои глаза на него.       — Пообещай, что ты будешь беречь себя, — тихо прошептал он. — Слушай Леголаса, он будет присматривать за тобой. Я неуверенно кивнула, давая ему понять, что всё будет хорошо, и я буду слушать эльфа, с которым не обмолвилась и словом после инцидента, о котором почти никто не знает.       — Пообещай, что научишься играть на арфе и сыграешь мне, когда я приеду, — я сказала это только потому, что надо было перевести тему, и мне удалось, потому что все даже стражники возле Галадриэль удивлённо посмотрели на нас. А что? Халдир сам говорил, что эльфы очень красиво играют на арфах, а если я выживу, то мне бы очень хотелось посмотреть, как это сделает он.       — Руки стражника слишком грубы для столь прекрасного инструмента, — лёгкая улыбка коснулась его губ.       — Мужские руки никогда не бывают грубыми для чего то прекрасного, Халдир, — прошептала я, становясь на носочки и целуя его в щеку. — Прощай, возможно, мы скоро встретимся...       — Amin saian e' cormamin ento lye omenta,* — тихо прошептал он, отпуская мою руку. Я замерла, прекрасно понимая, что он ждёт от меня эльфийского ответа, ведь он учил меня этому. Я стиснула зубы, стараясь улыбнуться.        — Diola lle ** — тише ответила я, отводя от него взгляд, чтобы он не понял, что я понятия не имею, что он мне сказал. Арагорн спокойно взял мою руку, помогая мне залезть в лодку.       — Что он сказал? — совсем тихо прошептала я, продолжая улыбаться остальным и пытаясь показать вид, что я всё итак поняла. Арагорн не смог сдержать смешка, двигаясь к следующей лодке. Я села рядом с Гимли. Конечно, я так отвлеклась на Халдира, что даже не заметила, кто будет управлять нашей лодкой. Твою мать. Арагорн. Я тебя убью. _________________________ * Моё сердце с нетерпением будет ждать следующей встречи. ** Спасибо.