Северный мрак

Слегка затянувшегося отсутствия маршала никто особо не заметил. Во всяком случае, когда супруги появились у большого костра, вновь прибывшие рыцари только-только расположились вокруг, приступив к ужину. Стемнело, костер выбрасывал в чернеющее небо снопы золотых искр. - Прошу, господа, - окликнул их Мару, указывая на свободные места, специально оставленные для них. - Благодарю, - Мико послал барону теплую улыбку и устроился на предложенном месте, опираясь на плечо сидевшего рядом супруга. Тофок из-под ресниц рассматривал друзей маршала. Такие разные, они были одинаковы в одном - в стремлении защитить свою страну. Парню все еще не до конца были понятны эти люди, как в прочем и многие другие, но он не оставлял надежд на то, что когда-нибудь ему не придется прилагать усилий для разгадывания подобных загадок, все будет приходить само, как и бывает у обычных людей. - Как дела в столице? - поинтересовался Илай. Ларден сделал рукой неопределенный жест, отрываясь от кубка с вином: - В столице спокойно. Октавий устраивает развлечение за развлечением, лишь бы отвлечь народ от войны. - Но это в Тенебрусе, - подхватил Каен, - а за его пределами ширятся зловещие слухи. Отсюда и почти до границ Северных провинций земля пустеет. Люди собирают вещички и уходят прочь. - Последние сутки пути мы не могли найти, где остановится. Деревни пустые, дома наглухо заперты, - вступил Тер. - Приходилось ночевать прямо в поле. Не вламываться же в крестьянские избы? - Не удивительно, – прокомментировал Мико. Он мог представить, насколько далеко распространялось влияние разрушительной магии Натаниэля, и это, если не считать войск немеров. Он едва заметно вздрогнул и несколько секунд смотрел на огонь, чтобы побороть беспокойство. Илай обнял его за плечи, ободряя. - Что скажешь, маршал? Сдюжим? - спросил Ларден. Окружающие как по команде, уставились на Санти. - Сдюжим, - кивнул Илай, улыбаясь. И от его улыбки сразу стало и светлей, и спокойней. - Тем более, когда вы со мной, никакие немеры не страшны. Тофок еще раз поразился, как сильно люди верят в его супруга. Одна улыбка и сомнения развеяны. Это было сейчас очень кстати, и, как ни странно, самому Мико тоже становилось спокойнее, когда Илай говорил, что все будет хорошо. Возможно, это тоже магия, свойственная только непобедимому маршалу Арана? Парень не стал, дальше размышлять на эту тему, лишь немного сильнее прижался к Санти. - А что маг? - спросил Мару, взглянув на Мико. - Ходят слухи, что он какой-то невиданной силы, и вроде как даже государю не по плечу. Насколько это верно? - Силы у него действительно хватает, – не стал спорить Тофок. – Но мы справимся, во всяком случае, мы сделали все необходимое для этого. - Его главная сила - в нашем страхе! - отрезал Илай. - О маге позаботятся. Наша задача разбить на голову двухсоттысячную армию варваров. Это и без мага будет не легко. Колдун в бой не пойдет, у него свои дела, нам с ним не биться. Так что нечего себе этим головы забивать. - Дело говоришь, маршал, - поддержал его Андре. - Каждому свой противник. Что за вождь у немеров? - Не знаю, - ответил Санти, - мы его пока не видели. Их все еще сдерживает засека, но думаю, это не надолго. Скоро они окажутся здесь. В любом случае, парень очень не прост, кем бы он ни был. Умен, коварен и отличается редкостной отвагой и доблестью, раз сумел сплотить племена. Илай принял из рук одного из солдат блюдо с мясом, поставил на колени, предлагая супругу разделить с ним еду. Мару протянул Тофоку кубки с вином. Мико принял кубки. Один протянул супругу, из другого сделал небольшой глоток. Еда была совершенно не лишней, магия забирала много сил. Парень подцепил кусочек мяса и принялся неторопливо есть, ожидая продолжения разговора. Каен Денье, задумчиво смотревший в огонь, негромко сказал: - Я о немерах кое-что знаю. Есть у меня кое-кто из приятелей, чьим сведениям можно доверять. Никто из них не припомнит, чтобы среди кланов нашелся такой вождь. Но с другой стороны, за чужаком они никогда бы не пошли. Правда, последнее время стало очень трудно добыть хоть какую-то информацию. Этот их колдун не дремлет. Ларден потянулся всем телом, отставив тарелку, прищурившись, посмотрел на Илая: - Какая нам разница, кто он? Вождь и вождь. - Ну, не скажи, - со своей обычной меланхолией отозвался Мару. - Для тебя ведь имеет значение, по чьему приказу в бой идти. Небось, если б Илай здесь не командовал, тебя б тут и не было. А кабы и был, черта с два ты бы подчинялся. И толку с такой войны бы было - с гулькин нос. Скажешь, не так? Так. А маршал прав, раз немеры под его тотем встали, значит, парень немалой доблести. И столкнутся нам придется в этот раз с врагом пострашнее мараманцев. - В несколько раз, – согласился Мико. – Я слабо представляю, как можно было собрать немеров в одно целое. У каждого их племени свои обычаи и свои боги, в истории этого народа случалось такое, что семью истребляли просто за одно неосторожное слово. Хотя есть возможность, что из того, кто ведет их армию, дипломат лучше, чем полководец. Вот только я не стал бы на это надеяться, немеры издревле поклонялись только силе. - Да и черт с ними! - подвел черту разговору Илай. - Все равно разобьем! Не на тех напали. Народ одобрительно загомонил вокруг, напряженные лица разгладились. - Мару, - обратился Санти к барону, - не поверю, что ты не взял гитару. Спой нам! Тот кивнул: - С удовольствием. Особенно, если мне еще нальют. Он сделал знак своему оруженосцу, и паренек поспешил подать инструмент. Ему тут же протянули кубок, и с нетерпением затаились. Баллады Мару нравились всем, он совершенно удивительным образом мог рассказать в них о привычных вещах так, что они начинали играть новыми красками. Певец взял несколько аккордов и посмотрел на слушателей. - Так что же спеть? - Как что? - изумленно воскликнул Ларден. - Конечно, о любви. Я знаю, у тебя есть какая-то новая песня. Мару с немного печальной улыбкой посмотрел на золотые искры, гаснущие в ночном небе. И вот из-под пальцев полилась мелодия, и зазвучал его сильный, богатый оттенками голос: - Не проси меня петь о любви В эту ночь у костра. Не проси называть имена – Ты же понял всё сам. Не сули за балладу не спетую Горсть серебра, Всё равно эту тайну я, странник, Тебе не отдам. Слышишь – сказка лучом По скалистым скользит берегам, И Судьба затаилась, Растерянно Нить теребя, Лишь холодные волны Всё также бросались к ногам, Только белые чайки носились, О чём-то скорбя. Слова не знакомые и знакомые в то же время, как будто уже слышал от кого-то. Мару прикрыл глаза, словно пытаясь под веками скрыть свои чувства, его пальцы ласково перебирали струны, а уверенный голос продолжал рассказывать историю: - Менестреля крылатое сердце легко поразить, И метался в лучистых глазах сумасшедший огонь. Он стоял, без надежды её полюбить, Бесполезный клинок по привычке сжимала ладонь. И была их любовь, словно пламя костра на ветру, Что погаснет под утро под мелким осенним дождём. Пусть когда-нибудь в песне счастливой поэты соврут, Но я знаю – лишь день, только день они были вдвоём. Люди у костра замерли, не шевелясь. У каждого перед глазами словно вставала картина, рожденная талантом певца. В его голосе было столько искренней боли, столько грусти, что они невольно поселялись в душе слушателей, заставляя их страдать, как будто они сами пережили то, о чем рассказывал певец. - А с рассветом их вновь развело перекрестье путей. Он ушёл, а её через год забрала к себе смерть. Как сказать, может, он даже помнил о ней, Но о смерти её даже я не смогу ему спеть. А на сердце осталась туманом глухая тоска, Только время поможет потерю и боль пережить. Не узнать никому, как я мёртвую нес на руках Потому, что об этом я песню не смею сложить. Голос вновь звучит тише, словно выплеснув боль и отчаяние, певец смог справиться с собой, но искренности не убавилось. Мару открыл глаза и в упор посмотрел на Лардена, который так жаждал услышать песню о любви: - Не проси меня петь о любви В эту ночь у костра, Не проси называть имена - Ты же понял все сам. Не сули за балладу неспетую Горсть серебра - Все равно эту тайну я, Странник, Тебе не отдам. Песня закончилась, но слушатели еще несколько долгих минут сидели в тишине. И стало ясно, что тихо почти во всем лагере. Вокруг офицерского костра собралось множество солдат, подошедших послушать балладу. Наконец, кто-то шумно вздохнул, и народ зашевелился. - Слушать этого парня, все равно, что душу ножом резать, - проворчал Андре, но глаза его смеялись. Илай рядом с Мико тоже перевел дыхание: - Согласен. Ишен, это наверно, лучшее, что ты когда-либо сочинял. Окружающие загомонили, соглашаясь с его мнением. - Спасибо, - скромно отозвался певец, неспешно перебирая струны. - Это было прекрасно, – выдохнул Мико и, справившись с собой, поинтересовался, вспомнив, другую песню Мару, которая была написана по древней балладе. - Что на этот раз вас вдохновило? Барон чуть улыбнулся, отпил вина. - Одно из семейных преданий, - ответил он, понизив голос, и наклонившись к Мико. - Не самая красивая история, признаться. Бедный менестрель был жестоко убит после своего ответа. - И почему я не удивлен? – пожал плечами Тофок. – У вас прекрасно получается давать новую жизнь старым преданиям. - Благодарю, - улыбнулся Мару. - Эриса говорит, что я могу сделать поэму даже из завтрака. - Ей виднее, – Мико не сомневался, что именно так и есть. – Супруги обычно знают нас лучше, чем кто бы то ни было. Тофок бросил короткий взгляд на прислушивающегося к разговору Илая. Маршал подмигнул супругу и протянул собеседникам наполненные вином бокалы. Потом снова обратился к барону: - Надеюсь, ты споешь еще что-нибудь. - Уж что-что, а петь я могу сколько угодно, - усмехнулся тот, - смотрите, будете думать, как меня заткнуть. - Это вряд ли, – выразил общее мнение Мико. – За ваш талант, Мару. Парень приподнял бокал и слегка склонил голову, отдавая дань уважения собеседнику. Барон поклонился, принимая комплимент. А потом снова ударил по струнам, теперь песня была куда веселей: - Нагадала нам судьба, придорожный кабак, Кто здесь друг, а кто враг – теперь, поди разбери. Кто бы думать посмел, что путь закончится так, Да вот за дверью метель и не уйдешь до зари. Наливай да пей, Да за наших детей, За глухих и слепых Под защитой толпы. За тупое тепло, За прирученное зло, И за то, чтоб в бою Нам умереть повезло. Мико едва заметно улыбнулся, эту песню он знал, пусть и никогда не думал, что встретится с ее автором. Слова сами слетели с языка, раньше, чем он смог остановиться, замолкать было бы глупо, поэтому парень, легко подхватив ритм, продолжил петь чуть тише, чем Мару. Парень немного опасался реакции, на свое вмешательство, но слишком уж близки были слова, и слишком будоражила мелодия. - Ночь сжигать на свечах, явь заливая вином, Мы остались вдвоем смотреть обиде в лицо. Сколько лиг впереди - теперь уже все равно, Наша сказка закончилась бездарным концом. Наливай да пей, Да за веру в людей, За предательства яд, И все пороки подряд. За убийц и лжецов, За отступивших творцов, И за то, чтоб врагов Мы узнавали в лицо. Знали ее и другие, так что к Мико вскоре присоединились остальные рыцари. И вдруг Илай сжал руку Мико, и внимательно посмотрев ему в глаза, перевел взгляд в сторону, туда, где свет костра едва обозначил очертания деревьев. На самой границе освещенного круга появились две фигуры, медленно и осторожно выступив из темноты, словно опасаясь, что их заметят. Лиц невозможно было разглядеть в полумраке, но сияющие переливающиеся глаза нельзя было не заметить. Никто больше их не увидел, да и песня слишком увлекла людей: - Мы вернемся сюда через три тысячи лет, А до этого срока вряд ли вспомнят о нас. Мы оставим свой след на неостывшей золе, Прежде чем нас убьют за выражение глаз. Наливай да пей, За погибших друзей, За ушедших за Грань, И за уставших от ран. За избравших покой, На все махнувших рукой, И за то, чтоб от них Мы уходили легко. Мико в ответ лишь улыбнулся уголками губ. Как бы ни прекрасны были создания, что следили сейчас за сидящими у костра людьми, магия песни была сильнее. Тофок запретил себе думать, что могло привести небесных странников, сюда раньше срока, и запел строки последнего куплета: - Впрочем, выбора-то нет, но есть плохое вино, А раз так - надо пить, не опасаясь утрат. Мы не в силах помочь миру там, за окном, И разбитую веру нам уже не собрать. Наливай да пей, Да за крушенье идей, За ловушки Судьбы, И за возможность забыть. За безумную цель, И за ночную метель, И за то, чтоб дошли Художник и Менестрель. Песня закончилась, и мужчины дружно подняли чаши. - Наливай! - воскликнул Мару, протягивая свой кубок Мико. - Выпьем, друзья мои! Его поддержали радостным гомоном. Не успел еще опустеть кубок, как барон снова запел. На этот раз что-то веселое и заводное, сразу вызвавшее смех, но Илай его уже не слышал, слишком захваченный неожиданным визитом Крылатых. - Ты заметил? - тихо спросил он у супруга. - Конечно, – так же тихо ответил Мико. – Узнаем, что им нужно? И, не дожидаясь согласия Илая, аккуратно поднялся со своего места, стараясь не потревожить певца, и скрылся в густых сумерках, там, где в последний раз мелькнули странные глаза Детей неба. Санти незамедлительно последовал за ним, правда, успев прихватить кубки, и кувшин с вином. Если кто-то и заметил, что кубков было четыре, а не два, внимания на это не обратили. Крылатые ждали их под теми самыми деревьями. Едва Мико подошел, как сразу же ощутил мягкое обволакивающее касание магии, призванной отвести глаза нежеланным свидетелям встречи. - Приветствую, друзья мои, - раздался глубокий голос Алого дракона. А потом и он сам выступил из темноты. - Мы рады видеть вас, Дети неба, – Мико слегка склонил голову в знак приветствия. – Что привело вас раньше срока, все ли в порядке? Тофок был действительно очень взволнован этим вопросом. Поэтому не стал тянуть и тратить время на долгие предисловия, которые предполагал этикет. Дракон улыбнулся: - Не будем так официальны. Нам лишь захотелось немного побыть ближе к людям, послушать песни. Он протянул руку и с благодарным кивком принял из рук маршала кубок, который тот наполнил. Рядом с Алым появился Эранион, весело улыбнувшийся Миколаю. - У нас добрые вести, - сказал молодой Дракон, беря свою чашу, и выжидательно взглянул на своего господина. Блендиор кивнул: - Повелитель дал свое согласие. Сила разума все же возобладала над обидой. Мы придем в должный час. - Это прекрасная новость, – Мико ясно улыбнулся, ему бы не хотелось, чтобы из-за помощи людям Драконы потеряли такую важную часть себя, как связь с кланом. – Пройдете к костру? Признаюсь, оттуда слушать песни гораздо интереснее. Драконы переглянулись. - С удовольствием, но… - Блендиор взглянул на мужчин, - нам придется сильно отвести глаза. Если только, ты… Сияющие глаза Дракона устремились на Илая. - Если только ты, маршал и король, не представишь нас теми, кто мы есть. Мы не знаем, как люди отнесутся к нашему появлению. Слишком долго мы были лишь частью ваших легенд. Мико внимательно посмотрел на супруга, пытаясь понять, что он думает по этому поводу. - Это может поднять боевой дух, - осторожно предположил парень. Илай кивнул, но прикусил губу, поразмыслил. Потом кивнул, сказал: - Идемте. Они двинулись к костру. Рыцари вдруг разом замолкли, увидев тех, кто пришел с маршалом. Слишком они отличались от людей. И их сила, текущая по венам, рассказывала любому и каждому, что перед ними могучие существа, не подвластные никому из присутствующих здесь. - Друзья мои, - голос Илая звучал негромко, но весомо, - позвольте представить вам. Перед вами те, кого мы давно считали лишь легендой, но которые пришли нам на помощь, отозвавшись на наш отчаянный призыв. Это Блендиор, Алый дракон, брат и наследник Повелителя Драконов, и его соратник – Эранион. На миг сидящие у костра застыли, словно в ступоре. А потом дружно встали, чтобы опуститься на одно колено, как того и велел древний, но не забытый кодекс Арана. Слова маршала обрушились на них, подобно грому средь ясного неба. Но в том, что это правда, никто не усомнился ни на секунду. Не смотря на то, что союз, был разрушен, люди все ещё чтили древних защитников Арана, так что их реакция объяснима. Стоило признать, что Крылатые достойны такого приема. - Встаньте, прошу вас, - с изрядным смущением изрек Блендиор, - не стоит оно того. Мы просто хотим послушать песни, если, конечно, певец не против. И… может, нам нальют? Драконы тоже любят хорошие напитки. Да и от мяса мы не откажемся. Есть охота. Его слова сильно разрядили обстановку. Сидящие у костра подвинулись, освобождая вновь прибывшим место, хотя было видно, что им немного неловко оттого, что такие величественные существа находятся рядом. Драконам подали кубки, в которые налили лучшее вино. Наи, как всегда подошедший неслышно, принес блюдо с мясом. Над поляной вновь повисла тишина, никто не знал с чего начать разговор. Эранион со своей обычной непосредственностью сказал, обращаясь к Мару: - Спой еще! Старые Драконы много рассказывали о людских песнях. Я очень хочу послушать. Наши совсем не такие, они другие и слишком сложные, и не берут так за душу. - Драконы поют в небе, - согласился Блендиор, - и не всем дано услышать и понять их песни. Присоединяюсь к Эраниону, спой, просим тебя. Мару задумчиво посмотрел на гриф гитары, словно прося совета, пальцы пробежались по ладам. Он явно не мог определиться с тем, что стоит спеть, но вот легкая улыбка скользит по его губам. - Когда-то была легенда о Трех Драконах… - роняет барон, секунда тишины, все взгляды скрещиваются на певце, и вот к небу несется четкий бой и отрывистые слова: - Плечом к плечу, мы держим строй, Отринув старые каноны, Пройдем сметающей волной Во славу трех своих драконов Мы взяли древний Палантас, Разбив Меч рыцарства без стона, Пожара свет танцует вальс, На крыльях красного дракона. Гости заворожено внимали ему, Блендиор задумчиво улыбался. Он помнил то, о чем пел певец, помнил, ибо был там, и сейчас его глаза затуманились, вспоминая события давно ушедших дней. Молодой Эранион не отрываясь, внимал песне, забыв о бокале, который держал в руках. Мару же, казалось, и не замечал, как отреагировали Небесные Странники, он был полностью сосредоточен на инструменте в своих руках и истории, которую рассказывал своей песней. Для него сейчас не существовал весь мир, во всяком случае, тот, что видели перед собой остальные, зато в музыке были слышны отголоски той, древней битвы: - Мы надвигаемся опять Прибоем тьмы на берег света, А те, кому нас не понять Пусть навсегда запомнят это: Как разбегались по кустам Остатки ордена Короны, Наш клич несется к облакам Во имя синего дракона. Илай обнял Мико за плечи, прижимая к себе. Он в свою очередь, не сводил глаз с Крылатых, ему все еще казалось, что это невозможно, что это кажется. Не могут Драконы, существа из легенд, сидеть вот так рядом с людьми за лагерным костром. Санти отчаянно пытался убедить себя, что это не сон. А Драконы не сводили сияющих глаз с певца... Тофок улыбнулся своему маршалу, ему было легче принять происходящее, его успокаивало присутствие столь сильных существ. Их магия, словно теплый бриз на коже или глоток свежего воздуха после затхлого подвала. К тому же парень все еще не мог перебороть свой восторг, который возникал всегда при виде Крылатых. А певец продолжал, не обращая внимания на молчаливые переглядывания супругов: - И снова марш, и снова строй, От пораженья до победы Нас путь ведет из боя в бой И покачнувшись, дрогнет небо. Назло зазнавшимся богам, Пускай согнется мир в поклоне, Мы бросим Кринн к своим ногам Во имя Черного дракона! (*) - Браво, - тихо произнес Алый Дракон, когда баллада закончилась, - мы помним многое, но не умеем рассказать о том, что помним. Спасибо за эту песню. - Ну, что вы, - чуть смущенно улыбнулся Мару, польщенный похвалой. - А вы могли бы рассказать что-то из того, что помните? Его глаза зажглись жаждой, вполне понятной для поэта. Блендиор тихо засмеялся: - Смотри, певец, как бы тебе не потеряться среди наших сказаний. Да и вряд ли легка будет правда, которую познаешь ты в наших речах. Но коли, будет время, я поведаю тебе на выбор любую из легенд. - Благодарю! - восхищенно выдохнул Мару. - А меня пригласите? – поинтересовался Мико и состроил умильную просительную мордашку. – Я тоже люблю интересные рассказы о прошлом, а Дети неба, насколько я знаю, очень хорошие рассказчики. Парень строил ей себя восхищенного поклонника, надеясь своим поведением прогнать огонек грусти, что вновь появился в глазах Алого, который был особенно интересен бывшему советнику из-за связи с его семьей. - Пригласим, - кивнул Блендиор, - после битв придет время песен и плача, радости и скорби. Старых преданий и новых легенд. - Ну, вот! - засмеялся Илай, при виде восторга, засветившегося в глазах супруга. - Стоило спуститься с небес Крылатым, и простой земной рыцарь забыт своим возлюбленным! - Простой рыцарь? – Мико приподнял бровь, по его тону было понятно, что он считает Илая каким угодно, но уж точно не простым. – Не ревнуй, радость, мой интерес к нашим гостям чисто научный, – с хитрой улыбкой добавил он. - Я не ревную, - смеясь, развел руками Илай, - я опасаюсь! Уж против таких соперников не выстоять даже мне! Рыцари вокруг засмеялись, а Синий дракон вдруг наклонился к Миколаю, и лукаво улыбнувшись, спросил: - Хочешь полетать со мной? Блендиор хмыкнул, обращаясь к нему: - Смотри, Эранион, один Крылатый уже поплатился жизнью, за то, что покусился на нечто очень дорогое! Молодой дракон лишь улыбнулся, провокационно протягивая руку Миколаю. Мико склонил голову на бок и лукаво посмотрел на Синего дракона. Несмотря на все его восхищение древним народом, он не хотел подниматься ни с кем из них в небо, хотя и не мог внятно объяснить причину этого не желания. - А я высоты боюсь, – сверкая улыбкой, ответил он, наконец. - Но ведь это же неправда! - с обиженным недоумением воскликнул Дракон, укоризненно глядя на Мико. - Эх, отделаться простым ответом не вышло, – преувеличенно горько вздохнул Тофок, и тут же смягчил свои слова улыбкой, желая показать, что всего лишь шутит. - Скажем так, моя магия позволяет мне летать, с некоторыми ограничениями и совершенно не так, как это делаете вы, но это полет и он непередаваемо прекрасен, – Тофок нежно посмотрел на сидящего рядом Илая, взглядом благодаря за то, что именно он подарил эту возможность. – Будем считать, что я не хочу перебивать впечатления, хоть мне и очень лестно твое предложение. - Ладно, - ворчливо отозвался Синий, - нет, так нет. А Блендиор наклонился к Мико и едва слышно шепнул: - Не соглашайся ни за что. Те, кто летают с Драконами, не возвращаются никогда, душой оставаясь в небе. И уже громко добавил: - Нам пора, друзья мои. Время более не терпит. Придет время, и мы увидимся. Спасибо за огонь, за вино, и за пищу. И за песни. До встречи! Оба Дракона склонили головы в прощании, и решительно двинулись прочь, в сопровождении Мико и Илая. Едва скрывшись в тени деревьев, оба Крылатых стремительно взмыли вверх, как и в прошлый раз. Могучий порыв ветра пригнул деревья, когда Драконы пронеслись над лесом, чтобы исчезнуть в ночном небе. - Красиво, – глядя на полет, не удержался Мико. – Пойдем обратно к костру или может лучше спать? Завтра тяжелый день. - Спать, - решил Илай. - Не думаю, что завтра немеры пойдут в атаку, но день действительно предстоит трудный и тяжелый. Только пойдем, попрощаемся, а то как бы парни не решили, что нас Драконы унесли. Маршал обнял супруга за плечи, направляясь с ним к костру. - Конечно, – не стал спорить Тофок, позволяя увлечь себя обратно в шумный круг. Люди оживленно обсуждали нежданных гостей, обмениваясь своими мнениями и бурно жестикулируя. Мико улыбнулся, наблюдая за этим. Только Мару молчал, задумчиво глядя в огонь, и перебирая струны. - Однако, - прозвучал вдруг в общем гуле голос Каена Денье, обращенный к Илаю, - Крылатые, как я понимаю, в битве участвовать не будут? - Они будут участвовать в самой страшной битве, Каен, - нахмурившись, ответил маршал, - в битве магической, и этот бой нам не по плечу. Наша задача отбросить немеров, загнать их обратно за Ледяной предел. Это битва наша, людская. А Драконы придут на помощь Миколаю, когда настанет время для битвы Богов. Почти все разговоры затихли, теперь люди прислушивались к беседе командиров. - Вам не стоит беспокоиться об этом, – тихо сказал Мико, видя напряжение на лицах людей. – Не позволяете беспокойству отвлечь вас от основной задачи. Драконы с нами, разве есть кто-то более могущественный, чем эти прекрасные создания? – конечно Тофок мог на вскидку назвать несколько существ, превосходящих Крылатых силой, но солдатам об этом знать уж точно не требовалось. Рыцари слажено кивнули. - Как думаешь биться, Илай? - спросил Ларден. - Я в сомнениях, - покачал головой маршал. - Мне с ними сражаться не приходилось, и тактики их я даже примерно не знаю. Буду действовать на интуиции и знании своих войск. - Я могу кое-что подсказать, - отозвался Каен, - мне как-то довелось участвовать в битве с немерами, хоть и по большей части как зрителю. У них могучая, очень тяжелая конница. Немеры предпочитают давить ей противника, сметая, словно ураган. Вот если вывести их всадников из строя, шансы почти сравняются. Илай покусал губу, прежде чем ответить: - Так, значит? Что ж, будем думать, как этого добиться. - Наша кавалерия против них не устоит, - подал голос Тер, - слишком уж они тяжелы. - Да? - откликнулся Санти. - Значит, выставим против них пехоту. В ответ на это заявление на него воззрились десятки недоумевающих глаз, но маршал поднялся, подавая руку супругу: - Пойдем, любимый, нужно отдохнуть. Господа, спокойно ночи. - Доброй ночи, – пожелал Мико собравшимся, и принял руку супруга, позволяя утянуть себя в сторону шатра. Их проводили долгими взглядами. - Эх, а Тофок хорош все-таки, - тихо вздохнул Ларден. - Да уймись уже, - фыркнул рядом Андре, - мало тебе досталось? Илай, конечно, о тебе поплачет, но это будет после того, как он тебе голову оторвет. - Я просто любуюсь! - возмутился Вадей. Мару, наконец, оторвал взгляд от костра и спросил: - А какого Крылатого имел ввиду Дракон, когда говорил, что тот покусился на самое дорогое? Вокруг тут же раздались возгласы и гомон. - О, вы же не знаете! - воскликнул капитан Трим. - На Цитадель напал Дракон! Буквально несколько дней назад. - Рассказывайте! - тут же потребовали вновь прибывшие. *** Утром, когда Мико проснулся, Илая рядом уже не было. Одевшись, Тофок вышел из шатра и невольно поежился. После сна воздух казался особенно зябким. Его встретил Наи: - Доброго утречка, Мико. Вот твой кофе. И садись завтракать, пока все горячее. Парень против воли улыбнулся: несмотря на тревожные обстоятельства, ему было уютно, иначе не скажешь, от присутствия Наи. - Спасибо - поблагодарил Тофок повара, принимая кружку. - Илай, как понимаю, уже весь в делах? - А то, - вздохнул толстяк, присаживаясь рядом с ним со своей чашкой. - Умчался ни свет, ни заря. Разведчики доложили, что немеры завтра готовятся ударить. Похоже, амулетики, что мы с тобой соорудили для парней, работают. Пока никто из разведчиков не пропал. - Надеюсь, они и дальше не подведут, - сказал Мико, отпивая кофе.- Он появится? Или может, передавал что-нибудь? Наи покачал головой: - Просто сказал, что пойдет народу помогать. Они там, на окраине лагеря чего-то творят. В это время к ним подошел Каен Денье: - Доброе утро, господа. Маршала нет, как я понимаю? - Ушел еще с рассветом, - ответил Мико. - Как раз обсуждаем, чем он занят. - Тогда может быть, поищем его, Миколай? - предложил Каен. - А то я что-то проспал, все удрали, и я один остался неприкаянный. Он очаровательно улыбнулся, виновато разводя руками. - Прости, - вернул виноватую улыбку Тофок. - Но меня ждет завтрак. Присоединишься? - О, с удовольствием! - не стал отказываться виконт. - Грех не отведать стряпни Наи. Надеюсь, сам повар против не будет? - Садись ужо, - усмехнулся толстяк, - вон, как глаза заблестели. Садись, накормлю. Улыбнувшись, Каен уселся рядом с Мико. - Кстати, когда ты успел познакомиться с немерами? - поинтересовался Тофок как бы между делом. - Так я ж разведчик, причем командир элитного отряда, - усмехнулся Денье. - Ребятишки, которых вы в последний раз с амулетами заслали, как раз мои. Когда последний раз на Севере воевали, было у меня задание потереться среди северян, послушать настроения. Вот там-то я много информации о немерах собрал, да как-то наблюдал их схватки. Правда, они чисто ради интереса силой мерились, но били друг друга - дай бог. - Какое-то особое искусство? - Мико заинтересованно подался вперед. - Мне как-то не приходилось иметь дело с ними, интерес короля никогда на них особо не распространялся. - Да нет, не сказать, - качнул головой виконт. - Бойцы они, конечно, отменные, не говоря уж о том, что все, как на подбор здоровенные. Но особых каких-то приемов у них нет. Скорость, выносливость, умение держать удар. Сражаются они, как правило, топорами и палицами, так что нам придется нелегко. По мне так лучше копье, чем дубина. - Я верю, что Илай что-нибудь придумает, он очень хороший стратег, - с теплотой сказал Мико. - А если ты поделишься информацией, то у него будет больше шансов. - Он уже выжал меня, как тряпочку, - засмеялся Каен. - Я вспомнил даже то, чего не знал! И уже что-то задумал, насколько я понимаю. Он допил кофе и предложил: - Если вы закончили, пойдем, найдем маршала? - Да, действительно пора, - согласился Мико и поднялся на ноги. Илая найти оказалось не сложно, его голос громко разносился над лагерем. Маршал обнаружился почти на окраине лагеря, где разноголосым хором стучали топоры и молотки. Солдаты и многие офицеры вовсю махали орудиями, что-то сколачивая и остро затачивая концы разнокалиберных бревен, подошедших бы для отличного частокола. На глазах Мико и Каена маршал проверил, острый ли конец получился у бревна, отбросил его в кучу других таких же и взялся за новое. Несмотря на прохладный ветер, рубашка Илая прилипла к спине от пота. - Илай! - окликнул Денье друга. - Ты решил отгородиться от немеров забором? Думаешь, их это остановит? - А почему нет? - отозвался Санти, разгибаясь. - Хороший забор еще никому не мешал. Хотя бы остановятся, постучат, уже время. Не хочешь помочь, кстати? Он выдернул из колоды топор и бросил его виконту. - Почему бы и нет? - весело хмыкнул Каен и, поплевав на руки, взялся за топорище. Судя по всему, он уже понял, что к чему. Илай, утерев пот со лба, подошел к супругу. - Привет, - он нежно поцеловал Миколая в губы. - Выспался? - Выспался, - подтвердил Мико. - Я смотрю, ты развил бурную деятельность? Парень указал на бревна. - Позволишь и мне помочь? - Тоже решил для разнообразия грубой работой заняться? - засмеялся маршал. - Ну, коль скоро желание есть, отчего не помочь? - Нужно иногда, - согласился Тофок. - А то я совсем потеряю форму, - лукаво добавил он. Маршал протянул ему топор. - Держи, нам до завтра управиться надо. Чует мое сердце, быть завтра бою. И эти колья нам ой, как нужны. - Как скажете, господин маршал, - отрапортовал Мико и послушно взялся за топор. К обеду все наработались так, что руки тряслись. Их сменили другие солдаты, и невольные плотники отправились отдыхать. Илай потер поясницу и со стоном опустился на скамью. - Мечом махать легче, ей-богу, - пробормотал он, пытаясь совладать с собственной рукой и не расплескать вино. Наконец, удалось хлебнуть живительной влаги, и стало легче. - Полностью с тобой согласен, - Мико устало вздохнул. Бывший советник выглядел непривычно для большинства из собравшихся: коса порядком растрепалась, а на щеках горел румянец, это делало его еще более юным. - Зато моя душа будет спокойна, - вздохнул Илай, потягиваясь до хруста в суставах. - Теперь можно не бояться немерской конницы. Главное, чтобы этот их вождь не изменил свои планы. - Ради твоего спокойствия можно было и большее сделать, - с мягкой, немного подначивающей улыбкой, сказал Тофок. – Но, действительно, будем надеяться, что все сработает. Хотя стоит признать, что я не совсем понимаю, что именно ты задумал. - Увидишь, душа моя, - лукаво улыбнулся Илай, проводя ладонью по его щеке, - если будешь за битвой наблюдать. - Только наблюдать? - уточнил Тофок, он понимал, что не подготовлен к подобному, все же убийца - это не солдат, но отсиживаться в стороне тоже казалось неправильным. - Только наблюдать, - твердо велел маршал. – Твоя основная задача – темный маг и я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. - Я понимаю, - был вынужден признать правоту супруга Мико. - Как думаешь, он будет участвовать или отсидится в стороне? - Посмотрим, - пожал плечами Санти, - но, логически рассуждая, он тоже должен беречь себя ради куда более важного дела. Так что думаю, что он предоставит вождю самому разбираться с нашей армией. - С одной стороны это даже лучше, когда маги остаются в стороне, - задумчиво протянул Мико. Парень едва заметно вздрогнул, вдруг всплыли картины древней битвы, памятью о которой поделилась богиня. Тогда на каждой стороне сражались маги, и люди гибли сотнями буквально от одного взмаха руки. Маршал кивнул: - Пусть остаются в стороне, на поле брани должны сражаться воины, а не колдуны. Он нахмурился, оглядев лагерь из-под растрепанных кудрей. - Им страшно, - кивнул он на солдат. - Хотя они и храбрятся изо всех сил. - Их можно понять, Илай, - мягко сказал Мико - Против такой силы Арану выходить еще не приходилось и, конечно, они не смогут забыть о том, что устроил Натаниэль. Многие вообще держатся только потому, что верят в тебя, твою непобедимость. И я верю, что страх не помешает им идти за тобой, когда придет время. - Я их не виню, - покачал головой маршал, - я пытаюсь придумать, как им помочь, как поднять их боевой дух. Идти в бой, когда на душе тяжело, очень трудно. Мои солдаты никогда ничего не боялись, и этот страх делает их слабее. - Просто покажи им, что ты не боишься - сказал Тофок. Он, отчего-то не сомневался, что супруг знает способ это сделать. Вдруг Мико вскинулся, будто услышав что-то, доступное только ему, и вскочив со своего места, уставился в сторону леса. Неизвестно, что видел там бывший советник, а вот люди заметили странную серую пелену, что двигалась с гор. - Наи, - едва слышно выдохнул Мико, но в наступившей тишине его слова прозвучали как крик. - Скажи мне, что я ошибся, - попросил он. Илай вскочил на ноги, невольно хватаясь за меч. От большого костра уже несся Наи, на ходу отшвыривая фартук, поварскую шапочку и поварешку. Лицо толстяка было белым, как снег. Он промчался мимо супругов, на ходу ухватив Мико за рукав и потащив его за собой. - Он пошел в атаку! - на бегу прокричал Наи. - Он жжет наши укрепления!!! Санти проматерился и схватив рог, висевший на опоре навеса, затрубил, играя тревогу. Мико послушно бежал за толстяком, который с уверенностью лавировал между шатрами и огибал застывших людей. Наконец, на краю лагеря они остановились, вглядываясь в то, что делал враг. Самым страшным было то, что Натаниэль не использовал никаких заклинаний. Он действовал чистой силой, против которой мало что можно сделать, но, как ни странно, именно это давало Мико шанс. Слишком мало успел Наи передать своему ученику, лишь несколько плетений, а вот призывать магию, что наполняла кровь, Тофок научился хорошо. - Что будем делать, Наи? - спросил парень. - Бей его! - не раздумывая, выпалил толстяк. - Раскидывай свой щит, тебе хватит его, чтобы укрыть наших людей. Бей! Пусть знает, что здесь есть, кому дать отпор. Не будет переть напролом! Мико не стал больше медлить и развернул щит в виде крыльев. Воздух зарябил от переполняющей его магии, но она была совершенно иного свойства, чем та, что шла с гор, но не светлой, все того же серого цвета, вот только в ней искрилось серебро и что-то чистое, противоположное тому, чем бил Натаниэль. Закрыв весь лагерь, Миколай собрал остатки своей силы и какую-то часть той, которой владел Илай, и ударил в ответ. Серая пелена дрогнула, распалась на куски и порядком выцвела, но это был далеко не конец, теперь предстояло дождаться шага Первого наследника, и граф мог только молить Богов, чтобы его щит устоял. К чести рыжего мага, надо сказать, что он не растерялся. Его сила мгновенно свернулась в вихрь, подобный смерчу, и словно копье с размаху ударило в щит, созданный Тофоком. Одновременно вперед потянулись лепестки иной силы, наносящей раны самой ткани мирозданья, отчего вокруг мгновенно повис удушающий страх. Но тут в дело вступил Наи. Аккуратно вплетя в силу Миколая свою собственную, он отбросил зловещие щупальца, давая людям возможность дышать. Позади магов уже во всю строились в боевые порядки аранские войска. Все-таки загадочный повар маршала был прав, говоря, что щит в виде перьев гораздо лучше, теперь это подтвердилось. Защита дрогнула, но выдержала, и даже каким-то не до конца понятным Мико образом, смогла погасить магический вихрь. Парень мимолетно порадовался, что тот урон, который нанесло влияние магии Темного бога, взял на себя Наи. Не зная, чем ответить на атаку, Тофок поступил так, как делал всегда, когда дело касались его силы - просто доверился чутью. И в сторону Натаниэля ушло нечто ажурное, но вместе с тем невероятно смертоносное. Позади изумленно охнул Наи. - Ждать приказа! - раскатился над лагерем зычный голос Илая. Впереди возник сверкающий магический щит, отбивая атаку Мико. И вдруг чужая сила разом свернулась и затихла, затаилась. Это не могло быть хорошим знаком, Тофок прекрасно понимал, что враг далек от истощения, а значит, готовит нечто невероятно опасное. И он не ошибся. Небо вдруг словно потемнело, и на лагерь хлынула сила Бога, принося ужас и оцепенение. - Мико, долбани-ка его как следует, - мрачно велел Наи. - Ишь, распоясался. А я чуток своей силушки добавлю. Надо это убрать, иначе люди с собой кончать начнут. Он снова вплел свою силу в щит Мико, действуя так искусно, что никто не смог бы догадаться, что действуют два мага. - Я лагерь прикрою, а ты бей, Миколай. Против силы Бога обычно действует только то, что принадлежит другому Богу, на этот раз Тофок не рассуждал, имеет ли он право пользоваться той искрой, что оставила в нем Темная, и ударил. Магия ринулась вперед, росчерком стали, а Мико слышался довольный и безумный смех Богини убийц. Такой подлянки Натаниэль явно не ожидал. У Тофока возникло такое чувство, словно сила рыжего отдернулась, обжегшись. И вот теперь она ушла, свернулась, спряталась. Он свою атаку прекратил, явно решив сначала разобраться, с чем имеет дело. Тьма ушла, стало легче. Но осталось чувство тоски и уныния, которое ни Мико, ни Наи не знали, как убрать. Весь остаток дня оба мага работали, как проклятые, но так и не смогли удалить гнетущий след от воздействия темной магии. * Текст песни Дэна Назгула