Каникулы на «Гавайях»

      Вы умеете делать «блинчики»?       Не те, что ажурным узором растекаются по сковородке, румянятся и хрустят на зубах, сдобренные мёдом или сметаной. Они, конечно, хороши, но к «блинчикам» имеют малое отношение. Наверное, так они называются из-за кругов, которые камень оставляет на воде, отталкиваясь от неё несколько раз.       Если верить интернету, эта игра известна человечеству с древних времён. Как водится, её первое упоминание относится к античности. Если подумать, греки вообще были умным народом. У них даже были трусы, об этом говорят полустёртые фрески. Да-да, те самые трусы, наличие которых яростно опровергается всякими историческими реконструкторами. Нет, может, в средние века люди и были настолько идиотами, что вместо трусов носили какие-то подштанники, но...       В любом случае, сейчас речь не о трусах, а о «блинчиках».       У меня никогда не получалось делать «блинчики». Может, врождённый божественный вывих запястья. Может, я просто неудачник. Да-да, выбрать камушек и кинуть его — это целое искусство, которое познаётся только со временем, всё такое. Но, чёрт возьми, как же обидно было это понимать...       Устрицы, ракушки, глиняные черепки, галька — я перепробовал всё, что только смог найти на этом пляже. Даже тарелки пробовал, с оглядкой, чтобы никто не заметил. Да кому замечать-то... Больше заняться было категорически нечем: на этих чёртовых Гавайях-Мальдивах было так скучно, что от скуки сводило зубы и хотелось делать глупости. Побегать голышом, например. Или поорать, выйдя на причал. Или упиться в баре, а потом снять катерок и отчалить на поиски цивилизации.       Так уж получилось, что мы — я, мать и отец — оказались на этом острове одни. Ну, как, одни: мы и горстка персонала из местных. Я до сих пор не мог их всех пересчитать, лица чужой национальности сливаются и рябят в глазах, из-за чего все китайцы выглядят братьями и сёстрами из одного яйца, а все чернокожие словно вышли из одной клетки. О, нет, я не расист, я просто... ай, ладно, я — немножечко расист и люблю белокожих, но, опять же, речь не об этом.       И уже даже не о «блинчиках».       Когда резвый катер привёз нас в этот мальдивский осколок Рая с белым песком и голубым морем, тут отдыхала парочка семей. Поляки, что ли, их речь было очень забавно воспринимать на слух, прямо-таки эффект Телепорно получался. Вы не слышали об этом эффекте, что ли? Это когда для носителя языка слово звучит очень даже ничего так, а для остальных оно гы-гы-гы. Телепорно, кстати, это имя одного эльфа по Толкиену на квэнья. Владыка Лориэн вряд ли задумывался о благозвучии своего имени на русском языке...       Нет, я не упоротый. Я просто задрот.       В любом случае, продержались поляки недолго: их отпуск уже заканчивался, и не прошло и трёх дней, как мы остались на острове совсем-совсем одни. Мать и отец, конечно, пришли в щенячий восторг. Наша семья не бедствует, у отца собственный бизнес по автомобильным деталям, на регулярные разъезды по заграницам хватает. Но, согласитесь, очень лестно почувствовать себя ещё на одну ступеньку выше. Представить, что весь остров — твой, штат слуг — персональный, а бунгало вовсе и не бунгало, а твоё личное зарубежное гнёздышко для отдыха.       Это пьянит.       В общем, отца и мать я уже несколько дней не видел, о чём нисколько не жалею. У них медовый месяц, сюсю-мусю и обжимашки на лежаках. Смотреть не противно, я не ханжа, но всё равно что-то как-то...       Не то.       Валяясь на шезлонге тюленем то возле бассейна, то возле моря, я, и так достаточно смуглый, успел загореть. Теперь мог сидеть на солнце едва ли не в полдень, подставляя выбеленную лучами макушку, но зарабатывать себе солнечный удар — то ещё развлечение. Им невозможно заниматься днями напролёт.       Интернет здесь пашет редко. Хватает лишь на то, чтобы быстро поныть в жежечку и, если очень повезёт, скачать парочку песенок. Все фильмы я, как настоящий идиот, пересмотрел в первые же ночи отдыха. Знал бы, как дело обернётся, ни за что не стал бы делать такую глупость.       С местными поговорить не получается. Они по-русски ни в зуб ногой, а по-английски уже я. На уровне форумной дискуссии, как-то так, что мне сказали — пойму, но сам останусь на уровне «Хау пройти ту зе ресторан». Впрочем, они тоже где-то на этом уровне. Это утешает.       На всякие там экскурсии ходить одному нет желания. Мать и отец, как я уже сказал, заняты только собой, а не своим почти половозрелым отпрыском. Носиться на гидроциклах я уже устал. Загорать — тоже. Даже «блинчики» меня предали, а погуглить, как их правильно делать, нет возможности.       В общем, засада по всем параметрам.       Показав гладкому и флегматичному к моему «блинному» поражению морю кукиш, я нацепил круглые солнечные очки, и, взяв только тапочки, хмуро поплёлся вдоль берега. Бросив на шезлонге и полотенце, и даже журнал на немецком, в котором рассматривал картинки. Зачем вообще у них на ресепшене немецкие журналы? Даже не порно. Немцев любят, что ли.       До конца отпуска оставалось ещё семь дней. Семь дней невыносимого скучного занудства, если, конечно, не произойдёт чуда. Родители обо мне вспомнят, там, ещё кто-то въедет, желательно, русскоговорящий. Впрочем, на чём угодно говорящий, главное — симпатичный. Блондиночка там, или брюнеточка, которая будет загорать топлесс и просить меня намазать ладную спинку солнечным кремом.       Вздохнув, я прибавил шагу. Оставалось то единственное, что я ещё не делал на этом острове: я не обходил его кругом. Только поперёк, скептично рассматривая редкие деревья и густые кусты. Если верить карте, где-то в восточной части острова была не то гора, не то коралловый риф, не то ещё что-то каменное. Моя тройка по географии и скудные познания в типах ландшафтов не позволяли вспомнить точнее. Камни и камни, что с них ещё взять?       Туда-то я и направлялся, загребая ногами белый песок и помахивая тапочками. Хорошими тапочками, кстати, специальными, с защитной подошвой — я купил их несколько лет назад в Египте и, на удивление, они всё ещё были вполне жизнеспособны.       С одной стороны лениво поблёскивала кажущаяся бесконечным полотном голубая вода. Я бывал в Таиланде и Египте, но до этого острова не мог подумать, что вода может иметь столь насыщенный лазурный цвет. Казалось, что кто-то особо ехидный подкрутил окружающей картинке ползунок, отвечающий за яркость. Даже с моими кривыми руками не требовалось никакого фотошопа, чтобы передать красоты этого моря... от которых зубы ныли с прежней охотой. Мой ноутбук уже был забит однотипными фотографиями.       Слева чуть слышно шумели пальмы, большущие листья которых перебирал ветер. Насчёт пальм мне сказать было нечего, разве что на них действительно росли кокосы, напоминающие... в общем, у нашего кота, оставшегося дома, точно такие же.       Песок под ногами был белым без преуменьшения. С лёгким желтоватым отливом, казалось, что кто-то намеренно и трудолюбиво выкрасил его в белый цвет. Небо над головой радовало синевой и отсутствием даже намёка на тучи.       Пастораль как она есть.       Ни вулканов, ни смерчей, ни даже захудалого метеорита. Словом — совершенно никаких происшествий. Не то, чтобы мне хотелось помирать в самом расцвете семнадцатилетия, йуным и девственным, но всеобъемлющая скука заставляла размышлять об очень странных вещах.       И даже пугающих.       Может, акул поискать? И скатов. Днём.       Эти некрупные твари сплывались каждый вечер к нашему ресторану, стоящему на пристани. У того было прозрачное дно, позволяющее наблюдать, как эти мелкие хищники (интересно, а скаты — хищники?) расправляются с едой, кинутой на потеху публике. То есть, нам. В самый первый день это восхищало до перехваченного дыхания, теперь же я больше интересовался содержимым своей тарелки, чем подкормкой местной фауны.       По ночам тут плавать было небезопасно. Днём, вроде как, эти твари не заплывали на мелководье. А тут именно что мелководье — можно пешком по песочку на метров двадцать-тридцать уйти, а вода всё ещё будет тебе по грудь. Нет, так не на всём острове, с другой стороны действительно находится риф, не выходящий на берег. Там порой можно застать скучающего старичка, предлагающего тебе поплавать с аквалангом в его компании. Я даже плавал, но... наверное, я зажрался. Подводный ландшафт, конечно, захватывает дух и всё такое, но когда раз за разом видишь однотипную красоту, она приедается.       Пока я думал о ландшафтах, красоте и еде, зеленоватые камни, торчащие вдалеке, становились ближе. Медленно, лениво, но старательно я шёл к цели, не особенно глядя по сторонам. Поэтому не заметил, как из какой-то зелени вида «куст» (ну, да, я задрот, но не ботаник, чтобы в кустах разбираться) прямо мне под ноги выкатился абориген. Прежде я его не видел…       Наверное. Я уже говорил, что совершенно их не различаю?