Хогвартс. Жизнь Избранных.

Эта ночь прошла отврательно. Храп этой компании, адская боль в руке, мысли так и лезли невольно в голову. Так самое прикольное, что я думал о самом дурацком и совсем неважном. Так я продумал, а точнее промучался до конца сна Малфоя. Я, во всей своей красе, притворился спящим. Ну, а что? Я ведь не такой хороший Хранитель. В смысле у меня было желание напугать его, но блондинчик ускорился и уже ровно через 2 минуты был одет, умыт и расчесан. Не понимаю, почему он так легко укладывает свои волосы? Соплями что-ли, увлажняет? Реально пугает. Ну так, Драко что-то бормотал, явно нервничал, я так и не решился открыть глаза. Послышались отчетливые шаги у двери, а затем хлопок. Я открыл глаза : Крэбб и Гойл дрыхли, кровать Малфоя застелена, а его и в помине нет. Я снял "ночную" футболку и шорты, вместо них одев на себя белую рубашку, чёрные джинсы и конверсы. Кинув взгляд сначала на часы, а потом на спящих, я тихо подошел(я так шуршал, что даже бы и донецкий ночной работник проснулся) и тихо прошептал: — Акцио будильник, — я взмахнул волшебной палочкой и ,как в обычном фокусе, на тумбочке Гойла появился старомодный будильник. Я, сдержав смех, засек на нём время и прихватив с собой вещи, смылся в коридор. Сам сигнал должен был состояться через 1 минуту и взорваться ,вместо звона, клоунским коварным смехом чокнутого профессора. 1, 2, 3.... Вопли в перемешку с матами раздалось в моей комнате. Эти двое толстяков искали предмет с таким звуком, но к счастью, я запрятал его под шапку-невидимку Крэбба. "Клоун" не прекращал зловеще смеяться, а я с хорошим настроением прошелся через гостиную, потом через подземелье, а после уже и вышел на первый этаж и оказался у главной лестницы. Там как раз стояли Иккинг с Меридой и о чем-то спорили. — Ик, не надо, прошу! Я тоже очень хочу быть с тобой, но как... — никогда еще не видел такую рыжую : растерянную и печальную. Даже её форма Гриффиндора смотрелась на ней как-то грустно. — Мер... — сухо ответил Хэддок и хотел продолжить, но я в это время чихнул. Такая драма была, а я чудовище чихоточное. — Эй, слышишь, не умирай, — оторвав свой взгляд от гриффиндорки, Хэддок посмотрел через плечо на меня. — О чем беседу ведете? — Бугагашеньки, гыгы, ну давайте, оправдывайтесь, голубки. — Разговариваем о доте 2, — выпалила Мер. Ну, Меридочка, отмазка норм. 5 из 10. — Агась, — согласился Ик, "убирая" свою страдающую гримасу. Ну, ок. Я так понимаю, что у нас тут любовный треугольник? Мерида -> <-Иккинг -? <- Астрид. И заметьте у каждой из них преимущества. Ну, уберем этот треугольник или же сплошную линию и займемся мною. Да, я в этом эгоистичен — Джэксон Овэрланд Фрост!! Какого хера я его уже 15 минут жду в гостиной Слизерина, а оказывается ,он уже тут с Иком и Меридой тусуется. Предатель, даже меня не подождал! — М-м-м, моя крошка сегодня не в настроении. Эльза сейчас была одета в шикарную фигню. Но, бля, её же все увидят! Уже давно разрешили носить все что угодно, но и не забывать про мантию. Её грудь была обмотана бинтами, наверх была одета белая просторная и на вид большая рубашка, затем и мантия. По её тонкой шее свисал кулончик со снежинкой и не завязанным галстуком факульета. — Вы видели новый Нимбус~2003? — спросила рыжеволосая друзей, когда они вошли в класс.— Ради небес, Мер, заткнись, — ответила Рапунцель, которая только недавно встретилась с нами у выхода из школы. Ни для кого не оказалось сюрпризом, что профессор Спаржелла начала свой урок с лекции о важности сдачи на С.О.В.У. Меня это уже осточертело; стоило вспомнить, сколько домашних заданий еще предстоит сделать, как мой живот тоскливо сжимался. Совсем плохо мне стало, когда в конце урока, профессор Спаржелла задала классу еще одно эссе. Спустя полтора часа, усталые и сильно пропахшие драконьим навозом, любимым удобрением профессора Спаржеллы, студенты медленно тащились обратно в замок, не имея сил даже на то, чтобы переброситься словечком. Так прошел еще один длинный день.Поскольку я уже понемногу умирал от голода, а мне еще предстояло наказание у Жабы в пять часов, то, даже не забросив свой портфель, я отправился прямиком на обед, и почти переступил порог Большого Зала, как чей-то громкий и сердитый голос рявкнул: — Джексон, тебе жить надоело?! Где мой портфель!? — ах, да, у меня в руках не только свой портфель, а еще и Снежки. Хочу заметить, она такая милая когда злая.

***

Второе наказание оказалось хуже предыдущего, на этот раз кожа на тыльной стороне ладони воспалилась гораздо быстрее, покраснела и горела от боли. Маловероятно, что это сможет быстро зажить. Бля.Если так пойдет и дальше, порезы превратятся в шрамы, навсегда отпечатавшись на руке. Вот тогда, Амбридж, возможно останется довольна. И все таки, я ни разу не позволил себе застонать от боли, и ,с момента, когда вошел в комнату до того, как я с неё вышел, снова, далеко заполночь, я произнес только "добрый вечер" и "спокойной ночи".Ситуация с домашними заданиями становилась совершенно отчаянной, и ,вернувшись в подземелье, вместо того, чтобы отправиться спать, я открыл учебники и начал писать эссе по лунным камням для Снэйпа, закончив в полтретьего ночи. Знал, что работа вышла слабенькой, но ничего поделать я реально не смог - если бы я совсем ничего не сдал, то, на сей раз, получил бы взыскание уже от Снэйпа. Затем я быстро набросал ответы на вопросы, заданные профессором МакГонагалл, одновременно подправляя характеристику Низкопоклонников для профессора Гниллер-Планк, потом, пошатываясь, добрел до кровати, не раздеваясь, рухнул поверх покрывала и мгновенно уснул.