Обратная сторона луны

— Питч, спасибо, — Джек обнял Темного духа за талию, всем телом прижимаясь к его спине. Они летели на черном скакуне, рассекая ночные облака. — Питч, а зачем нам на Северный полюс? — продолжал тормошить своего молчаливого спутника мальчик. — Я должен показать тебя Северянину, чтобы доказать, что с тобой все в порядке, — сухо и немного отстранено произнес мужчина. — Питч, а как ты догадался, что я не заморожу тебя? — Я просто доверился тебе. Что-то особенное мелькнуло в твоем взгляде, когда наши лица в бою сблизились. Я понял, что Луноликий не полностью тебя контролирует. — Питч… — Хватит, Джек! — рявкнул на него всадник. И вдруг резко обернулся, ухватив мальчика, агрессивно перекинул через себя и, усаживая перед собой, злобно посмотрел в его глаза. Джек от неожиданности даже поежился. Он, конечно, чувствовал, что Питч в плохом настроении, поэтому и пытался его разговорить, но не ожидал, что тот настолько зол. — Это лучше ты мне скажи, какого хрена ты так смачно целовался с Луноликим у меня на глазах?! Судя по его удивленно млеющей роже, он тебя не заставлял! Кстати, меня ты так никогда не целовал! — Питч, я просто усыплял его бдительность. Хотел, чтобы он контроль ослабил. — По-моему, ты тогда слишком увлекся, милый. Я, видя такое, решил, что я дурак последний! Что, может, тебя и не от кого спасать, что, может, тебе там и вправду хорошо, как думали Хранители. — Питч! — Джек нервно улыбнулся. — Что ты! Я же о тебе думал! Даже глаза закрыл, чтобы не видеть его бледную морду! Кромешник нахмурил брови, но взгляд стал менее яростным, хоть в нем все еще и блестела злоба. — Поцелуй меня, — строго скомандовал он сквозь зубы. Джек немного опустил голову и грустно посмотрел на него исподлобья. — Не заставляй повторять меня дважды, — просипел Питч и его пальцы вдавились в бедра мальчика, оставляя на них свои отпечатки. Джек, чувствуя это, непроизвольно стиснул зубы и зажмурился, затем, выдохнув, осторожно заскользил пальцами по торсу Кромешника, поднялся к шее и, запуская их в его волосы, надавил на затылок Темного духа, заставляя тем самым немного наклонить его голову. Сам он тоже потянулся к нему. Их губы встретились, и Джек нежно коснулся языком верхней губы Питча. В следующий момент он болезненно ойкнул, ощущая укус на своей нижней губе. Ледяной дух удивленно открыл глаза и встретился с голодным взглядом желтых, горящих страстью глаз. — Хочу тебя! Не могу больше ждать, — Питч с рыком накинулся на рот мальчика. В его движениях было столько нетерпения и желания, что Джек невольно застонал, с удивлением чувствуя, что возбуждается. Питч был совсем неаккуратен в поцелуе. Их зубы соприкасались, издавая стук, Джеку казалось, что его хотят съесть, но он все равно даже не думал сопротивляться. Жар, исходящий от мужчины, опьянял его. Он уже плохо соображал, голова поплыла от возбуждения. Он лишь чувствовал, как с него срывают доспехи, как горячие ладони обжигают его торс, спину, бедра. Это было чертовски приятно. Лошадь под ними уже давно рассыпалась на черные песчинки, которые, кружась вокруг них, образовали штормовую тучу. Джек движением пальцев предусмотрительно подморозил поверхность этого темного облака, чтобы им было куда опуститься. Ветер, блуждающий на их высоте, подчинился круговому движению черного облака и, вобрав в себя немного холода от магии Джека, начал образовывать тайфун вокруг них. Двое любовников надежно спрятались в центре начинающийся бури, являясь ее сердцем. Этот небесный шторм поглощал в себя их стоны и крики, завывая, вместе с обезумевшими духами. Питч мощными рывками двигался в теле мальчика, руками плотно прижимая к себе его бедра. Тот кричал, срывая голос, и где-то под ними начинала образовываться метель. Снежно-черный ураган разбушевался не на шутку. Кромешник явно не спешил останавливать это безумие, он, схватив Джека за лодыжки и закинув его ноги к себе на плечи, лишь ускорил ритм. В его движениях было столько агрессии, что Джек еле выдерживал это. — Питч, не злись на меня. Прошу, успокойся, — взмолился Ледяной дух. В ответ Кромешник лишь взвыл. Вокруг него заклубились тени, он стал выглядеть по-настоящему пугающе. — Покажи мне любовь, Джек. Покажи, почему я с тобой. Докажи мне, что я сделал правильный выбор! Я все свои мечты кинул к твоим ногам, от всего отказался. Что от меня осталось? Джек! — кричал Питч, и буря разрасталась еще сильнее. Мальчик чувствовал, что задыхается от столь разрушающей страсти Кромешника. — Прости меня, Питч. Я не хотел ставить тебя перед столь большим выбором, но я очень благодарен тебе, что ты сделал это для меня. Я люблю тебя, Питч, и очень хочу, чтобы ты был счастлив! — Ледяной дух болезненно застонал. Кромешник совсем не жалел его хрупкое тело, так яростно проникая в него, казалось, он хотел разорвать мальчика на кусочки. Темнота сочилась сквозь его пальцы. Она обволакивала Джека, поглощая его. Жгучая жидкая темнота. Казалось, Кромешник хотел покрыть ею всю эту молочно-белую кожу. Ледяной дух трепетал в его руках, как пойманная птичка, столь же беспомощно издавая молящие звуки. Мальчик не понимал, что с ним происходит. Казалось, что Питч поглощает его, проникая в каждую клеточку его тела. Сам же Темный дух почти полностью растворился в своих тенях, казалось, что он даже увеличился в размере, превращаясь в огромную черную тень, которая поглощалась бурей, частично растворяясь в ней. И лишь жадные злобные глаза по-прежнему светились агрессивным желанием. — Я чувствую… Я чувствую тебя, Тьма. Я чувствую твой ужас, твою боль, — тихо прошептал Джек, не отрывая свой взгляд от Кромешника. Ему хотелось хоть как-то помочь своему любимому избавиться от этого, не дать превратиться в монстра, которым он сейчас выглядел. — Хочу, чтобы ты снова обрел покой! — на этих словах мальчик закрыл глаза и, отдаваясь буре, расставил руки в стороны, чувствуя, как ветер начинает усиливаться и вращаться вокруг них еще быстрее. Он запрокинул голову, освобождая томный стон. Вокруг него ветер стал превращаться в метель. Белый снег оттеснял черные тени. Белое перемешивалось с черным. И вдруг Джек вспыхнул сильным холодным светом. Питч, не выдержав столь яркого свечения, отстранился назад, болезненно вскрикивая. Световой взрыв разогнал тени. Кристаллизуясь, они разбивались, превращаясь в черный снег. Казалось, наступила абсолютная тишина, даже вой ветра не было слышно. Волосы Джека развивались, он тонул в белых снежинках и нежно улыбался. Питч завороженно и удивленно смотрел на него, не в силах отвести взгляд. — Мой снежный ангел, как же ты прекрасен, — проговорил Кромешник, снова обретая человеческие очертания. — Питч… — Джек медленно открыл глаза. — Как же я рад снова быть с тобой, — он приподнялся, обнимая Кромешника. Тот бережно обнял его, наслаждаясь тем, что все еще находился в нем. Джек нежно коснулся пальцами его лица и, закрыв глаза, робко поцеловал, зарываясь руками в его волосах. На сердце у Питча стало невероятно светло и спокойно. Боль, злоба — все это куда-то исчезло. Он испытывал невероятную нежность, которая щемила его сердце. Темный дух даже не заметил, как из его глаз полились слезы. Они черными дорожками побежали по его щекам. Темнота сочилась из его глаз, как яд, покидающий его тело. Джек удивленно открыл глаза и стал покрывать поцелуями его лицо. Питч улыбнулся. — Ты весь измазался, малыш, — сказал он, вытирая пальцами его почерневшие губы. — Порой мне кажется, что я только порчу тебя, только делаю хуже. — Не говори так, Питч! Я люблю тебя. И я счастлив с тобой. — Внутри меня живет чудовище. Я настоящий монстр, Джек. — Я видел твою темную сторону, Питч, и я не боюсь, — Джек весело улыбнулся и слегка хихикнул. — Ты мой монстр, мое чудовище! — произнес он, обнимая Кромешника. — Я не могу без тебя, Джек, — грустно произнес Питч. — Я тоже без тебя не могу. Буря снова стала разрастаться, небесный шторм приобрел воистину пугающие размеры, превращаясь в настоящее стихийное бедствие. Духи скользили в его волнах, упиваясь друг другом. Поцелуи до умопомрачения, счастливые взгляды, трепет и легкие мурашки… Питч нежно двигался в мальчике, не желая прекращать это удовольствие, не спеша и не стремясь к финалу. Он просто всегда хотел быть с ним. Всегда хотел ощущать его нежное, прохладное тело, его свежие, сочные губы, всегда видеть его счастливые светящиеся глаза, столь же близко ко своим. «Как же хорошо…» — подумал Питч. Они скользили, кружась внутри огромного тайфуна, но даже столь могущественная буря не могла выразить то, что происходило внутри них. — Я никогда не оставлю тебя, Джек. — Я никогда не захочу уйти. — Значит, это чувство вечно? — Значит, это никогда не закончится. Что бы ни случилось, время всегда вернет нас друг другу. Не пытайся бороться со штормом, просто растворись в нем.

***

Метеорологи могли лишь с ужасом удивляться непонятному природному явлению над Северным полюсом. Такого они еще не видели. Продолжение следует.