Свобода быть самим собой

      Комната, в которой находится Дин, погружена в полумрак. Тусклый свет фонарей за окном едва проникает сквозь занавески, расстилаясь по ковру и мебели призрачной оранжеватой накидкой. Парень сидит на широкой кровати, заправленной шелковым покрывалом. Царит полная тишина, сотрясаемая лишь чьим-то ровным дыханием совсем рядом. Винчестер поднимает голову, заглядывает в глаза напротив. Синий цвет в полумраке обретает тона ночного неба. Лицо человека сложно разглядеть, но Дин подсознательно чувствует, кто это, ощущает связь между ними. Они сидят совсем близко друг к другу, соприкасаясь коленями, чувствуют каждый вдох и выдох друг друга. Винчестер уже собирается что-то сказать, но его отвлекает теплая чужая ладонь, положенная ему на бедро. Длинные пальцы нежно поглаживают тело через ткань штанов, и Дин непроизвольно накрывает чужую кисть своей ладонью, едва сжимая. "Я так соскучился..." - слух улавливает тихий шепот. Винчестер ничего не отвечает и чувствует, как кто-то прижимается к нему, обнимая за талию, касается теплыми губами ключицы... Парень чувствует, как чьи-то волосы щекочут шею и подбородок, и зарывается носом в шелковистые пряди, вдыхая легкий запах шампуня. Неизвестный приподнимается, усаживаясь у Дина на коленях, ловя искрящимися глазами взгляд парня. Секунда, и их губы соприкасаются.       Винчестер просыпается со странным разочарованием и сильным напряжением в паху. Ощущая жар во всем теле, парень выпутывается из теплого одеяла и смотрит на часы. Ровно семь утра. Пора вставать и идти навстречу прекрасному дню. Сегодня его первый рабочий день, как директора отдела, сегодня его не заберут в обезьянник, сегодня он снова увидит Каса. Дина насторожила последняя мысль. С чего бы этот факт так греет душу? Решив подумать об этом позже, Винчестер направляется в душ. Прохладные, освежающие струи воды полностью будят Дина, смывая воспоминания о ночном видении вместе с сонливостью.

***

      На улице стояла жара, но введенный на работе дресс-код не позволял легкого летнего одеяния. И сейчас, поднимаясь на лифте, Дин полностью извелся, дергая ворот рубашки и оттягивая удушающий галстук. Выйдя из кабины лифта, парень поспешил в свой кабинет с мощным кондиционером, но остановился почти у самой двери, заметив неподалеку Каса, болтающего с кем-то. Приглядевшись, Дин узнал в нем своего хорошего друга. Бальтазар Роше - тот самый парень, который устроил сюда Винчестера, был также одним из первых, с кем Дин начал общение спустя месяцы паранойи. Парнем он показался неплохим. Жизнерадостный, остроумный, симпатичный бисексуал, казалось, не имел никаких комплексов, и Винчестер всегда находил это забавным. Роше всегда мог найти общий язык с любым человеком, и вот сейчас он о чем-то воодушевленно рассказывал Кастиэлю, заставляя того улыбаться. Почему-то Дин не мог остаться к этому равнодушным и подошел к ребятам, прерывая их разговор.       - О, Винчестер! Сукин ты сын! Поздравляю! - Протянул светловолосый мужчина, хлопая Дина по плечу и улыбаясь. - Понятия не имею, как ты это делаешь, но не останавливайся!       - Спасибо, - кивнул Дин, переводя взгляд на Новака. - Вижу, ты уже познакомился с моим помощником...       - О да, Касси просто чудо! Тебе невероятно повезло! - Подмигнул тот, обнимая Кастиэля за плечи. Новак немного смутился, словно чувствовал, что сейчас лучше ему быть подальше от Бальтазара, но не отстранялся.       - Жаль вас разлучать, но Кастиэлю пора работать, - с нажимом выдавил сквозь фальшивую улыбку Дин, подхватывая ничего непонимающего парня под локоть и увлекая за собой в кабинет. Кас молчал, наблюдая, как Винчестер раздраженно срывает перекрутившийся галстук с шеи, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. Настроение испортилось. Все было не так, как ожидал Дин. Новая должность влекла за собой вдвое больше бумажной работы, оформления документов, отчеты по работе отдела. Куча оставленных кем-то стикеров, налепленных почти повсюду на столе и компьютере, и на каждом из них было отдельное задание. Дин понимал, что это лишь по началу так будет, но ужасно раздражала жара, от которой хочется повеситься, и огромный свал работы, и надоедливый друг, флиртующий с Новаком - все это уже изрядно подпортило день, но ведь он только начался... И с чего это Винчестеру так не нравилось то, что Кас уже с кем-то познакомился? С того, что не просто с кем-то, а с Бальтазаром, бисексуалом, который только и ищет возможности, чтобы с кем-нибудь переспать. И даже сейчас он флиртовал, нацелившись на новенького работничка, а Кас даже и не подозревает, какие на него уже выстроены планы. Дин понимал, что это глупо, но ему казалось, что Кас должен все время быть рядом с ним, разговаривать с ним, улыбаться только с ним. Хоть на это и не было причин, но парень думал, что произошедшее с ними когда-то должно было как-то связать, соединить их. Когда-то Новак, хоть и недобровольно, но сыграл очень важную роль в его жизни, именно он оказался тем человеком, кто смог вобрать весь тот гнев, который копился внутри и медленно убивал Винчестера. Именно он дал возможность свободно дышать, больше не сдерживая боли. Кас принял всю боль Дина на себя. Разве это не повод? И сейчас этот наивный добрый человечек стоит, сжавшийся у двери и не знает, как подступиться к неадекватно ведущему себя директору малого отдела.       - Кас, честно говоря, я не знаю, в чем заключается работа помощника директора... Единственная ассоциация - приносить кофе, пускать по записи и все остальное, что делает секретарша. Но не думаю, что Том мог устроить тебя на такой низкий уровень.       - Я должен помогать тебе с этими бумажками, - Новак сорвал один из стикеров, читая и хмурясь. - Но то, что ты назвал не исключается.       - А ты хоть что-нибудь в этом понимаешь? - Поинтересовался Дин, но слишком поздно понял, как грубо это прозвучало. Кастиэль нахмурился еще больше, посмотрев на Винчестера, как на врага народа.        - Я понимаю. И не надо судить мой интеллект по прошлому месту заработка. - парень постарался сказать это спокойно, но в голосе прозвучали нотки раздражения.       - Прости, - Дин поднял руки в примирительном жесте, добавляя как можно больше мягкости в голос. Ему не хотелось, чтобы Кас думал о нем, как о напыщенном индюке. Тем более сказанное ставило под сомнения и разум Диплера. Том человеком был умным и рассудительным и даже любимого родственничка не выставил бы на столь высокий пост, будь тот глупым и необразованным. Каким Новак совершенно не был. Винчестер оглянулся вокруг, пробегая глазами по черным строкам на цветных бумажках. - О, вот!       Дин отлепил стикер от компьютера и подошел к Новаку, оставляя между ними всего пол шага. Кас с недоумением посмотрел ему в глаза. Винчестер не отводил взгляд, едва заметно облизываясь. Это была всего лишь привычка, но при таком контакте всегда вызывала неоднозначную реакцию у тех, кто находился рядом. Кастиэль не был исключением. Парень опустил взгляд, по пути на долю секунды задерживаясь на блестящих губах. "Засмущался. Это хорошо..." - подумал Винчестер, и больше решив не задерживать парня, взял его руку и аккуратно вложил в нее стикер, прикасаясь подушечками пальцев к ладони, потом скользнул рукой на пальце, заставляя Новака сжать бумажку.       - Сделай это, пожалуйста. Возьми вот эту папку, - начал Дин, говоря низко и тихо, почти шепча, одновременно, не разрывая вновь восстановившегося зрительного контакта, стягивая с полки рядом себя набитую папку и вручая Касу. - Когда выйдешь отсюда, поверни налево, четвертая от меня дверь с пустой табличкой, загляни и спроси Джоанну Бет, светловолосую девушку с милой улыбкой, - каждое слово произносилась, как раскрытие страшной тайны. - Она поможет тебе добраться до отдела кадров. Там вы распрощаетесь, и ты обратись к другой леди, зовут Глэдис. Покажешь ей это, а дальше уже она расскажет тебе, что делать.       Дин завершил инструктаж своей фирменной улыбкой, хлопая Каса по плечу и легонечко подталкивая того к выходу. Черноволосый, не сразу опомнившись, немного тормозил, но когда наконец оказался за дверью, Винчестер развернулся, зарываясь пальцами в собственные волосы, и облегченно выдохнул. Какого черта только что произошло?!

***

      Когда Кастиэль только зашел в отдел, то даже и не представлял, что "миролюбивая" Глэдис загрузит его на весь день. Хоть Дин и стал директором всего парочки тысяч работников, но разобраться с каждым было нереально. Новые кандидаты, приказы об увольнении старых, резюме... Буквы и печати до сих пор мелькали в глазах. Им нужен был отдых, но только парень расслабился в кресле, прикрыв глаза, как тут же вернулся хозяин кабинета, громко открывая дверь.       - Как раз тебя искал! - Восторженно выпалил Винчестер, усаживаясь на широкий подлокотник кресла. - Ты молодец. С этой женщиной сложно работать, но ты умудрился даже ей понравиться... - продолжил парень менее громко. Новак поднял взгляд. Опять он смотрит на этого человека снизу - вверх.       - Почему друзья Бальтазара смотрят на меня с каким-то презрением? - тихо проронил парень, вспоминая, как пялилась на него свора в костюмах, когда он проходил мимо них в буфете.       - Ох, Кас... - протянул Дин, выражая насколько незначительно то, из-за чего волнуется Новак. - Пойми, это зависть. Ты молод... красив, едва здесь очутился - уже помогаешь мне разбираться с ними. Это было, есть и будет в коллективе, вроде нашего. Не стоит расстраиваться из-за того, что думают о тебе другие.       Винчестер не понимал, неужели этот ангелочек настолько открытый, что зацикливается на негативе, который исходит от незнакомых ему людей. Наверное легко обидеть такое чудо... Дин видел, что Кас внимал его словам, но все равно беспокоился, поэтому парень позволил себе маленькую привольность. Винчестер аккуратно опустил ладонь и погладил Новака по волосам. Пальцы скользили среди темных шелковистых прядей, успокаивая нервы. Сначала Кас вздрогнул, когда Дин только прикоснулся к его голове. Это вызвало в Винчестере массу болезненных мыслей и воспоминаний, ведь несколько лет назад он же тягал беднягу за волосы, слушая всхлипы, и, наверняка, Новак тоже это вспомнил. Но потом парень расслабился под его ладонью, позволяя Дину все. И он это понял. Немного помедлив, все-таки сомневаясь, Дин скатился руками Кастиэлю на плечи и, обнимая, притягивая к себе сзади, немного наклонился, кладя подбородок ему на макушку. Тело Каса было податливым, а волосы щекотали подбородок, заставляя зеленоглазого парня в момент напрячься от нахлынувших воспоминаний. Образы были такими живыми, что весь этот кабинет - иллюзия, а на самом деле Дин сейчас сидит на своей широкой кровати, а к нему прижимается...Кас? Неужели, человеком, который приснился Винчестеру, был Новак? И все тебе нежные прикосновения, объятия, поцелуй... Мозг взорвался кучей разных мыслей, догадками. Прошло больше четырех лет. С того момента, Дину не снилось ничего, помимо кошмаров. Парень так отчаянно пытался вырезать из памяти того, кто одним появлением заставил пережить бурю эмоций, недоступных до этого, заставил вспомнить, что такое эротические сны и ревность, вернул желание и умение флиртовать... В его жизни снова появился Кас, а вместе с ним и та часть, которая отличает его от простого существования. Возможно, именно это он потерял тогда, а сейчас вновь приобрел, вместе с необъяснимой привязанностью к этому синеглазому ангелу.       В помещении снова стало невыносимо жарко. Парень понял, что уже не обнимает Каса. Тот уже развернулся в кресле, теперь сидя на коленях лицом к Дину и обеспокоенно заглядывая ему в глаза.       - Что-то случилось? - Невинно поинтересовался Новак. Ладони Винчестера покоились у него на плечах, и Кастиэль чувствовал, как они напряжены.       - Эмм, - тупо протянул Дин, пытаясь приглушить галдеж его собственных мыслей. - Да, да... Я просто немного устал. Надо поехать домой, выспаться... Увидимся завтра.       Последнее Дин проронил даже с какой-то иронией и насмешкой к самому себе. Конечно, человек, который мучает головной мозг одним своим видом... Именно этого человека Винчестер вынужден видеть каждый день. И ничего с этим не поделаешь. Парень сорвался с места, спешно выходя из своего кабинета, сбегая по лестнице вниз, не дожидаясь занятого лифта, хватает одежду и уматывает подальше от офиса. Первый же попавшийся бар-клуб идеально подходит для того, чтобы напиться и забыть обо всем. Дин долгое время не употреблял, и уже первая бутылка дорогого коньяка развязывает язык, и Дин изливает все накипевшее внутри бармену. Дин так яро рассказывает все, переходя на крики и взмахи руками, что не замечает знакомое лицо человека, сидящего неподалеку и увлеченно слушающего его откровения.