Ты... Удочеришь меня?

Нацу стоял в тени одинокого дуба, скрестив руки на груди. Сейчас он сливался с толпой детей, пришедших попрощаться со своим другом — все были одеты в траурный чёрный, причём нельзя было не отметить тот факт, что Драгнилу этот цвет был весьма к лицу. Мгновение, и он исчез в толпе, вслед за темноволосым гробовщиком. Оно же, мгновение, подарило очередной лёгкий порыв ветра, который принёс вместе с собой непонятный, но довольно приятный и свежий аромат. — Привет! — цепкая, можно сказать, мёртвая хватка и звонкий смех, от которого по всему моему телу пробежались мурашки. Разумеется, этот хохот нельзя не узнать! В следующую же секунду мы рванули куда-то вперёд и я, полностью доверившись синевласке в чёрном сарафане, не задавая лишних и ненужных в этот момент вопросов, неслась сквозь толпу. — Приветствую, Эльза. Flashback Он всегда любил свою работу. Вернее, свой тихий и спокойный кабинет с видом на море. Единственное, что раздражало его всегда — гудки кораблей, такие глубокие и громкие, сбивающие с мыслей и раздражающие. А может, он просто любил побыть в одиночестве, вдали от дома и вечно больной кузины, которая и дня не смогла бы протянуть, не возьми он её к себе. Каждый будний день становился для него праздником, который он старался продлить, оставаясь на дополнительные работы или выполняя её за других. Всё, чтобы быть вдали от дома. Вот и сегодня, он осторожно потянул белую ручку, отмечая, что уборщице следует снизить зарплату за кощунство и игнорирование этой самой несчастной ручки, которая не подвергалась чистке уже как минимум несколько дней. Освещенный холл был полностью во власти работников, которые обсуждали результаты недавнего матча по футболу. «Глупцы», — решил он и, закатив глаза, прошёл к лифту, который отвезёт его прямиком на последний этаж. Недовольный шёпот коллег всё глубже проникал в уши парня, который от раздражения сжал кулаки и закрыл глаза. — Тяжёлый день? — послышался звонкий голос, как только он вышел из лифта. — С чего ты взяла? — выдохнул парень, чуть впереди которого шла темноволосая секретарша. Она всего на мгновение обернулась. «Как всегда яркий и аккуратный макияж, белая блузка, мятая на спине, юбка, чуть вздёрнута и колготки, новые, кажется», — всё это он заключил, изучая девушку всего секунду. — Ты раздражён, вот-вот сорвёшься, — протянула она, поворачивая на право. Парень шёл за ней. — А ещё волосы у тебя растрёпаны, не выспался? — на лице темноволосой появилась ехидная ухмылка. — Какая наблюдательность, — саркастично огрызнулся он и скрылся за дверью своего кабинета. Громкий хлопок, и он один в этом кабинете. Бросив свою сумку на мягкое кресло, он подошёл к окну и распахнул жалюзи. Затем, сделав лёгкое движение рукой, он открыл форточку, которая в ту же секунду впустила в помещение поток холодного воздуха. Всё-таки в кабинете стояла неимоверная духота. «Надо оставлять на ночь окно открытым», — отметил он про себя и, наконец, опустился в кожаное кресло. Со стороны моря опять раздался приглушённый гудок, видно, судно уже отошло от причала на довольно большое расстояние. Раздался звонок, который резал уши получше этого несчастного, удаляющегося корабля. — Да? — он схватил трубку и, пытаясь скрыть раздражение, ответил. На том конце провода раздались глухие всхлипы, сопровождающиеся какими-то странными завываниями. — Я занят! — узнав это самое завывание, он хотел бросить трубку, только несчастный, писклявый голос остановил его. — Джо умер, — наконец вырвались наружу человеческие слова. — И? — он устало выдохнул. — Ты когда успела опять в приюте побывать? — Я тут с восьми, — осведомилась девочка на другом конце провода. — Мне Люси сказала. Вчера они с Эльзой ходили в больницу, навестить его, а сегодня он уже мёртв! — новая волна всхлипов и нелепых завываний. — С кем, говоришь? С Эльзой, да? — его тон вдруг переменился на более мягкий и успокаивающий. Всё-таки то, что сейчас выдала кузина, было для него весьма важной информацией. — Да, — девочка на другом конце провода кивнула. Грубый и раздражённый, голос брата её успокаивал, пусть это и было очень странно. — Так, что ты от меня хочешь? — снова выдохнул парень. — Она попросила меня сходить на похороны вместо неё, можно? — всхлипывания прекратились, она перешла на жалостный тон, который всё равно на кузена никогда не действовал. — Тебе придётся терпеть моё общество всю церемонию, — он тут же повесил трубку и, чтобы не допустить новых звонков несчастной кузины, вытащил провод от телефона из розетки. Наконец тишина. Даже тут, на работе, он не мог оградиться от общества надоедливой и сентиментальной кузины, которая звонила при любом удобном и неудобном случае, выплакаться и вымотать, и без того шаткие, нервы брата. Парень вообще не понимал, почему взял девчонку к себе. После авиакатастрофы, в которой погибли её родители, на воспитание девчонку взяла бабушка. Только вот, внучка её с рождения была больна многочисленными болезнями, которые, увы, бабушка, будучи так же не самым здоровым человеком на земле, вылечить не могла. Идея забрать кузину возникла именно у него. Бабушка долго не решалась, однако, внук пообещал заботиться о ней и всегда присматривать. «Наивный идиот», — он закрыл лицо ладонями, снова погружаясь в раздумья на счёт судьбы сестры. Бабушка вообще оказалась выносливым человеком, раз смогла вынести внучку целых четыре года. У брата она живёт гораздо меньше, но тот до сих пор не может поверить в то, что совершил такую глупую ошибку и взял девчонку к себе. «Однако бросать её нельзя, да и жалко, куда ж она денется? Пропадёт без меня», — он снова и снова ловил себя на мысли, что привязался к надоедливой и чересчур сентиментальной кузине. Раздался глухой стук в дубовую дверь кабинета. Не дожидаясь разрешения войти, на пороге показалась девушка, которая в руках держала довольно увесистую стопку бумаг. Бросив её на стол перед парнем, та уселась на стул. Убедившись в том, что кинула стопку не особо удачно, секретарша отодвинула её в сторону. Теперь обзор на него был открыт. — Чего ещё? — парень нахмурился. — Я тут нашла кое-что интересное по поводу Люси Хартфелии. Не отпирайся, я знаю, что тебя эта тема интересует в высшей степени, — как всегда азарт в глазах и неумолимое чувство быть лучшей. — И? — он отвернулся в сторону окна. Море сегодня было спокойным и тихим, над ним кружили стаи чаек, издавая отвратительные, на его взгляд, крики, больше похожие на скрип. — На днях выяснилось, что у этой юной особы есть родственник в Магнолии, — на её лице скользнула довольная ухмылка, девушка скрестила руки на груди, ожидая последнего и, пожалуй, самого важного вопроса. — И кто же? — меланхолично протянул парень и откинулся на спинке кожаного кресла. Она не спешила. Он не торопил. Они оба ждали, пока кто-то сделает первый шаг. Парень умело скрывал своё любопытство, которое росло с каждой секундой, постепенно вытесняя спокойствие с его лица. Девушка это прекрасно знала, она пыталась довести его до точки кипения, когда он не выдержит и всё-таки попросит снова сказать её. Она не привыкла так просто сдаваться, любила мучить и, как считал парень в таких ситуациях, унижаться перед ней. «Садистка», — про себя решил парень, пытаясь бороться с любопытством, которое каждое мгновение пыталось вырваться наружу. Он выругался про себя, в такие моменты он ненавидел себя и эту черту характера — он не умел подавлять любопытства. Скрывать — да, но подавить полностью — никогда. — Что молчишь? — он посмотрел вниз, чтобы не видеть изумления на её лице, победного взгляда и ухмылки. «Быстро ты», — она прикрыла глаза. Секретарша чуть привстала и приблизилась к начальнику так, чтобы тот, наконец, оторвался от изучения паркета. И он это сделал. Теперь они глядели друг другу в глаза. — Это Эльза Скарлетт, — теперь девушка восхищённо наблюдала удивление на его лице. — Интересно, не так ли, Жерар? End Flashback Мягкий, бархатный голос переменился в ту же секунду. — А тебе я сказал, чтобы от меня ни на шаг, — скрывая раздражение, выпалил Фернандес. Он, как и некогда Нацу, стоял в тени деревьев, их тонкие стволы легко поддавались порывам ветра и качались туда-сюда. Венди чуть ослабила хватку, но не отпустила меня. Я чувствовала себя скованно и неуютно, правда, казалось, что девочке всё равно. — Я хотела поздороваться с Эльзой, а потом, когда нашла её, вспомнила, что обещала тебе, — ответила девочка и, наконец, отпустив меня, подошла к Жерару. — Прошу прощения, мне, наверное, стоит уйти, — неловко выговорила я, привлекая к себе их внимание. К слову сказать, они были похожи друг на друга, так что в моей голове тут же созрел вопрос. — А вы случайно не родственники? — Да, мы кузены, — ответил Жерар. Венди лишь кивнула, подтверждая этот факт. — Я волнуюсь за неё, она болеет, — он на секунду прервался и перевёл взгляд зелёных глаз на сестру. — Прошу, чтобы поближе ко мне держалась, — он улыбнулся, закрыв глаза. — Меня Люси попросила вместо неё прийти, — отходя от темы, заявила синевласка. — Да, она так подружилась с Хартфелией, целыми днями пропадает в приюте. Я хотела было сказать о нашем с Люси родстве, но что-то в этот момент меня остановило. Какое-то странное, непонятное чувство. И я замолчала. «Ну же!» — оставаясь невозмутимым, внутри синеволосого парня уже бушевал ураган. Он ждал момента, когда он услышит всё от достоверного лица, а не от интриганки секретарши. Надежды его рухнули в от момент, когда меня за руку схватил не кто иной, как Драгнил, и потянул за собой, при этом бросая вслед кузенам вполне уверенное: — Извините!