Cause I need you.

      Следующие полторы недели юноша провел лежа в больничной койке и разглядывая трещинки на потолке. Кажется, что он успел изучить их досконально и уже сейчас может нарисовать их точное расположение на листе белоснежной бумаги. Да, черт возьми, они скоро ему в кошмарах будут сниться.       Дерек так и не пришел. Больше ни разу. Хотя он обещал, и Стайлз отчего-то наивно надеялся на эту встречу. И он даже расстроился, когда уже был готов к выписке, потому что так и не смог больше увидеть этого хмуропарня, как называл его про себя сын шерифа. Это ему нравилось гораздо больше, чем его имя. Почему? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Вот просто нравилось и все тут.       Еще он очень хотел отблагодарить Хейла, потому что от отца узнал, что именно Дерек доставил его хрупкое и беззащитное тельце в больницу. Если бы он не подоспел вовремя, то все бы закончилось более плачевно, и Стилински лежал в этой злополучной постели еще пару недель. Парень не знал, чтобы он говорил при следующей их встрече, но глупо надеялся, что разговор сам завяжется, хотя он - то уже понял, что Дерек не такой уж и разговорчивый. И хмуропарень явно что - то скрывает. Хотя, возможно это просто разыгравшееся воображения подростка.       - Эй, Стилински, подожди. Ты это... ну... - Джексон замялся, буквально несясь сломя голову по направлению к Стайлзу, который стоял возле шкафчика и просто хмуро оглядывал его содержимое. Книги все никак не хотели ровно становиться в один ряд, отчего постоянно заваливались набок, и это ужасно бесило младшего Стилински. Даже здесь у него не получается сделать хоть что - то нормально, не схлопотав очередное расстройство.       - Ну... ты... извини, - сдавленно произнес Уиттмор. Было видно, что эти извинения дались ему тяжело. Хотя, тяжело - это еще мягко сказано. Наверное, он был бы более счастлив, если бы его прямо сейчас упекли в ад, лишь бы не произносить эти слова, которые вылетели из его рта несколько секунд назад. Он недовольно поморщился и потупил взгляд, разглядывая пол. Сейчас Джекс мечтал лишь о том, чтобы никто не услышал этот диалог. Хотя, кто мог услышать, если капитан команды по лакроссу буквально прошептал это. И он даже не был уверен, что Стайлз его услышал.       - Угу, - как - то отрешенно проговорил Стилински, продолжая недовольным - станьте-наконец-ровно - взглядом сверлить книги. Казалось, что Джексон просто бросил ему рядовую фразу из разряда " Ты сегодня сам не свой. ", а Стайлз просто уныло кивнул. Это выглядело так, словно они давние друзья. Вот только Уиттмор прежде никогда не извинялся, а Стайлз бы никогда и не простил его.       - Так... ты прощаешь? - как только парень представил, насколько это глупо выглядит со стороны, ему даже захотелось рассмеяться. Он, школьная знаменитость, извиняется перед каким - то неудачником, о существовании которого знают лишь несколько учителей и его отец. Твою мать, да что он вообще делает!? Какого вообще хера?       - Какая тебе разница? Или если я не приму извинения, то ты вновь меня побьешь? Выбьешь последние мозги? Или, может быть, поломаешь руку? - Стайлз громко захлопнул дверцу шкафа и рвано выдохнул. Слишком странно все это. Словно за этими извинениями его ожидает какая - то... подстава. Словно сейчас Уиттмор его толкнет и громко рассмеется. Сказать честно, то Стилински именно этого и хотелось. Он хотел вновь вернуться в свою будничную реальность, без всяких этих вымаливаний прощения, но что - то было не так.       - Нет. С чего ты взял?       - С чего я взял? С чего я взял!? Да ты издеваешься? Ты мерзкий ублюдок, который... который... да ты мразь просто! И ты спрашиваешь с чего я взял? Ты думаешь, что я поверю, что ты можешь просто так извиниться? Или ты думаешь, что я могу все забыть? Все то унижение, всю ту грязь, которую мне буквально приходилось молча запихивать в себя, глотать и прожевывать? Которой ты и твои поганые шестерки меня травили. Ты, правда, думаешь, что одно гаденькое слово " извини " все решит? - Стилински сделал паузу, чтобы отдышаться. Сейчас он уже стоял буквально в несколько сантиметрах от Уиттмора, а тот лишь молчал. Он даже ничего не сказал, когда Стайлз схватил его за рубашку и начал трясти, словно какого - то щенка. Он просто молчал. Он видел, что сейчас сын шерифа находится на грани истерики. Самой настоящей. И в этом виноват именно он. Именно Джексон. И даже не Скотт, а Джексон.       - Ты, правда, так думаешь? - хрипло прошептал Стайлз и с силой прижал Уиттмора к шкафу. Сейчас он желал лишь одного : сомкнуть руки на его шее и душить, душить, душить... пока тот не покраснеет, пока воздух не перестанет поступать в его легкие и пока он, наконец, не сдохнет, от нехватки кислорода. Мразьмразьмразь.       - Ты тварь, Уиттмор, - Стайлз почувствовал, что в носу начало неприятно щипать, а в глазах появилась излишняя влажность, поэтому он поспешил резко отдернуть руку от парня и круто развернувшись удалиться прочь. Ему было все равно, что абсолютно все, кто был в коридоре слышали эти слова, видели эту почти-истерику, чувствовали кожей ту злость и страх, который исходил от Стилински. Но... Отчего-то ему было плевать.       " Лучше бы я ничего не видел! " - мысли судорожно метались в голове и давили изнутри, заставляя что - то пульсировать в висках. Стайлз бегом добирался до дома, и ему даже было все равно, что он оставил свой джип на стоянке перед школой. Просто то, что он только что увидел, заставило осознать всю его бесполезность и ничего-не-значение. Сейчас уже не было страшно, было как - то тошно от самого себя. Хотелось прийти домой, взять папин револьер, который всегда лежал у него в столе, и пустить пулю. Прямо в лоб.       Как все начиналось? Стилински неспешно выходил из здания школы. И уже направлялся к своей любимой машине, как внезапно заметил знакомую фигуру, которая проскользнула на задний двор школы. Те самые черные, как смоль, волосы, то самое прекрасное телосложение с широкими плечами, и то самое угрюмое лицо. Дерек! Точно, конечно. Вот только что ему здесь нужно?       Стайлз всегда был слишком любопытным и рано или поздно знал, что пожалеет о том, что у него такой длинный нос. Парень медленно, мягкими шагами, проскользнул на задний двор и замер за деревом. Слава богу, что оно было широкое и сына шерифа не было видно. Прямо рядом с Хейлом стоял Джексон. И, сперва, они вроде просто мирно беседовали, но после разговор перешел буквально в крик. Затем Дерек схватил Уиттмора за грудки и даже приподнял над землей, при этом рыча довольно угрожающе. И довольно натурально, прямо как волк. В тот момент на лице капитана команды по лакроссу отразились все черты ужаса и страха, которые только можно передать и вообще придумать. И Стилински думал, что сейчас Хейл швырнет того прямо на траву, но следующая фраза заставила вздрогнуть и глаза начала застилать пелена. Последнее, что услышал Стайлз, спешно удаляясь с места происшествия, был легкий вскрик Джексона и вновь рычание Хейла.       " Джексон, ты еще раз извинишься. Убедительно! "       И он вновь осознал, насколько же он никчемный.