Любой ценой

На Аманаки уже давно опустилась ночь, окутав небольшую деревеньку всей своей темнотой, но как бы то ни было, данный факт вовсе не мешает мне выйти за пределы поселка и искать зеленые листья, а жителям устроить очередную гулянку, включив яркие огни, украшающие серые постройки, достав из закромов выпивку и приготовив угощенье. Не знаю, то ли во мне альтруизм заиграл, то ли проснулась совесть, но не могу веселиться, когда вижу, что спасенный мною человек мучается от полученных ран. Все, чем могу помочь тому парню, — изготовить мазь, способную хоть как-то избавить от боли. Приметив несколько нужных растений через дорогу от забора, медленно иду, держа мачете наготове и прислушиваясь к окружающим звукам. Чем тише шаг, тем безопаснее; живя на острове среди диких животных и не слишком приветливых людей, населяющих Рук Айленд, все инстинкты обостряются, особенно — инстинкт самосохранения. Шаг за шагом иду, аккуратно ступая на землю, будто боясь попасть в невидимые ловушки, но, наконец добравшись, плюхаюсь на коленки, ощутив покалывание от высохшей и пожелтевшей на солнце травы, все-таки дождя давно не было. Выбрав более-менее сочные и мясистые пушистые кустики, срезаю их у самого корня, сразу же обтерев мачете о ткань майки, дабы оружие не заржавело. Встаю, крепко сжав в кулаке растения, и, все так же прислушиваясь, прокрадываюсь в деревню. Проходя мимо людей, замечаю ледяные взгляды, полные отчуждения и неприязни; время не изменило их, даже такой долгий срок в пять лет. Ускорившись, дабы избавиться от излишнего внимания народа, направляюсь к двери в дом и, помявшись с ноги на ногу полминуты, наконец открываю ее, войдя в темное помещение, освещенное лишь парой свечей. Деннис возится над рукой парня, что-то тихо говоря себе под нос, а я, достав миску из ящика, кладу туда несколько листов и с помощью пестика разминаю их в кашицу, добавив немного нутряного жира, чтобы мазь лучше держалась на коже. Подхожу ближе к склонившемуся над незнакомцем мужчине. — Татау чужаку? — сквозь зубы процедив, накладываю парню лекарство на особо глубокие раны. — Он воин, Эсперанса, — отвечает Деннис, продолжая выделывать замысловатые узоры на коже. — Ты прекрасно знаешь, кто настоящий воин… — Где взяла ботинки, девочка, — резко прервав меня на полуслове, мужчина, встав на ноги, поворачивается ко мне лицом. — А это уже совсем не твое дело, — собираюсь пойти к выходу, но крепко обхватившая мое запястье рука не дает сдвинуться с места дальше, чем на метр. — Люди косо смотрят на тебя, Эсперанса, ты все ближе к грани, — спокойно произнеся эту фразу, Деннис не спешит ослабить хватку. — Эти простофили не вправе судить меня. И грань я перейду, если захочу, не спрашивая тебя! — выкрикнув, вырываю мачете из-под пояса и, быстро повернувшись, приставляю нож к горлу мужчины. — Пусти. — Ты не убьешь… — Если понадобится, я убью не только тебя, Деннис, пора это понять, — рука теперь свободна. — Подумай о брате, — слышу, отвернувшись и зашагав к выходу. — Он не должен вечно висеть на моей шее, — проговариваю, открывая дверь. Выйдя на улицу, вдыхаю прохладный воздух, закрыв глаза. Как же мне все надоело: и ракьят, будь они неладны, и пираты, и чертов остров. Хочу убраться отсюда, даже без разницы куда. Нет, я должна выбраться из этого места любой ценой. Забрав лук, покоящийся за углом дома, и колчан со стрелами, иду сквозь толпу, люди из которой мгновенно замолкают, стоит мне приблизиться к ним. Выйдя за пределы деревни, шагаю к радиовышке — моему убежищу. По извилистой тропе поднимаюсь, прислушиваясь к шорохам. Взбежав по ступенькам, устраиваюсь на первом ярусе металлической конструкции, подложив рюкзак под спину, прислоняюсь к холодной боковой опоре. Руками подтягиваю ноги ближе и, уткнувшись носом в колени, закрыв глаза, засыпаю. Уже рассвело. Чьи-то отдаленные голоса с каждой секундой становятся ближе, и я, вскочив, потихоньку выбираюсь из убежища, аккуратно спускаясь с холма и стараясь не упасть. А дальше перехожу на бег, избегая открытой местности около дорог, изредка прячась в зелени, только заслышав рев мотора какой-нибудь машины, и неважно, ракьят это или пираты. Приблизившись к поляне, где я обычно охочусь на свиней, останавливаюсь и, оперевшись руками в колени, восстанавливаю сбитое от быстрого бега дыхание. Заметив хорошее дерево, в раскидистых ветках которого можно спрятаться, топаю к нему и, зацепившись руками за сук, подтягиваю свою тушку вверх. Обхватив ствол, осторожно ставлю ногу в разветвление, а второй перешагиваю на другую ветку и, сочтя это место вполне хорошим укрытием, усаживаюсь, поправив лук, перекинутый через плечо. Через несколько минут слышится громкий выстрел, да и звучит он явно близко. Я, притаившись в ветках дерева, любопытно выискиваю неумелого охотника, который разогнал почти всех животных с поляны. Идиот. Буквально мгновенье — и под деревом за упитанной свиньей пробегает тот парень, чуть было не утопший прошлой ночью. Что ж его из крайности в крайность кидает? То полумертвый, то за свиньями бегает. Погнав бедное животное по второму кругу мимо дерева, незнакомец, ругаясь себе под нос, палит из пушки куда попало, но точно не в цель. Выхватив лук из-за спины и приготовив стрелу, прицеливаюсь, отведя руку и почувствовав легкую боль в мышцах. Нет ничего хуже, чем цель в движении. Но наконец предугадав очередной поворот пускающегося наутек животного, выпускаю стрелу, попав свинье в голову. Парень притормаживает, не понимая, что в принципе произошло. Ловко спрыгнув с дерева, направляюсь в сторону незнакомца, изучающего тушку животного. — Если твое оружие звучит громче шагов, то зверь всегда будет убегать, — подойдя, выдергиваю глубоко засевшую стрелу. — Кто ты? — наставив на меня пистолет, парень смотрит с недоверием. — Если бы я хотела тебя убить, то уже сделала бы это, поэтому будем считать, что я друг, — встав напротив незнакомца, немного медлю, но потом добавляю: — Эсперанса. — Джейсон Броди, — уже довольно уверенно отвечает мне он. — Деннис послал, не так ли? — Джейсон качнул головой, значит, да, решил-таки сделать воина из него. Черт. — Как ты оказался там, в джунглях? — Я выбрался из лагеря пиратов и… — замявшись, парень уставился куда-то вдаль. — Учись охотиться, Джейсон, нападай тихо, — встаю на ноги и, еще раз окинув взглядом парня, ухожу к дороге. — До встречи, — махнув на прощанье рукой, иду к густым зарослям джунглей. С каждым чужаком на острове становится лишь хуже, я вижу только один выход — убраться с Рук Айленда, пока кучка сумасшедших не убила другую. А цену своей поездки я уже знаю.