Несуществующее животное.

Им было мало приковать его к скале и оставить корчиться в муках от змеиного яда. Они хотели сделать еще больнее, потешить свое самолюбие, верша месть. Они зашили ему рот, чтобы не слышать злых острых речей, лишили магии с помощью кандалов цвергов. Но этого наказания казалось им недостаточно. Он готов был терпеть боль в губах, лелеять жалкие крупицы ворожбы в груди, но то, что они сделали позже… Справедливые и благородные асы изловили его детей и жену, лишили каждого памяти и отправили в Мидгард. И ладно, если вместе, но нет, они разлучили мальчишек с матерью. И все это на глазах удерживаемого десятью сильными воинами бога. И когда в последний раз вспыхнул ярким светом Биврест, унося навсегда из Асгарда его семью, Локи вмиг лишился совершенно всех своих сил, повиснув на руках палачей. Он был отстранен и тогда, когда его привели к скале и приковали зачарованной толстой цепью. И лишь оставшись только наедине со змеей над его головой, и как только на глаза его попали первые капли яда, он взвыл диким загнанным зверем от безумной боли в груди и безмерного отчаяния. Взвыл, разрывая податливую плоть, вгрызаясь с яростью в плотные нити, глотая собственные кровь и слезы. Хуже физической боли для него было незнание о судьбах своих детей и жены. И это сводило с ума, заставляло тратить все силы на освобождение. Он не мог отслеживать ход времени, то мечась в агонии, то проваливаясь в забытье. Но в какой-то момент он проснулся, не чувствуя стекающих по испещренному язвами лицу свежих капель яда, не щурясь от безжалостно-яркого света солнца. - Фенрир…мой мальчик… Огромный волк, примчавшись издалека на зов боли отца, уничтожил змея и прикрыл своим могучим телом родителя, шершавым языком тщательно зализывая раны. Оковы и цепи бесполезным хламом валялись у его лап, сломанные сильными клыками. Очнувшись и прислушавшись к своим ощущениям, Локи коснулся дрожащими пальцами жесткой черно-серой шерсти, чувствуя, как магия медленно, жгучей энергией возвращается в его тело, восстанавливая ткани. «- Ёрмунганд знает, где братья, отец. Но мы не может найти мать». - Не миновать асам беды, которой они так боятся. *** Ёрмунганд привел его к небольшой бухте, недалеко от которой, на отшибе, находился старый ветхий дом. Именно там Локи нашел своих детей. И счастья его не было предела. Благодаря стараниям Фригг, чьи материнские чувства были так же сильны, как и долг перед народом, Нари и Вали находились в тепле, в безопасности…и в магическом куполе, окутавшим их сетью сновидений. Присутствие родной крови ослабило нити, что и пробудило детей ото сна. И слезы были на глазах Локи, который жадно и сильно прижимал к себе своих мальчиков, сбивчиво благодаря норн за то, что Нари с Вали признали в высоком, болезненно-худом мужчине своего отца. «- Передай, что они помнят меня, Ёрмунганд. Но они не помнят ни мать, ни братьев с сестрой. Нам придется задержаться в Мидгарде на неопределенное время». Стоит ли говорить о том, что было безумно сложно вместе с маленькими детьми вливаться в людскую жизнь: Локи не мог использовать всю свою силу, рискуя быть замеченным Хеймдаллем и подвергнуть мальчиков еще большей опасности. Пришлось вызубрить мидгарские законы, принять их правила, выучиться по ускоренным курсам, устроиться на работу юристом вначале в частную контору, в которой платили жалкие гроши. С помощью упрямства Локи смог заработать себе имя, устроиться в крупную фирму, переехать с мальчишками в новую, комфортную квартиру в большом городе, и не чувствовать недостатка в еде и в одежде. Сейчас Нари и Вали ходят в школу наравне с мидгардскими детьми, хулиганя и изучая огромный мир. И Локи видит, как постепенно возвращаются к ним воспоминания – через сны, рисунки, игры. Как они растут, как они все больше становятся похожими на своих родителей – девы Ванахейма и мага-полукровки – не только внешне, но и энергиями в крови, силами, запахами. - Пап, а где наша мама? - Она бросила нас? - Она никогда не бросит нас, дети. И совсем скоро она будет с нами. «Я потушу асгарское солнце. Я воскрешу их мертвецов, и живые содрогнутся. Я заставлю их пожалеть о содеянном».