гнилая оболочка

когда Билли снилось её лицо, Сильвия целовала чужие руки, а под утро ныряла в свои атласные брюки, возвращаясь в спешке, пока темно. не будила Билли, не жгла ей кожу засаднившим и серым ртом, лишь ждала, когда небо выглянет в голубом и тогда простит её, может. когда Билли снились её глаза, Сильвия жгла ей сердце, пускала кровь, но когда отступал и ночной покров, Си ни слова ей не могла сказать. улыбалась, жалела её в душе, но на деле — совсем её не щадила. их должна была разлучить могила, а не псевдорай в изысканном шалаше. когда Билли снились её уста, Сильвия жаром дышала уже в чужие. «с болью, — думает Си, — мы живые, с болью, — думает, — никогда не будешь пуста». Сильвия думает, будто учит её бороться, свою девочку-солнце, девочку-счастье, ту, к которой хочется возвращаться, но к которой, в общем-то, не вернётся. когда Сильвии даже не снились сны, Билли вся покрывалась потом и страхом, просыпалась ночью, в промокшей рубахе, а на месте Си — только свет луны. неизвестно только, где сама Си. Билли кофе заварит и подождёт зари (им придётся немного поговорить). за спиной тихо-тихо скользнёт «прости». май — июль, 2016