Оборотная сторона

      Верьен сосредоточенно развернул перстень камнем вверх и довольно серьезным тоном попросил:       - Расскажи мне подробно, как ты сюда попала и все твои воспоминания об этом моменте.       Мелисса слегка прикрыла глаза, пытаясь восстановить каждый момент того далекого дня и стала рассказывать, даже включая в рассказ свои личные переживания, словно, это было важно. Верьен слушал молча. Только в конце рассказа он задал пару уточняющих вопросов о том, помнит ли она сам процесс перемещения. Он помолчал, как будто анализировал полученную информацию.       - Все так плохо, как я и думал, - сделал он вывод. – Тебе придется со мной немного попутешествовать, мы погуляем в одном очень необычном месте, ты посмотришь, и попытаешься узнать что либо из своего мира, если узнаешь, сразу же скажешь мне об этом. Хорошо?       Мелисса кивнула. Не часто она видела его серьезным, и это был именно тот момент. Верьен встал, вышел на середину комнаты и обыденным жестом сотворил около себя некий светящийся овал в человеческий рост, поверхность которого дрожала и колебалась как водная. Цвета овала переливались всей палитрой.       Он подал Мелиссе руку, выдернул из кресла и потащил в этот самый устрашающий овал. Она поняла, что это самый настоящий портал.       После легкого ощущения полета, они оказались в лесу. Под ногами шуршала опавшая хвоя деревьев, было сыро и прохладно. На огромной поляне в розоватом тумане, созданный из этого тумана возвышался замок, упираясь в розоватое от заката небо. Они подошли к спиральной лестнице, ведущей до самой оконечности одного из шпилей замка высоко в небо. Лестницей это назвать трудно, скорее это напоминало сгустки клубящегося тумана, оформившиеся в виде ступеней.       - Теперь у тебя задача посложнее, - говорил Верьен, держа ее руку в своей. - Мы должны по этому подняться.       Мелисса удивленно посмотрела на него, тронула носком ноги клубы тумана и заметила:       - Это же туман, он нас не удержит!       Верьен сосредоточено потер губу и отпустил ее ладошку.       - Это вполне материально, если использовать небольшую доступную всем магию, - пояснил он. - Просто тебе необходимо представить и сильно в это поверить, что все это так же материально, как и тот замок, в котором ты живешь.       Он уверенно шагнул на первую ступеньку, и ступенька, к удивлению Мелиссы, не рассеялась под его ногами. Она попыталась последовать за ним, но нога ее совершенно свободно опустилась на укрытую хвоей землю.       - Нет, Мелисса, пожалуйста, хотя бы разок послушай меня, - взмолился Верьен. - Что ты прикидываешься, ты всю свою сознательную жизнь живешь фантазией, ну так включи ее сейчас, что тебя смущает?       Мелисса покосилась на него. Откуда он и знает и как долго он ковырялся у нее в сознании? Ведь он прав, даже в мелочах. Парни, которые ей нравились, были вполне материальны физически, но души их она выдумывала сама. Она закрыла глаза и попыталась восстановить эти фантазии, но уже применительно к ступеням. Когда она открыла глаза, перед ней были обычные каменные ступени с выщерблинами и потертостями от ног, ходивших по ним. Она шагнула на первую ступень и довольно уверенно прошла несколько. Верьен пошел за ней, по его губам скользнула едва заметная улыбка. Они неспешно понимались в розовеющее небо.       Сколько они поднимались, оглядывая окрестности этого замка, лес, реку, разбросанные вдоль дороги дома, ровные квадратики полей, размахивающие лопастями мельницы, мир заполненный жизнью до самого горизонта, Мелисса не помнила, но картина, казалась фантастической. Она пообещала себе нарисовать это. У шпиля внезапно появился светящий белым светом дверной проем, и они вошли туда. Пришлось сощуриться от яркого света.       Они были в помещении ее мира, это был больничный коридор. Диван с потертым кожезаменителем, оставленная стойка для капельницы и целый ряд белых дверей с номерами до самого конца коридора. Она всмотрелась в сумочку, небрежно брошенную на диване, сумочка до боли знакомая. Сердце пропустило несколько ударов, заставив замереть и дыхание от внезапной тянущей боли. Это сумочка мамы…       - Это сумка моей мамы, - прошептала она, хватая Верьена за руку и сжимая ее в отчаянии от нахлынувших воспоминаний и чувств.       - Ну, вот и все, - сказал он печально. - Развязался наш узелок на лицевой стороне.       На лице его играла улыбка не то грустная, не то удовлетворенная. Мелисса вопросительно посмотрела на него.       - Итак, финальные объяснения! Как я их не люблю… Но что поделаешь, так нужно, - он ухватил ее обе руки в свои и глядя прямо в глаза своим клубящимся мраком, к которому она уже так привыкла, стал объяснять:       - На самом деле в своем мире ты находишься в состоянии комы, не восемь лет, конечно, всего восемь дней. Это результат той аварии, помнишь?       Мелисса посмотрела на него расширившимися от понятого глазами:       - Нет, это не может быть правдой!       - Да, это правда. И ты могла бы остаться в моем мире навсегда, но… Есть люди, которые хотят тебя вернуть с такой силой, что затянули в нашем мире узелок магической аномалии на «лицевой стороне», - он улыбнулся, пожимая кончики ее пальцев. - Тебе придется вернуться, ради них и ради нашего мира, потому что если этого не сделать со временем исчезнет все. Абсолютно все. Вместе с тобой тут, еще пока живой.       Мелисса почувствовала, что слезы предательски полились из ее глаз, она догадалась, о ком она сожалеет в этом сумасшедшем мире колдунов и королей. Она рванулась к нему обхватила за шею и разрыдалась, совершенно не скрывая своих эмоций.       Верьен поглаживал ее по спине, успокаивая, потом, взяв за плечи, отстранил от себя и указал кивком на сумку.       - Бери… - потребовал он настойчиво.       Она приблизилась к сумке, все еще не сумев унять слез, протянула к ней дрожащую руку, снова обернулась на Верьена, он слегка нахмурил брови и требовательно кивнул в сторону сумки. Кончики пальцев коснулись кожи сумки…