С последним лепестком сакуры.

-Капитан?! Ренджи обернулся на своего офицера, пропустив выпад противника. Тренировочная катана выпала из ослабевших рук лейтенанта, окончив бой. Юноша испуганно потупил взор, не в силах взглянуть в лицо высшего по званию. -Где он сейчас?! – в голосе лейтенанта сквозила нескрываемая тревога. -В бараках 4-ого отряда. Ренджи благодарно кивнул, покинув озадаченных рядовых. Никто не мог поверить в сказанное, никто не хотел верить… Ещё неделю назад Ренджи не подумал бы о подобном, но кажется жизнь Сообщества Душ была иного мнения. Здесь никто не был застрахован от смерти. Каждое новое задание могло стать последним, но все старались не думать об этом, надеясь на свой меч и твёрдое плечо товарища… У него был только меч… Лейтенант 6-ого отряда бесцеремонно влетел в больничные покои госпиталя, едва не сбив с ног младшую Кучики. Рукия озабоченно взглянула на Ренджи, кинувшись к нему в слезах, он неуверенно обнял хрупкую, вздрагивающую фигуру в попытке успокоить её. -Как он? Рукия слабо качнула головой, и новый поток слёз обрушился на Ренджи. Было ясно, что Рукия до сих пор не могла прийти в себя, продолжать разговор, лишь приносить новую боль. Сзади неслышно отворилась дверь. Обернувшись, Ренджи увидел капитана 4-ого отряда, со скорбным видом наблюдавшую за ними. -Капитан Унохана… -Вам стоит пройти со мной, лейтенант. Ренджи осторожно отстранил от себя Рукию, сдавленно улыбнувшись. Сейчас на лице девушки не отражалось ничего, кроме пустой скорби… Неужели капитан так плох?! -Сможешь идти? Рукия слабо кивнула, Ренджи не сводил с неё взгляда, пока дверь покоев не закрылась за ней. -Что с капитаном? – тут же выпалил лейтенант. -В критическом состоянии. Его отряд натолкнулся на группу арранкаров. -А ребята? -Все живы. Он отослал их назад до того как начался бой, - Унохана попыталась улыбнуться. – Ты уверен, что хочешь его видеть? Ренджи кивнул, уверенно последовав за капитаном Уноханой. Они проходили одну палату за другой, удаляясь всё дальше во владения 4-ого отряда, пока не остановились возле массивной железной двери. Этот сектор Ренджи видел впервые, а значит, его использовали не так часто. Заметив удивление на лице лейтенанта, Унохана поспешила всё разъяснить. -Специальное отделение для тяжелобольных. Здесь их не тревожат посторонние шумы и персонал, вход ограничен, абсолютная стерильность, мы пытаемся создать оптимальные условия для скорейшего выздоровления. -Впечатляет. – только и смог промолвить Ренджи. Металлическая дверь дрогнула, пропуская посетителей внутрь. Идеально белые стены слепили, Ренджи зажмурился, не выдержав яркого света ламп. -Сейчас привыкните. Не волнуйтесь, в палате не такие мощные осветители. -Я надеюсь. – недовольно пробурчал лейтенант. – Иначе в ваших палатах станет на одного пациента больше. -Проходите. – Унохана любезно открыла дверь. – Только не шумите. Ренджи сделал всего пару шагов, прежде чем встать как вкопанный. -Капитан… - еле слышно произнёс он. -Многочисленные ожоги и ранения, перелом руки, трёх ребер и берцовой кости, внутренние кровотечения. – Унохана перевела усталый взгляд на лейтенанта. – Он потерял слишком много крови, даже после переливания мы не смогли вывести его из комы. -Кто… Кто был с ним?! -Мне понятен ваш гнев, лейтенант, но винить обычных рядовых… Они просто не могли ослушаться приказа. – с несвойственным ей волнением, отозвалась Унохана. – Ренджи… Ты не знал об этом рейде? Парень качнул головой, он узнал о походе лишь на следующий день. Капитан как никто другой знал, что вспыльчивый уроженец Руконгая не упустит шанс вновь помериться с ним силой, подвергнув тем самым опасности всю исследовательскую группу. Погибли бы все… -Он убил их? -Да. Останки отправлены на экспертизу капитану Маюри. Ответ будет завтра вечером, есть подозрения, что были и другие арранкары, но они смогли уйти. – Унохана с сожалением смотрела на перекошенное злостью лицо лейтенанта, понимая, что сказать всю правду и этот парень тут же сорвётся с места, ослеплённый жаждой мести. – Над этим тоже работают, куда важнее капитан Кучики. Сейчас ему необходима поддержка, мы не посмели позволить увидеть его Рукии, из посвященных лишь вы и остальные капитаны. -Благодарю. -Ваша благодарность излишняя, просто вы самые приближённые и надеюсь вас не отпугнёт его нынешнее состояние. Правая половина лица сильно пострадала, я не уверена, что всё заживёт бесследно. -Главное, что он жив. – искренне произнёс Ренджи. – Капитан сильный, подобное его не сломит. -Его нет, а вот за остальных мы не можем ручаться и ваша задача, лейтенант Абарай, подготовить отряд к возвращению капитана, а также присмотреть за младшей Кучики. Я боюсь за душевное равновесие… -Конечно. – согласился Ренджи. – Я сделаю всё возможное. Капитан Унохана улыбнулась, убедившись в решимости молодого лейтенанта. Капитан Кучики и 6-ой отряд стали его семьёй, и он сделает всё, чтобы сохранить их. -Я оставлю вас одних ненадолго. У вас двадцать минут, ему необходим покой. По мере процесса реабилитации мы будем увеличивать время посещений. Когда дверь палаты бесшумно закрылась, Ренджи посмел приблизиться к больничной кушетке, скрипнув зубами в безмолвной ярости. До конца не веря в происходящее, парень коснулся здоровой руки Кучики, невольно отступая назад – казалось, он трогает мертвеца. -Капитан. – дрожащим голосом прошептал Ренджи, сжимая ладонь капитана. – Вы не посмеете нас оставить. Вам этого никто не простит! Если бы он был в сознании, то лейтенант 6-ого отряда пожалел о сказанных словах, но ни один мускул не дрогнул на уцелевшей части лица, Кучики Бьякуя не слышал позорных слов…

* * *

Потекли томительные дни ожидания, для Ренджи эти две недели казались пыткой. Балансируя на грани смерти, его капитан мужественно боролся за свою жизнь – день за днём. Переступая порог бараков 4-ого отряда, Ренджи с немым ужасом ожидал новостей от капитана Уноханы. Он боялся услышать роковые слова… -Он молодец. Другого и не ожидалось от представителя клана Кучики. Ночью был приступ лихорадки, но сейчас состояние стабильно, однако он до сих пор в коме. Капитан Унохана докладывала информацию пока они шли к закрытому корпусу. Ренджи изредка поглядывал по сторонам, замечая множество раненых шинигами и это при том что война с арранкарами официально закончилась ещё три месяца назад. Видимо остатки особо строптивых врагов не желали признать поражение, стараясь унести с собой в могилу как можно больше ненавистных захватчиков. -Вы не пытались своими силами привести его в чувство? -Не лучший вариант, лейтенант. С такими повреждениями как у него болевой шок может убить ослабленный организм. Пусть всё идёт своим чередом… Уже знакомая палата встретила посетителей гнетущей тишиной. Ренджи занял своё место возле кушетки, коротко кивая Унохане. -Ожог почти зажил, но над пластикой кожи мы ещё не работали. – осторожно разматывая бинты, произнесла Унохана. – Глаз спасли, но есть вероятность, что зрение ухудшится. Парень слушал её, иногда кивая, но всё его внимание было приковано к лицу капитана. Ещё один оборот бинта… Ренджи тихо выругался сквозь зубы, вскакивая со стула. Его предупреждали, что раны серьёзны, но даже его выдержки не хватило, чтобы спокойно принять это. -Это временно. – поспешила успокоить лейтенанта Унохана. – Как только ожог немного затянется, мы приступим к лечению. Сейчас слишком большой риск занести инфекцию, не мне вам говорить, что обожжённая ткань – рай для микробов. Ренджи всё понимал, сам испытал подобную прелесть на своей шкуре, но его ожоги не шли не в какое сравнение с ранами капитана – рука не лицо, шрамы на конечности не уродуют… Парень тяжело вздохнул, оборачиваясь к мирно лежащему Кучики. -Беда… - прошептал Ренджи, беглым взглядом оценивая повреждения. – Что если он придёт в себя? -Это будет лучшим вариантом развития событий. Тогда мы сможем оценить скорость восстановления его внутренних органов. -Я не о том… Лицо… - сглотнув тяжёлый ком, пояснил лейтенант. -Никаких зеркал. – строго отозвалась Унохана. – Только после операции. -Он всё поймёт. Если он спросит, то не поверит лжи, капитан. -Главное чтобы он себя не видел. -Я постараюсь. Ренджи был не в силах сдвинуться с места и оторвать взгляд от лица своего капитана. Обширный ожог захватил половину утончённого лица, волосы были жестоко выжжены, кожа покрылась мелкими пузырьками и на общем тёмном фоне – это выглядело как какая-то инфекция. Казалось, что обожжённый участок будет разрастаться дальше, уродуя, уничтожая эти аристократические черты. Он не сомневался в 4-ом отряде, но и они не боги – сделают всё возможное, однако мёртвую ткань не вернуть… Ренджи болезненно закусил губу, отвлекаясь от мрачных мыслей. Капитан справится, главное, что он вернётся, а уж заикнуться о его шрамах никто не посмеет, не из страха, нет… Просто героев не судят. -Вечером мы наложим новую повязку. Поспешу вас оставить, если что-то понадобиться – зовите. Унохана любезно откланялась, не спеша покинув покои больного. Она тоже беспокоилась, не меньше преданного лейтенанта, но в отличие от Ренджи её эмоции лишь мешали выздоровлению капитана Кучики. Как лекарь она была обязана сохранять спокойствие… Малыш Бьякуя давно вырос, и это не те царапины, что она лечила когда-то… Ренджи зло скрипнул зубами, она ведь специально не сменила повязку, давая ему время привыкнуть к его лицу. Смотри, Ренджи, не смей отводить взгляд! Тебе противно? Или больно? Но это не имеет значения, ты ведь прекрасно знаешь, что залечить подобное никто не способен… Так прими его таким, лицо можно прикрыть, но вот его душу – нет. Он не простит и не смирится, твоя задача следовать за ним, чтобы трагедия не повторилась. Но вот что ты сделаешь, если он отстранит тебя? Глупо надеяться на то, что он не заметит жалости в твоём взгляде, будь он даже трижды слеп.