love is blindness

В четверг учебный день кончался рано и это было очень кстати для того, что Эрен с Жаном запланировали, точнее, запланировал Жан. Просидев весь вечер в интернете в поисках мест, куда можно пойти со слепым человеком, он долго не мог найти ничего подходящего. Все места для развлечений: боулинг, кинотеатр, игровые автоматы, компьютерные залы и многое другое подразумевали наличие зрения, и Жану стало немного жаль Эрена, поскольку тот не мог разделить с ним радости подростковой жизни. Выбор был небольшой: еда, музыка, да прогулки по городу, но все это казалось до ужаса банальным, потому что эту их встречу Кирштайн воспринимал как первое свидание. Хотя он и не был уверен в том, что между ним и Эреном начинались настоящие отношения, и хочет ли Йегер их вообще. Изучая сайты пиццерий города, он обнаружил одну, которая отличалась от остальных: придя туда, можно было приготовить пиццу самостоятельно, под присмотром повара, и Жан подумал, что это - оно, учитывая как Эрен любил поесть. Поэтому, выйдя из здания школы и держа его под руку, он бодрым шагом зашагал по направлению к пиццерии, оповестив Йегера о том, что тот будет готовить пиццу. - Но я не умею готовить, - задумчиво протянул он, крепко держась за Кирштайна и стараясь поспевать за его широким шагом. - Это нормально, - сказал Жан тоном знатока, - тебе дадут тесто, нужно будет его раскатать и размазать по нему то, что хочешь добавить. - Бля, я заранее чувствую себя глупо, - ухмыльнулся Эрен, представляя, как наугад будет класть все, что попадется под руку. - Я буду подавать тебе то, что нужно, - улыбнулся Жан и сбавил шаг, почувствовав, что Эрен чуть ли не повис на нем, - и тебе не придется самому пихать ее в плиту. - Ну окей, - с сомнением в голосе согласился Эрен, - только если я приготовлю какое-нибудь дерьмо - не рыдай. - Ты же не допустишь, чтобы еда превратилась в уголь? - хмыкнул Кирштайн, высматривая название пиццерии над одним из домов. - Да мне так-то плевать, что есть, - пожал плечами Эрен, поджав губы. - Что?! - удивленно воскликнул Жан, переведя взгляд с разнообразных вывесок на Эрена. - А кто вечно ноет в столовке, что ему все не нравится?! - Это я чтобы тебя побесить, - несколько коварно засмеялся Йегер, по-дружески ударяя в плечо Жана, - да нет, пицца - не еда из столовки, ее сложно испортить. - Но ты все равно постарайся, - Жан чуть склонился над Эреном, говоря ему на ухо, согревая замерзшую кожу своим дыханием, - для меня. - Отъебись, Кирштайн, - Эрен прикусил губу, а уши его покраснели от смущения. - Ты так мило краснеешь, - засмеялся он, за что получил легкий удар кулаком в грудь. - А если я сломаю тебя - это тоже будет мило? - вспылил Эрен, снова цепляясь за руку Жана, подсознательно боясь, что тот оставит его посреди улицы за такое обращение с собой. - Эээ... - Жан удивленно покосился на Эрена, пытаясь понять, что именно тот имел в виду, но подняв взгляд, заметил вывеску пиццерии. - О, мы дошли. - Класс, ты наконец-то заткнешь свой рот чем-нибудь, - покачал головой Эрен, вызывая у Жана очередную волну смущения, связанную с ассоциациями, которые вызывали странные формулировки Эрена. Зайдя в пиццерию и бросив рюкзаки и куртки на диван, Жан помог Эрену добраться до барной стойки и, поздоровавшись с официанткой, спросил ее, действительно ли здесь можно приготовить пиццу самим. Получив утвердительный ответ, Жан улыбнулся. Их отвели в ту часть зала, где повара занимались приготовлением прямо на глазах у посетителей, одели в фартуки и, дав колпаки, кратко рассказали о методике приготовления. Жан оглядел баночки, склянки, стеклянные блюда с возможным составляющим пиццы, пока Эрен щупал кусок теста и пытался раскатать его. - Эта штука не поддается! - он тщательно надавливал на тесто скалкой. - Она хоть становится более плоской? - Да, работай, не отвлекайся, - Жан развалился в небольшом кресле, наблюдая, как Эрен пытается сделать из куска теста тонкую лепешку. - Пошел на... - Йегер осекся, вспомнив, что рядом с ними чужие люди, но молодой юноша-повар только прыснул в кулак, - иди, короче, займись чем-нибудь тоже. - Зачем, если всю работу сделаешь ты, Йегер? - Жан покосился на повара и девушку за барной стойкой, замечая, как они с некой жалостью поглядывают на Эрена, и ему стало тошно и мерзко. Он знал, что Эрен не признает слабости и самому Кирштайну стало как-то не по себе от таких взглядов на его друга. "Друга ли?..." - подумал он, засмотревшись на руки Эрена. - Слушай, кажется, она уже достаточно плоская, - неуверенно сказал Эрен, щупая пальцами результат своей работы. - Да, вполне, - кивнул повар, - можете закидывать на нее что хотите, но сначала соус, кетчуп или майонез, по желанию. - Я хочу соус, - сказал Жан, беря пластиковую бутылку с томатным соусом, смешанным с какими-то специями и тыкая ей в руку Эрена, - залей его. - А если я хочу что-то другое? - пробурчал он, открывая банку и осторожно выливая соус на тесто. - Останови меня. - Но ты же делаешь, как я попросил, - усмехнулся Жан, следя за количеством соуса на пицце, - все, хватит. О, Эрен, какой ты сегодня послушный. - Отвали, - отмахнулся он, закрывая банку, - и наслаждайся последними часами, пока я делаю все, что ты скажешь. - Ну, это... - Жан потупил взгляд, смотря, как ловко пальцы Эрена размазывают соус. - Ладно, как скажешь. - Чего это с тобой? - нахмурился Эрен, поворачивая голову на голос Кирштайна, но, увы, адресуя свой вопрос упаковке с пармезаном. - Да ничего, ты классно... размазываешь соус. - Только держи свои фантазии при себе! - Эрен нащупывал края лепешки, стараясь не обделять их пропиткой. - Еще где-нибудь нужно добавить? - Нет, все нормально, - оценивающе кивнул Жан, - сперва, наверное, сыр? - Нет, - покачал головой повар, показывая пальцем на коробочки с нарезанным мясом, - сначала колбасу, курицу или морепродукты. - Колбасу, - уверенно сказал Эрен, - и курицу. - Окей, - Кирштайн поднялся и подал Эрену колбасу. Он встал близко к нему, прижимаясь своим бедром к бедру Эрена и, склонившись, чтобы якобы следить за процессом, он смотрел на сосредоточенное и смущенное такой близостью лицо Эрена. - Жа... Кирштайн, отойди, - он раскладывал колбасу по пицце, забывая о том, куда положил, а куда нет, сосредоточившись на дыхании Жана, - ты мне мешаешь. - Да чем я тебе мешаю, я просто смотрю, - он протянул руку и, взяв в свою ладонь руку Эрена, переместил ее чуть ниже, чтобы тот положил кусок колбасы туда, где было почти пусто, - ты пропустил. - Ага, - тихо сказал он, а после прошептал, - Жан, бля, тут же люди, не стой ко мне так близко. - А что, разве у нас в стране с этим проблемы? - усмехнулся он, но сделал шаг в сторону, давая Эрену больше пространства. - Давай быстрее сделаем ее, я хочу жрать. Кинув на пиццу сыр, помидоры, курицу и огурцы, Жан подумал, что стоит остановиться, но Эрен хотел положить на нее больше начинки, и только после слов повара о том, что не стоит перебарщивать с этим, он согласился и отступил. Судя по его лицу, ему понравилось готовить, а Жан был доволен, что нашел подходящее занятие на их прогулку. Помогая мыть руки, он смотрел на сияющее от радости лицо Эрена, ведь тот, судя по его восторженным словам, приготовил первую пиццу в своей жизни, да и вообще что-то кроме яичницы. Посмеявшись над тем, что это его первые шаги к становлению верной женой и получив удар локтем по ребрам, Жан поставил пиццу в духовку и они уселись за стол, пили фруктовые коктейли и обсуждали одноклассников. Разговаривая с Эреном и поглядывая в сторону духовки, дожидаясь, пока официант принесет им их творение, Жан понял, что давненько не выбирался так с кем-то вдвоем. И ему это определенно нравилось. Он боялся, что после случившегося в пустом кабинете, Эрен станет часто смущаться, вспоминая этот момент или что он сам не сможет смотреть на Эрена как раньше, и был рад тому, что все осталось по-прежнему, только ругались они значительно меньше. В этом что-то было: теплые чувства сменили эту обоюдную ненависть, и Кирштайн задумывался, как же так получилось, что их злость переросла в симпатию? Вскоре официантка принесла пиццу, и Жан с Эреном быстро, с удовольствием умяли ее на двоих. Надев куртки и накинув рюкзаки, они вышли из пиццерии и просто шли вниз по улице. Все это время Эрен хвалил сам себя за то, что справился с этим заданием, а Жан лишь улыбался и закатывал глаза, когда Йегер начинал чересчур гордиться собой. На набитые едой желудки идти было слишком тяжело и Жан остановился, оглядываясь вокруг. - Йегер, может посидим? - Где? На земле? - скептически спросил тот. - Или ты предлагаешь еще одну пиццу заебашить? - Нет, тут двор, - он кивнул в сторону арки между двумя домами, - там есть пустые качели. - Окей, пойдем сыграем в прогулку в детском саду, - пожал плечами Эрен, - чур, качели мои. - Да мне насрать, забирай, - равнодушно проговорил Жан и повел Эрена к пустой детской площадке. Усадив Йегера на качели, Жан встал сбоку от них и принялся лениво их покачивать, облокотившись на железную балку. Он поднял взгляд к небу, которое было достаточно мрачным, но это было нормально для поздней осени и даже приятно, что солнце не било в глаза. Опустив взгляд, он посмотрел на Эрена, который несколько по-детски держался за качели, прикрыв глаза. - Думаешь о чем-то? - Ага, - Йегер открыл глаза и поднял голову, невидяще смотря вперед, - давно не выходил на улицу вот так. - Я тоже, - не отводя взгляда от лица Эрена, Жан протянул руку и положил ее ему на голову, проведя по волосам и приглаживая их. - Я-то понятно почему не выхожу, - Эрен уперся виском в металлическую планку, подставляя голову, - а ты чего хиккуешь? - Эй, ребят! - незнакомый голос окликнул их, и парни мгновенно повернули головы. - Чего делаете? К ним подходили трое парней, выглядящие чуть старше. Они улыбались дружелюбно, были одеты в теплые куртки, джинсы и кеды. Жан быстро убрал руку от головы Эрена и приветственно махнул в сторону незнакомцев, улыбнувшись в ответ. - Сидим, типа, - Кирштайн вопросительно изогнул бровь, - а вы кто? - Да никто, в общем, - хохотнул один из них, - так, мимо проходили, заметили вас, решили поздороваться. - Эм, Жан, - Эрен протянул руку и дернул Кирштайна за край куртки. Обернувшись, Жан заметил обеспокоенное лицо друга. - Нам вроде домой пора было. - Да ладно вам, куда вы торопитесь, - улыбнулся парень, подходя ближе и вставая возле Жана, - еще рано же совсем. - Он слепой, - подняв голову на незнакомца, показал Жан на Эрена, стараясь выглядеть как можно дружелюбней, но, почувствовав волнение Эрена, ему тоже стало не по себе, - родаки беспокоятся. - Ого, не повезло тебе, чувак... - юноша опустил взгляд, заметив, как Эрен кивнул, а затем вновь посмотрел на Жана. Он молчал несколько секунд, словно обдумывая ответ и, внезапно ухмыльнувшись, произнес. - Но это же не мешает вам гулять друг с другом под ручку и лизаться у всех на виду, а, пидоры? - Ты охуел, чмо? - нахмурился Жан, сжимая кулаки и вставая прямо напротив незнакомца. Он целовал Эрена всего один раз - на заднем дворе школы, где не было никого. По крайней мере, он так думал. - Я хожу с ним под руку, потому что он нихрена не видит. - Мы видели, как вы сосались у школы, - он протянул руки и резко схватил Жана за грудки, притягивая к себе, - отмазка не засчитана. Ненавижу пидоров вроде тебя. - Иди и расскажи это своей мамаше, урод, - прорычал Кирштайн, занося руку для удара, но стоящие рядом с ним парни быстро перехватили его запястье. Жан почувствовал резкое жжение на щеке, и перед его глазами все на секунду расплылось, но стоило ему услышать гневный крик Эрена, как четкость зрения вернулась моментально. Он обернулся, смотря, как тот вскочил на ноги, но второй удар оглушил его вновь. Жан замахнулся и ударил наотмашь по лицу одного из парней, и на него посыпались ругательства, удары стали более сильными, а голос Эрена где-то в стороне более звонким и надрывным. Ему было больно, но еще больнее было думать, что все эти удары может получить и беззащитный Эрен, поэтому, игнорируя яркие вспышки перед глазами, Кирштайн продолжал махать руками, время от времени случайно попадая по плечам, локтям, подбородкам парней. Но каким бы сильным не был Жан, противников было больше. Один сильный удар ногой под колени повалил его на землю и несколько таких же в живот, в грудь, по ребрам, заставили его согнуться от резкой боли. Мир перед глазами поплыл, и голос Эрена, полный гнева, обиды и слез, остался далеко позади. Жан не мог думать ни о чем, даже о том, что может случиться с Эреном, если он потеряет сознание. Он чувствовал холодную землю щекой и ее холод чуть облегчал боль, жгущую кожу словно изнутри. Живот скрутило и последнее, что увидел Кирштайн перед тем, как потерять сознание, это красную лужицу горячей крови, растекающейся по земле прямо перед его глазами. - Блять, что вы с ним сделали?! - орал Эрен, упав на колени и пытаясь руками нащупать тело Жана. - Какого хрена, за что?! - Вы существуете, - звонко смеялся парень, вытирая кулаки о куртку и довольно наблюдая, как жалко ползает по земле Эрен, - этого достаточно, чтобы выбивать дерьмо из всех вам подобных. - Уроды, - слезы предательски текли из глаз Эрена, а голос срывался от страха и гнева. Он никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Будь у него зрение, он бы мог помочь Жану, но не видя ничего, он рисковал нанести повреждения лишь самому себе, глупо размахивая кулаками. - Я убью вас всех, слышали?! Я найду и убью вас, твари! - Ага, конечно, ты ебаря-то своего найти не можешь, - их смех становился неадекватным, а тон все более самодовольным, и Эрен понимал, что он действительно ничего не может сделать. Он даже не знал, как выглядят обидчики, но его переполняли эмоции и все, что он мог - это кричать на них, пока те не насмеялись вдоволь. - Ой, ребят, пойдем отсюда. Я не хочу мутузить и этого тоже, над ним и так природа извратилась - слепой, да еще и пидор. Внимание Эрена полностью переключилось, стоило ему нащупать руку Жана. Сев рядом с ним, он трясущимися ладонями нашел его лицо и, почувствовав что-то теплое и жидкое на своих руках, поднес их к губам, боясь поверить, что это могла быть кровь. От пальцев исходил резкий металлический запах, и Эрен, поддавшись панике, вцепился в плечи Жана, переворачивая его на спину и начиная трясти. - Жан! Жан! - он кричал, склонившись над телом Кирштайна. - Жан, очнись! Ответной реакции не последовало, и Эрен почувствовал, как к горлу подступает неприятный комок. Он не знал что делать, не знал, как позвать на помощь, ведь не слышал рядом никого, не знал, как заставить Жана очнуться. Его била крупная дрожь и он еле сдерживал слезы, которые сочились из его глаз против воли. Единственным спасением и надеждой была его сестра, которая всегда приходила на помощь, и она была первым человеком, о котором подумал Эрен. Быстро достав телефон, он удержал единицу и, поднеся трубку к уху, взял Жана за руку. - Алло, Эрен, ты уже погулял? - Микаса! Микаса, помоги! - он кричал в трубку, не в состоянии сдерживаться. - Что случилось, Эрен? - ее голос мгновенно стал серьезным и обеспокоенным. - Жана избили, Микаса, я не знаю, что делать... - Эрен, успокойся и скажи, где вы, - на другом конце трубки послышался звук застегивающейся молнии. - Я не знаю! - из глаз Эрена вновь брызнули слезы, стекая горячими каплями по щекам. - Жан без сознания, я не знаю, где мы! - Эй, Йегер, - до него донесся слабый шепот знакомого голоса, - ты чего так разорался?... - Блять, Жан, - Эрен отложил телефон в сторону и крепко сжал холодную ладонь Кирштайна обеими руками, - я так испугался, я думал что... Я не знал, что... Извини, пожалуйста, я не мог... - Позвони кому-нибудь, - Жан приоткрыл глаза, мутным взглядом оглядывая заплаканное и испуганное лицо Эрена. - Я уже, Микаса... - Эрен взял телефон в руки и, приложив к уху, не успел ничего сказать. - Эрен, дай трубку Жану, быстро, - строго сказала она, и Эрен, подняв руку Кирштайна, вложил в нее телефон. Тот медленно повернул голову на бок и прижал телефон к щеке. - Йо, Микаса, - хрипло проговорил он, вытирая рукавом кровоточащие губы и нос. Назвав адрес и номер дома, что бросился ему в глаза на ближайшем здании, услышав в ответ "я рядом, скоро буду", Жан бросил телефон на землю. Голос Жана звучал очень слабо, хрипло, и каждая его попытка двинуться отдавала болью во всем теле, но все, что его волновало, это Эрен. Проморгавшись, Кирштайн оглядел его, сидящего рядом, опустив голову, и не заметил ничего, что было бы похоже на синяки и ссадины, и только убедившись, что Йегер в порядке, Жан начал жалеть самого себя. Закрыв глаза, он попытался расслабиться, и пальцы Эрена, осторожно коснувшиеся его лба, зарывшиеся в светлые, испачканные грязью и кровью волосы, помогли отвлечься от боли. Он пролежал так всего несколько минут, а затем услышал голос Микасы, кричащий их имена. Она бежала быстро, но не выглядела запыхавшейся, и стоило ей подойти, как она упала на колени возле них, забывая про грязную землю. - Эрен, ты в порядке? - Да, да, я нормально, - кивнул он, стараясь держать голову опущенной, чтобы скрыть от сестры красные от слез глаза. - Жан, я вызову такси и отвезу тебя домой, - проговорила она, одной рукой доставая телефон, а другой меряя пульс Кирштайна. - Нет, нельзя туда в таком виде, - он медленно сел, жмурясь и шипя от боли, - не хочу, чтоб родаки заметили. - Ясно, - девушка кивнула, набирая номер такси, - тогда к нам. Дождавшись приезда машины, Эрен и Микаса помогли Жану подняться, придерживая его под руки. Всю дорогу Кирштайн поглядывал на Эрена и ему казалось, что тот выглядит куда более подавленным, чем он сам. Его пальцы до побеления костяшек сжимали колени и выглядел Йегер так, словно сейчас взорвется, но все же, за все время, проведенное в машине, он не произнес ни слова. Добравшись до дома, Микаса помогла Жану забраться по лестнице крыльца и тот, почувствовав себя немного лучше, сказал, что может идти сам. - Не выебывайся и все равно держись за меня, - раздраженно прошептал Эрен, перекинув руку Кирштайна через плечи. - Да мы же вдвоем упадем, если что, - горько усмехнулся Жан, смотря, как Микаса открывает двери в дом. - Я хорошо ориентируюсь у себя дома, - Йегер выглядел слишком мрачным, словно избили его самого, и Жан понял, что сейчас не самое подходящее время шутить. Дома было тихо, родители Микасы и Эрена допоздна задерживались на работе, и Жан облегченно вздохнул - ему не хотелось лишних вопросов. Добравшись до комнаты Эрена, он упал на кровать даже не снимая с себя грязной одежды по настоянию самого Йегера. Буквально через минуту пришла Микаса, держа в руках небольшую чашу с водой и тряпкой, а из ее карманов торчала вата и бутылочка с перекисью. Она заботливо и осторожно протирала лицо Жана, сохраняя при этом совершенно безразличное выражение лица и действительно, ее волновало только самочувствие Эрена, но Кирштайн проникся заботой девушки и не мог отвести от нее взгляд. У нее были приятные, тонкие черты лица, совершенно непохожие на Эрена, черные глаза, светлая кожа... Она коснулась ваткой с перекисью ссадины на скуле и, зашипев от жгущего чувства, Жан вспомнил, что нехорошо глазеть на сестру человека, с которым ты вроде как в отношениях. Закончив, Микаса ушла, оставляя брата наедине с другом и унося с собой окровавленную тряпку. - Кхм, Эрен... - неуверенно протянул Жан, касаясь пальцами плеча сидящего рядом с ним юноши. - Как ты? - Черт возьми, Жан! - он повернулся к нему лицом и положил ладонь на грудь. Его губы были искусаны, как это бывало, когда он сильно волновался. - Извини меня, я ничего не мог сделать, я пытался их остановить, но... - Бля, Йегер, я живой и все нормально, - он сжал руку Эрена чуть выше локтя и потянул на себя, чуть отодвигаясь в сторону, чтобы освободить немного места рядом, - думаешь, я первый раз попадаю в такую передрягу? - Тебя не в первый раз избивают гомофобы? - расстроенно вздохнув, тихо спросил Эрен и лег рядом, укладываясь головой на плечо Жана. - В первый, - Кирштайн чуть нахмурился, но увидев выражение лица Эрена решил, что не стоит рассказывать о всех его побоях, - но и тогда, и сейчас все нормально. Не беспокойся. - Как я могу не беспокоиться, дебил? - крепко прижавшись к нему, Эрен закинул ногу на чужое бедро, стараясь быть как можно ближе. - Тебе надавали по роже, а я только и мог что орать. - Хорошо, что тебе тоже не досталось, - тепло улыбнулся Жан, обнимая Эрена и закрывая глаза, - в следующий раз будем осторожней, раз еще остались такие уебки. - Я убью их, когда ко мне вернется зрение, - гневно прошептал он в шею Жана, жмурясь от обиды, - обещаю, я изобью их до смерти. - Заебись стимул, Йегер, - усмехнулся он, расслабляясь и давая волю усталости, что накатила на него уже в машине, - что-то меня вырубает. - Поспи, я полежу рядом, - голос Эрена стал еще тише. Нащупав лицо Жана, он мягко коснулся подушечками пальцев его щеки, как тогда, в парке. Эрен поглаживал его лицо, переходя к уху, нежно, успокаивающе проводя пальцами по коже, лаская ушную раковину. Его руки скользили по шее, задевая ногтями едва выступающие сухожилия, и Жану казалось, что он не знал ничего приятней, чем прикосновения Эрена. Растворяясь в них, чувствуя, как они понемногу заглушают ноющую боль в теле, Жан погружался в дрему, концентрируясь на скользящей по его телу ладони. Он чувствовал, как она гладит его грудь, ребра, вырисовав замысловатый узор на животе вернулась наверх, к плечам, и постепенно, поддаваясь успокаивающим поглаживаниям пальцев, он уснул, не заметив, как рука Эрена обмякла следом, а его веки плотно сомкнулись. За окном было пасмурно, комната была залита серым светом и медленно погружалась в полумрак. Сильный ветер завывал за окнами, превращаясь в приятную умиротворяющую мелодию. Дверь в комнату приоткрылась, и Микаса, увидев своего брата, тесно прижимающегося к другому юноше во сне всем телом, задержала взгляд на нем на несколько секунд и, сделав шаг назад, тихо закрыла за собой дверь.