2.
27 мая 2014 г., 19:09
На часах три ночи, а мы болтаем и курим на кухне. Я сижу, поджав ноги, на маленькой табуретке. Бен, повязав мой фартук, моет посуду. "Ты готовишь, я - мою" - распорядился он. Нет, ну не наглец? Устанавливает правила в моем доме! Зашел, померил мою квартирку шагами, потрогал стены, подергал краны в ванной, потом уселся на диван и потребовал пива. Пришлось спускаться вниз за пивом.
- Хорошо, что ты съехала от родителей. А то эти отели у меня комом в горле стоят, устал от них жутко - вытирая руки полотенцем, заявил Бен. Забрав у меня сигарету, сделал пару затяжек и выдохнул. Сигарета полетела в форточку - пошли спать.
Я упрямо сложила руки на руки:
- А что, если я не хочу?
Бен почесал голову: - Я хочу. Пошли, птичка - и силком поднял меня с моего насеста.
-У тебя на плече шоколадная крошка. Сейчас уберу.
-Эмм...не знаю, как тебе сказать, но ты лижешь мою родинку.
-Ой, неужели? А это тоже родинка, вот здесь?
-Нет, это, кажется, шоколадная крошка. Но если хочешь, ее тоже можешь слизнуть...
Тихо заглядываю в спальню. Он еще спит. Призываю всех богов и духов кулинарии помочь мне сообразить завтрак из одного яйца и пол-буханки хлеба. Ей-богу, мыть посуду мне нравится больше, чем наполнять ее едой. Поджарю ему гренки, авось прокатит. На крайний случай, у меня есть стратегический запас Earl Gray` я. Ничего, прорвемся. Делаю себе мысленную напоминалку пойти на кулинарные курсы.
Пока я готовила (читай: в панике металась по кухне), Бен успел сходить в душ, шлепнуть меня по попе, выкурить сигарету и поглазеть из окна на город. Теперь сидит за столом и таращит глазки, всем свои видом показывая, что сэр готов позавтракать, можете подавать на стол, Бэрримор.
-Вкусно. Очень вкусно. - бубнил Бен, уплетая гренки. Зазвонил его мобильник. Посмотрев на экран, Бен закатывает глаза. Это значит, что звонит его агент. Признаюсь, никого в жизни я так не ненавидела, как этого призрачного агента, состоящего из сплошных мейлов, звонков, графиков и контрактов. Его искаженный тонкий голос из трубки разрывает наши объятья и забирает от меня Бена. Что на этот раз? Очередной бал у Воланда? Конвенция прыщавых задротов? Интервью с предвзятым журналистом, который после напишет, какого цвета были у Бена носки?
Бен заканчивает разговор. Я не слушала, уши заложило от злости. Безучастно глядя на календарь на стене, я про себя думала: "Только не вставай из-за стола, только не вставай из-за стола". Все равно что умолять реку течь в обратном направлении. Вытерев губы, Бен подходит ко мне. Присаживаясь на корточки, ладонями обхватывает мое лицо и большими пальцами стирает слезы с моих покрасневших щек.
-Агент звонил...
-Я понимаю. Езжай. Тебя ждут в Лос-Анджелесе, Мельбурне, Токио, Берлине, без разницы. У тебя на каждом континенте есть девка, которую ты трахаешь? Я ведь тоже очередная портовая шлюха, которая влюбилась в моряка дальнего плавания. Ты появляешься раз в два-три месяца, спишь со мной, скуриваешь мои сигареты, съедаешь мои яйца, а потом полный сил, с улыбкой как у сытого кота, укатываешь покорять малолеток и старых дев. Так что езжай, и ни о чем не беспокойся, когда ты соизволишь навестить меня, я как всегда буду ждать тебя. Прямо тут, на табуретке, в одной футболке, с пачкой сигарет на подоконнике, и горячей едой на столе.
Молчание. Лицо выражает абсолютное смирение. Спокойно Бен интересуется: - Закончила? Если закончила, то собирай вещи.
-...
Поднимаясь, Бен сует телефон в карман. Глядя на меня мелкую с высоты своего роста, он насмешливо кидает:- Покажу своей любимой портовой куртизаночке Лондон. Недели две там будем, потом на Крит. У меня отпуск. Агент сейчас обрадовал. Загран твой где?
