Прошлое и настоящее

Яркий свет разрезал воздух, словно острый нож. Глаза Морганы светились золотом, когда она изо всех сил сжимала в руке волшебный амулет. В ее распоряжении было столько силы, что хрупкое тело девушки, казалось, не выдерживало напряжения и непрерывно дрожало. Воздух вокруг наполнялся магией, а под ногами ведьмы содрогалась земля. «Мерлин!» Потрясенный этим сном, чародей едва не подпрыгнул от страха, когда услышал в своей голове голос Килгарры. Он прикрыл руками уши, напрасно стараясь заглушить шум, который затих через несколько секунд после того, как проснулся Мерлин. Потирая глаза, он попытался прийти в себя. Вскоре маг понял, что находится в своей кровати, весь мокрый от пота. Только теперь он сумел почувствовать прохладный ветерок из окна, но его дыхание по-прежнему было быстрым и неравномерным. Волшебник панически оглядывался по сторонам, не зная, что происходит. «Мерлин», — голос дракона раздался снова, но на этот раз он звучал более спокойно, хотя и отчаяния в нем было не меньше. «Что? Что происходит?». «Моргана овладела очень могущественной и опасной магией. Я чувствую это издалека. Она находится близко к городу. Ты должен действовать, молодой чародей. Немедленно!». Скидывая с себя одеяло, Мерлин подбежал к окну, которое выглядывало на окраину Камелота. Когда он стал придворным колдуном и получил определенные привилегии, то попросил две вещи: чтобы его комната была рядом с покоями Артура, и чтобы из окон свободно просматривались дальние земли. Король согласился, одобрив обе просьбы, и Мерлин получил комнату, из которой мог видеть не только лес на западе Камелота, но и отдаленные северные равнины. Теперь, когда чародей выглянул в окно, у него перехватило дыхание. В лесу, на расстоянии нескольких миль с земли, в небо лился яркий свет, будто лава вулкана, но все это происходило очень медленно, и Мерлин в полной мере мог ощутить силу магии, сосредоточенную в том месте. Он слышал гул в глубинах своего разума и осознавал, что с каждой секундой он становится все громче, а концентрация магии — сильнее. С трудом оторвав взгляд от леса, Эмрис начал метаться по своей комнате в поисках одежды и сапог. Менее чем через минуту он выскочил из дверей и помчался к Артуру. Ночью коридоры замка были практически пустыми, за исключением стражников, которые стояли на вахте около двери королевских покоев. Они повернули головы на топот бегущих ног, но не удивились, когда увидели Мерлина, и поэтому даже не попытались его остановить или спросить, почему он врывается в покои своего короля без разрешения. Чародея одновременно накрыло облегчение и тревога: сколько раз он уже не делал так посреди ночи, стражники даже глазом не моргали при его появлении, будто так и нужно. — Артур! — вскрикнул Мерлин, распахивая дверь. Она с оглушительным грохотом врезалась в шкаф, который стоял рядом так, что Гвен и Артур одновременно подскочили на кровати от столь внезапного пробуждения. Менее чем через секунду король вскочил с постели, выхватывая меч, в то время как Гвиневра в панике озиралась по сторонам. Артур прищурился, пытаясь различить фигуру человека, который только что ворвался к нему в комнату, а чародей тем временем сделал несколько шагов вперед. — Артур, — повторил он. Со вздохом правитель расслабился и опустил меч, потирая голову свободной рукой. — Мерлин, сколько раз я должен просить тебя не громыхать дверью посреди ночи с паническим криком? — Я сожалею, но… — Ты сожалеешь? — иронично переспросил Пендрагон. — Скажи, а больше или меньше, чем в прошлый раз? — Он отвернулся и возвратился к кровати, присаживаясь на нее рядом со своей супругой. — Ты в порядке? — Только тогда Мерлин заметил, что шокированное выражение на лице королевы не изменилось. Она болезненно сглотнула, а затем медленно кивнула. — Прости меня, Гвен, — пробормотал волшебник, и на этот раз в его голосе прозвучало подлинное чувство вины. — Нет, Мерлин, все хорошо. Что случилось? — спросила она, усаживаясь на постели и прижимая колени к своей груди. — Что-то происходит. Моргана совершает нечто страшное и грандиозное. Я это чувствую. — Как по команде в разуме колдуна снова эхом отдался гул. Приложив руку к голове, он слегка покачнулся на месте, так как внезапный рост мощи магии застал его врасплох. — Мерлин? — с озабоченностью спросил Артур. — Я в порядке, но мы должны ехать. Я возьму лошадей, — сказал чародей, направляясь к двери. — Нет, найди слугу, пусть он сделает это, а ты пока расскажешь мне все, что знаешь, — окликнул его Артур, попутно выискивая предметы одежды. Мерлин остановился, взявшись за ручку двери. — Я мало что знаю, а это я могу рассказать тебе по пути. Кроме того, я всегда был твоим лучшим слугой. — Он успел увидеть, как лицо короля немного просветлело, прежде чем выскочить в дверь.

***

К тому моменту, как Артур мчался вниз по каменным ступеням во двор в полном боевом вооружении, Мерлин уже подвел их лошадей, копыта которых громко стучали по булыжной мостовой в тишине ночи. Он передал королю поводья его лошади, и тот быстро вскочил на гнедого жеребца. Животное верно служило Артуру в течение многих лет, и Мерлин мог точно сказать, что король не ошибся в своем выборе. Чародей же, как всегда, взял лошадку, подаренную ему Артуром полтора года назад, после того как он был назначен на должность придворного колдуна. Это была красивая и крепкая лошадь каштанового цвета. Эмрис мог даже отдавать ей команды с помощью своей магии. Мерлин запрыгнул в седло и кивнул королю: — Ты готов? — К чему, Мерлин? Ты еще ничего мне не рассказал, — грубо произнес Артур, но чародей проигнорировал его тон, так как знал, что его злость была направлена не на мага, а на сложившуюся ситуацию. — Честно говоря, я не помню, чтобы ты в полной мере просвещал меня когда-нибудь, когда мы ехали невесть куда посреди ночи. — Ну, может быть его гнев в некоторой степени был направлен и на Мерлина. — Вперед, я все объясню по дороге. Они выехали из двора мимо стражников, которым так же было не в диковинку видеть короля и его придворного колдуна, выезжающими из города в любое время дня и ночи без предупреждения. Мерлин кивнул в сторону запада, как только они оказались за городскими стенами. — Смотри! — воскликнул он. Артур глянул туда, куда указал маг, и Мерлин почувствовал растерянность короля. Впереди над деревьями возвышался столб света, который поднялся значительно выше в небо с того момента, как он видел его из окна. Еще было темно, но солнце в любую минуту грозило взойти над горизонтом. — Что это? — Я не знаю. — Мерлин! — прикрикнул на него правитель. Маг кивнул и подробно рассказал Артуру о своем сне, сильной магии, отголоски которой он чувствовал внутри себя, и предупреждении дракона. Все это время они быстро приближались к свету. Чародей знал место, где Моргана проводила ритуал, ведь именно на этой поляне Эмрис советовался с драконом до тех пор, пока Артур не узнал о его магии, а также в течение следующих шести месяцев, на протяжении которых ему приходилось скрываться, дабы избежать казни. Мерлин вздрогнул, когда на него накатили воспоминания. Это определенно был худший период в его жизни. Друзья погрузились в молчание, и волшебник воспользовался моментом, чтобы вспомнить как можно больше заклинаний, с помощью которых, возможно, ему придется противостоять Моргане. Смутно он осознавал, что ветер постепенно усиливается, обдувая прохладой его лицо. Лошадь Мерлина с легкостью вела короля и волшебника через лесные лабиринты: ее чувство направления, зрение и понимание усиливалось в разы с помощью магии. Они были всего в нескольких минутах ходьбы, когда свет впереди вдруг резко осветил ближайшее пространство леса, словно утреннее солнце. Обе лошади внезапно встали на дыбы от внезапной яркости, и Мерлин едва сумел удержаться в седле, когда вспышка магии, сопровождающаяся различными образами, вторглась в его разум. Он закричал от боли и использовал всю свою выдержку, чтобы не выпустить поводья из рук и схватиться за голову. Маг поддался вперед, чтобы не свалиться на землю и одновременно попытался разобраться с изображениями, которые возникли перед его глазами, блокируя внезапную боль. Мерлин сумел различить рядом Артура, который пытался обуздать свою лошадь, но не мог помочь ему под натиском образов в своем сознании. В основном, это были знакомые ему места и люди, а также ситуации, в которые попадал он и Артур. Но больше всего удивило Мерлина то, что казалось, будто он смотрит на все это одновременно и со своей стороны, и со стороны короля. Он следил за образами, будто находясь в двух местах сразу. Перед глазами чародея пролетели последние восемнадцать лет его жизни и жизни Артура в обратном порядке. Это происходило так быстро, что маг едва успевал разглядеть что-либо, некоторых вещей он даже не узнавал. Нахмурившись в растерянности и ужасе, Мерлин пережил свои шесть месяцев изгнания в мгновения ока, одновременно ощущая чувство гнева и предательства Артура. Он видел, как была раскрыта его магия, затем как Моргана пыталась захватить Камелот, смерть Утера. Мерлин видел рыцарей, волшебных существ, которые нападали на город, занятия с рыцарями, Гаюса, пиры, свое прибытие в Камелот, Эалдор, тренировки, игры с Уиллом, тренировки с другими благородными детьми, свою мать, слуг, которые выполняли любые капризы принца, а затем в глаза Эмриса снова ударил ослепительный свет. Тяжело дыша, Мерлин вдруг вышел из транса, чтобы услышать раздраженный голос короля. — … ты меня слышишь? Мерлин, давай. Нужно сосредоточиться. — Артур? — спросил чародей через вздохи, пытаясь снова собраться с мыслями. Ему казалось, что разум все еще следует в обратном направлении. — Мы… — Он был обрезан еще более ярким светом, который ударил в его глаза. Свет становился все ярче, и Мерлин медленно начал осознавать истинные намерения Морганы. Он запрокинул голову назад, когда его пронзила страшная истина. — Мерлин! — в гневе закричал Артур, маг моргнул и посмотрел на него. — Она нас убьет, — прошептал он. — Это невозможно, — ответил Пендрагон, пытаясь успокоить Мерлина. — Ты говорил, что мы оба защищены от любой возможной магии, которую Моргана может использовать против нас. Ты защитил своим заклинанием сотни людей. — Ты не понимаешь. Сейчас ты защищен, но не тогда. — Что? Мерлин посмотрел в сторону источника света и решительно направил туда свою лошадь, придавая ей скорости, так же как и скакуну короля, а затем снова взглянул на своего друга. — Я знаю, что она делает. Она открывает врата прошлого, Артур. Она хочет убить нас тогда, когда мы еще были детьми. Волшебник не стал ждать, пока Пендрагон ответит на его заявление, он старался сосредоточиться только на том, чтобы побыстрее добраться до колдуньи. Он чувствовал, как мир опережает его, но упорно боролся со страхом, который опутывал Эмриса в свои липкие объятия. Моргана пытается подчинить себе нечто большее, на что способны ее силы, она не сможет контролировать эту власть. Любой просчет с ее стороны может уничтожить все и не только, касающееся сегодняшнего дня, она может изменить историю в целом. Как она решилась на это? Какие тайны она обнаружила, и какое отчаяние могло управлять ей, чтобы совершить нечто настолько опрометчивое? Мерлин вздрагивал от концентрации магии в округе. Даже старая религия восстала против действий ведьмы. Он должен был остановить ее. Хотя было нечто, что еще больше беспокоило чародея. Выбор места проведения ритуала. С чего Моргана стала открывать врата в иной мир так близко к Камелоту? Она знала, что Эмрис гораздо сильнее нее, и, конечно, не рискнула бы обрекать свой план на неудачу, если бы боялась того, что он может прийти и остановить ее. Но Мерлин мог предположить, что Моргана намеренно выбрала место неподалеку. Возможно, она хотела, чтобы Эмрис прибыл туда вовремя и увидел, что она делает. Потому что у него нет возможности закрыть врата, ведь чтобы овладеть такой властью необходимо много времени. Она подчинила себе магию, взятую из самой земли, из воздуха, хотя всем этим было управлять очень непросто. К своему отчаянию Эмрис осознал, что ничего не сможет сделать, чтобы остановить ведьму. До боли яркий свет ослепил волшебника, и он пробормотал несколько слов, чтобы глаза быстрее привыкли к нему, делая то же самое и для своей лошади. За его спиной из-за деревьев вышел Артур и сразу резко поднял руку, чтобы прикрыть глаза. Мерлин быстро пробормотал заклинание и для монарха, чтобы помочь ему видеть при таком освещении. — Теперь ты можешь видеть, — констатировал он, спрыгивая с лошади. — Мерлин, я же говорил тебе, чтобы ты не использовал на мне магию, прежде чем не скажешь, что именно ты делаешь, — проворчал король. — Я просто отфильтровал свет, — тихо пояснил Мерлин, не оборачиваясь к королю. — Ну и что теперь. Что ты можешь сделать? — Чародей глянул на центр поляны. Магический вихрь света, как он и предполагал, поднимался из земли. Он беспорядочно вертелся в виде линий, имеющих желтоватый, синеватый и зеленоватый оттенки. Завитки принимали разнообразную форму, и Эмрис признавал, что именно они формировали. Они образовывали из себя места, дома и людей. Они прокручивали время, просеивали каждое мгновения, подбирая необходимое. Мерлин не мог видеть Моргану, но чувствовал, что она где-то рядом, с другой стороны поляны. — Мерлин, что мы можем сделать? Чародей покачал головой, не поворачиваясь к Артуру, и лихорадочно оглянулся вокруг. Он почувствовал, как рука короля опустилась на его плечо и развернула к себе. — Что нам делать? — медленно повторил он, с усилием выговаривая каждое слово. — Мы ничего не можем сделать. Это слишком могущественная магия, я не могу ее остановить. — Мерлин, ты не раз убеждался в том, что ты гораздо сильнее, чем Моргана. — Но только, когда она пользуется лишь своей собственной магией. Теперь она нашла способ черпать ее из земли, из воздуха, отовсюду. — Тогда и ты можешь сделать то же самое. — Я не могу. Для того, чтобы овладеть такой силой могут понадобиться месяцы. — Тогда атакуй Моргану. — Она себя защищает, я это чувствую. — Мерлин, — сквозь зубы прошипел Артур. — Ты только что сказал, что она нас убьет в прошлом, когда мы были детьми. Что произойдет, если у нее это получится? Волшебник опустил глаза. Он колебался с ответом, но пронзительный взгляд Артура продолжал впиваться в него, заставляя неуютно ерзать на месте. — Мы не будем существовать. Все, что мы изменили в своей жизни и жизни других людей, исчезнет. Мы будем мертвы, и никто даже не будет знать, что мы жили все эти годы после того, как Моргана нас фактически уничтожила. Артур просто смотрел на него не в состоянии понять то, что только что услышал. Его лицо было неподвижным, а глаза наполнялись отчаянием, единственным признаком его истинного потрясения. — Прости меня, Артур. — Нет, я не собираюсь с этим мириться. Найди способ выйти их этого положения, немедленно! Как твой король, я приказываю тебе! — Артур… — Мерлин, мы не можем позволить этому случиться. — Я не могу остановить Моргану. — Так сделай что-нибудь другое, чтобы изменить ее планы. Ты можешь защитить теперешних нас от нее, почему же тогда ты не сумеешь поставить защиту и на нас как детей? Словно по команде свет вдруг прекратил свое вращение, и теперь на нем четко были видны образы двух маленьких мальчиков. Не было никаких сомнений в том, что это Мерлин и Артур. — Она нашла нас, — пролепетал чародей. Тем временем свет начинал сжиматься до тех пор, пока не стал охватывать пространство в диаметре всего нескольких метров, а в центре светового круга застыли неподвижные образы двух детей. На всю поляну вдруг раздался громкий голос Морганы, которая произносила какое-то магическое заклинание. Мерлин не мог понять, что именно она говорила, но в мальчиков начал просачиваться свет, наполняя их красками, так что изображение становилось более похожим на действительность. — Мерлин, смотри, — маг оторвал взгляд от детей и глянул на другую сторону поляны, где стояла Моргана. Вокруг нее была магическая завеса, которая составляла единое целое вместе с тем пространством, где находились младшие Артур и Мерлин, и она смотрела на них, как хищник на свою потенциальную жертву. Дети в волшебной сфере тем временем ожили, их лица наполнила путаница, когда они увидели ведьму. Мальчики отскочили назад, когда она начала приближаться к ним, однако пространство шара было ограничено и тем самым исключало их бегство. — Ты должен что-то сделать, она почти добралась до них. — Артур был прав. Моргана подняла руку, и из нее начал появляться мощный магический поток, направленный прямо на мальчиков. Обнажив свой меч, закаленный дыханием дракона, Артур с воинственным воплем побежал к ним. Он взмахнул оружием, но оно отскочило назад, как только наткнулось на магическую сферу. Король отшатнулся и инстинктивно схватился за руку, раненную магией. На всех троих мальчики смотрели с непередаваемым ужасом в глазах, из их горла рвался вопль, но он не мог быть услышан никем, кроме них самих. Мерлин подбежал к Артуру и поднял руку, пытаясь придумать что угодно, чтобы разорвать связь, спасти мальчиков, но ничего не помогало. Он выкрикивал все возможные заклинания, его глаза ежесекундно вспыхивали золотом, но это не производило никакого эффекта. Поток магии, который медленно выливался из рук Морганы, постепенно приближался к двум беззащитным детям. — Она почти добралась до них, — сообщил Артур. — Я ничего не могу сделать. — Ты должен, — проворчал король. — Защити их от нее. Сделай это так же, как ты ставил защиту на нас. — Сила Морганы сейчас слишком могущественна, Артур. Чтобы поставить барьер против нее, необходимо много времени, и, поверь мне, оно измеряется даже не в днях. Даже поставить обычный щит невозможно всего за несколько секунд. — Но это же мы! Она нас убьет, — более спокойно закончил король, хотя его голос по-прежнему был наполнен непередаваемым шоком. — Вот! — вдруг воскликнул Мерлин. — Все же просто. — Отвернувшись от сбитого с толку Артура, он начал черпать магию внутри себя. У него было не более чем несколько секунд. Эмрис указал одной рукой на короля, а другой прикоснулся к своей груди. Тогда он и Артур начали излучать из себя золотой свет. Из их тел будто выходил золотистый пар и направлялся к перепуганным детям. Магия окутывала их в свои объятия, в то время как лицо Морганы вспыхивало гневом. Она переглянулась между прошлыми и нынешними версиями чародея и короля, понимая, что происходит, но все равно не утратила решимости. Прищурившись, ведьма сделала последний рывок, и поток магии, наконец, достиг мальчиков. Одновременно Моргана и Мерлин пустили все свои силы на маленьких детей. Из рук колдуньи лился синий ледяной поток, в то время как волшебство Эмриса было золотистым и создавало перед маленькими Мерлином и Артуром защитный барьер. Такого напряжения ничто не могло выдержать слишком долго. Земля под ними сотрясалась и, в конце концов, пространство вокруг озарила резкая вспышка, подобная взрыву. Магия Морганы обернулось против нее самой, разрушая ее контроль над собой, и атакуя саму колдунью с той силой, с которой она нападала на мальчишек. Мерлину показалось, что его за ноги подняли в воздух и отбросили назад на несколько метров. Сквозь мутную дымку магии Эмрис успел только заметить, как Артур пролетает где-то рядом с ним, а Моргана просто исчезает, крича в агонии. После этого Мерлин уже ничего не осознавал, так как его голова грубо врезалась в первое попавшееся дерево.