Мы все там будем.

Все они куда-то спешили. Врачи мчались к медсестрам, оттуда к пациентам. И так по кругу. Никому не было дела до глупого мальчишки, который бродил по первому этажу, в надежде хоть как-то выбраться на улицу. Уже много времени прошло с того момента, как Джон попал в больницу. Укусы затягивались, пришел аппетит, а вместе с ним хорошее настроение - все указывало на то, что ему пора вернутся назад, в свою привычную нормальную жизнь. К сожалению, выписывать Эгберта пока никто не собирался, и ему приходилось довольствоваться редкими посещениями отца, почти полностью поглощенного работой, а также этими прогулками по больнице. За это бесцельно потраченное время Джон успел познакомиться с некоторыми пациентами, но почти всех их выписывали сразу после нескольких занимательных бесед. Воспоминания о школе все чаще посещали его. Может, там Джон и не был особенно популярен, да и общение с одноклассниками сводилось к паре слов, и к просьбам поделиться учебником, но мальчишка скучал по этому. «Для существования человеку необходима социальная жизнь», - так говорят ученые, их факты, наблюдения, расчеты и опыты. - Разойдитесь! - громко приказал мужчина, распахнув двери. Парочка медсестер испуганно выпучили глаза, увидев несчастную женщину на каталке. Ужасно-бледное лицо, искореженное гримасой боли, напоминало собой маску, автор которой явно трудился над реалистичностью эмоций. Незнакомка истекала кровью - вся ее одежда пропиталась красным, струйка запекшейся крови замерла на ее подбородке. Сердце Джона забилось быстрее. «Она умрет», - тихо заскрежетал голос в его голове, заставляя съежиться от холода, внезапно обвившего его тело. - У нее четвертая положительная, - бросил врач медсестре, терпеливо поджидающей у операционной, - Мы обнаружили водительские права и пробили по базе. - Это очень редкая группа крови! У нас нет так много! - воскликнула женщина. - В таком случае, давайте первую отрицательную. - Нет. Высока вероятность анафилактического шока, - возразила она. - Высока - не значит сто процентов. Без переливания она точно умрет. Я беру на себя ответственность, - медсестру его слова, очевидно, не убедили, и потому мужчина, повысив голос, добавил, - Несите пакеты с первой отрицательной! Сжавшись от тона своего начальника, женщина отправилась выполнять его поручение. Неприятное ощущение до сих пор не отступило. Вот, она еще живая, ее грудь чуть-чуть вздымается от угасающего дыхания, но через час или два… Она умрет? Ничего не изменится в мире, если она вдруг исчезнет. Останется лишь пустота, будто ее и не было вовсе. Осознание этого невероятно угнетало. Неужели так всегда? Люди уходят, а после них ничего не остается. Совсем ничего. Все вокруг торопились. Шли куда-то, не останавливаясь ни на секунду. Джон стоял посреди холла и смотрел на нее, врачей, дефибрилятор, кровь. А потом осталась лишь леденящая тишина. - Ты ее знаешь? – на плечо Эгберта легла рука, - Мне жаль, парень. По пустым коридорам гулял едва уловимый ветерок. Тишину прерывало лишь дыхание двух людей, быстро шагающих в полумраке коридоров. Не было ни малейшего намека на пребывания здесь кого-либо еще, кроме Карката и Терези, возмущенно бормотавшей что-то себе под нос. Девушка была, мягко говоря, не в восторге от того, что им приходится искать кого-то еще. - Карклз, нет никакого смысла тратить время впустую! – ее голос был тверд, и, похоже, Пайроп не собиралась уступать. - Если у тебя, блять, нет друзей, то это твои чертовы проблемы, - воскликнул Вантас, не сбавляя шаг, - Я не собираюсь бросать этого идиота. Тебе, наверное, не понять этого. Интересно, есть ли в нашей гребанной вселенной хотя бы один человек, полноправно являющийся твоим другом?! Она хотела возразить, но в последний момент по неведомой причине передумала. Незрячие глаза на мгновение застыли, уставившись куда-то. Поборов себя, Терези, все-таки, пошла за ним. Ходить в одиночку – не лучшее решение, по крайней мере, при нынешних обстоятельствах. Стоит тебе остаться наедине с собой, как все твои мысли нахлынут сзади, словно огромная волна, утягивая в темную воду. Или что-то похуже. - Ты все равно не найдешь его, - звук трости настиг Карката. Вантас сделал вид, что ничего не слышал. Это было необходимо. Терези все равно не сможет справиться без него, а значит, ничто не мешает продолжить поиски Соллукса. Что заставляло его искать Каптора? Остатки глупой дружбы, которые Каркат пытался хоть как-то поддерживать? Или же это псевдо-героизм? Чем бы ни было это нечто - оно заставляло идти, пытаться сделать хотя бы что-то не для себя. В мире законченных эгоистов - это редкость. Редкие шорохи, странные звуки пугали Карката. Любой шум заставлял его вздрагивать. Оставалось лишь надеяться, что Терези не замечала этого. Она молчала, временами останавливалась, но сразу же нагоняла Вантаса. Больница напоминала собой нескончаемый лабиринт, состоящий из длинных темных коридоров и огромного количества пустых палат. Почему пристанища больных пустовали? На этот вопрос не было ответа. Все люди просто испарились, не оставив после себя никаких зацепок. Это несомненно выглядело подозрительно. Разобраться в этом можно будет и немного позже. Сейчас главная цель - найти Соллукса, а затем и выход. А потом бежать. Не оглядываясь, и надеясь, что тебя никогда не вернут обратно.