На игле

Вот и конец. Хотела, может, что-то побольше, но сил не хватило. Не всё идеально, но в целом, для меня неплохо. С днём рождения, Соф. Дома Альфреда не оказалось. На этот раз Мэтью не смог отыскать его и на улице. Уже совсем отчаявшись, Уильямс увидел записку на столе. Чуть дрожащими руками он взял её и быстро пробежался взглядом по тексту, написанному знакомым корявым почерком. «Мэтью, я подумал, что тебе будет легче без меня, поэтому уехал к друзьям. Не волнуйся, всё будет хорошо. Если что – звони». Уильямс, будто в замедленной съемке, сел в кресло и провел ладонью по лицу. Может, оно и к лучшему... Но как уж тут не волноваться? Особенно, зная его друзей... Мэтью попытался позвонить – абонент был не доступен. Один раз, другой – результатов не было. Пытаясь отвлечься, Уильямс решил посмотреть телевизор, но на месте никак не сиделось. Убираться тоже не получалось, всё валилось из рук, а мысли снова возвращались к Альфреду. Мэтью пытался читать, спать, просто ходил по дому – ничего не помогало. Но время постепенно шло, солнце уже близилось к закату. Немного подумав, Мэтью вновь набрал номер и очень обрадовался, когда пошли длинные гудки. Однако он растерялся, когда услышал приятный женский голос: – Алло? – Здравствуйте, это брат Альфреда Джонса... – На какой-то миг Уильямс даже подумал, что у его брата появилась девушка. – Он сейчас находится в Центральной городской больнице. Не могли бы вы подъехать? Вам всё объяснят на месте, – Девушка положила трубку. Мэтью впал в шок. Альфред в больнице? Что с ним могло произойти? Как во сне, он вышел из дома и, незаметно для себя, добрался до больницы. Подойдя к регистратуре, он спросил у медсестры, где находится его брат. – Так... Альфред Джонс... Поступил в пять часов вечера с сильной черепно-мозговой травмой. Сейчас находится в операционной, – Неожиданно девушка перевела взгляд в сторону. – Офицер, тут брат пострадавшего прибыл! Обернувшись, Мэтью увидел высокого мужчину в стандартной полицейской форме. На нос были надеты очки, за которыми блестели ярко-голубые глаза; из-под полицейской фуражки выбились блондинистые пряди. – Офицер полиции Людвиг Мюллер, – откашлявшись, представился полицейский. – Вы знаете, что произошло? – Совершенно не в курсе, – на удивление спокойно ответил Мэтью. Видимо, представительный полицейский внушал в него уверенности. – К нам поступил сигнал, что в одном из промышленных районов города произошла потасовка. Прибыв на место, мы обнаружили Альфреда Джонса – так было написано в найденной при нем банковской карте. Опросив свидетелей выяснилось, что в этом месте часто торгует один из самых влиятельных наркобаронов города. Видимо, именно наркотики послужили поводом к драке. Мистер Джонс получил многочисленные удары по животу, грудной клетке, но наиболее опасным оказался удар тяжелым предметом по голове. В итоге, как нам известно, сейчас он находится в реанимации с проломленным черепом, – Людвиг говорил медленно и четко, словно готовил эту речь. – Вы знали, что ваш брат – наркоман? Мэтью чуть кивнул и опустил голову. Ох уж этот Альфред, всегда найдет приключений себе. Только не ясно теперь, выкарабкается он на этот раз или нет. Уильямс на ватных ногах дошел до скамейки и сел. Людвиг уже куда-то ушел, оставив его одного со своими переживаниями. Что делать дальше, он не знал. Звонить Артуру? Разбираться, кто его так избил? Попытаться прорваться в операционную? Стукнуться головой о стену, чтобы убедиться, что всё это не сон? Всё так же пошатываясь, Мэтью вышел из больницы. Холодный ночной ветер подул в лицо, немного отрезвляя. С трудом сев в машину, он доехал до дома. Он стоял на пороге, не решаясь зайти внутрь. А зачем? Руки тряслись, когда Уильямс достал телефон и набрал номер. – Иван? Можешь сейчас подъехать? – получив положительный ответ, Мэтью объяснил, как доехать до его дома и, убрав мобильник в карман, сел у двери, поджав к себе колени и прижимаясь щекой к косяку. Брагинский приехал достаточно быстро и, подойдя к Уильямсу, сел рядом с ним. – Я уже в курсе. Я даже могу предположить, кто это сделал. Как только всё уточню, дам наводку полиции, – Иван был как обычно серьезен и тверд. – Я не могу оставаться один. Побудешь со мной? – Мэтью поднял голову и полными слез глазами посмотрел на Ивана. – Хорошо. Сколько понадобится, – Брагинский аккуратно обнял его, и тогда Уильямс смог дать волю своим чувствам. Уткнувшись в плечо Ивана, он тихо всхлипнул, сильнее прижимаясь к Брагинскому. Его била мелкая дрожь, и Иван нежно поглаживал его по спине, пытаясь успокоить. Они сидели так, пока совсем не похолодало, а Мэтью уже успокоился и задремал. Взяв его на руки, Брагинский зашел в дом и отнес Уильямса на кровать. Удостоверившись, что Мэтью крепко спит, Иван ушел, но утром, когда Уильямс проснулся, был уже тут как тут и готовил на кухне завтрак. – Привет, – зевая и шлепая босыми ногами, Мэтью подошел и обнял Ивана со спины. Повернувшись к нему лицом, Брагинский осторожно поцеловал его в щеку и чуть улыбнулся. – Спасибо, что вчера приехал... – Всегда пожалуйста, – Иван обнял Уильямса за талию и нежно поцеловал в губы. Для удобства Брагинский приподнял Мэтью и усадил на кухонную тумбочку. Постепенно невинный поцелуй перешел в более страстный, Иван покусывал чувствительные губы, а Мэтью отзывался на это тихими стонами. Но как только Брагинский попытался спуститься ниже и запустил руки под футболку парня, Уильямс резко его остановил. – Нет. Не сейчас. – Мэтью слишком сильно беспокоил его брат, и развлекаться сейчас с Иваном просто-напросто было бы оскорбительно. И Брагинский это понял, пожав плечами, чмокнул его в лоб и продолжил готовку. Время шло. День за днем Иван и Мэтью жили вместе как старые знакомые или близкие родственники. Они сблизились еще сильнее, но Мэтью всё равно не позволял заходить их поцелуям слишком далеко. Хотя спали они в одной кровати, просто так Уильямсу казалось спокойнее. Однажды, проснувшись посреди ночи, он никого рядом с собой не обнаружил. Потирая сонные глаза, он спустился вниз, но в комнате Ивана не было. Выйдя на улицу, он едва не задел сидящего на крыльце Брагинского. – Не спится? – Мэтью сел рядом и прижался к Ивану – было довольно прохладно. Брагинский слабо улыбнулся и приобнял его за плечи. – Я был у него вчера, – голос Брагинского был как обычно тихим и спокойным. – Меня долго не хотели пускать... – И как он? – Уильямс с надеждой посмотрел в глаза Ивана. – По прежнему. Почти не изменился... Его пришлось побрить налысо, и теперь на голове красуется огромный шрам. Повязку сняли всего пару дней назад. А в целом он выглядит так же серо и нездорово как прежде, – Иван горько усмехнулся и тихо добавил: – всё так же в коме... – А он поправится? – Мэтью слабо вздрогнул и уткнулся Брагинскому в плечо. – Врачи говорят, что теперь всё зависит от него. Если он будет бороться, то непременно справиться, а если нет... – вздохнув, Брагинский достал сигарету и закурил. – Я надеюсь, что он сможет... А что же делать нам? Что дальше? – Мэтью закрыл глаза и глубоко вдохнул. – А что можно делать дальше? Жить, как и прежде. Что бы не случилось, мы должны жить дальше. Вопреки всем неудачам, – Иван глубоко затянулся и выдохнул дым в сторону. Запах табака смешался с морозной свежестью, витавшей в воздухе. С неба падали мелкие белые крупинки. Словно тысячи падающих звезд, они сыпались из черноты и оседали на остывшую грязную землю, покрывая ее тонким белоснежным ковром. Это был первый ноябрьский снег.