Противоположности, как правило, притягиваются

Я очень недовольна количеством отзывов, ребят. Это обидно, когда твой труд не ценят, хотя, вроде бы, много народу читает. Давайте поактивнее, что-ли. И всех с Новым Годом, дорогие :3 Счастья, любви, блаблабла, короче, всех благ ) POV Андрей. Не знаю, когда я понял, что больше так не могу. Толи когда поймал очередной взгляд Макса, толи когда сам заметил, что смотрю на него. В любом случае это могло означать только одно : мне не хватало его. Да, черт возьми! Я скучал по этим губам и шраму на скуле. По идеально ровным зубам, светлым глазам и выпирающим ключицам. По его манере общаться, огрызаясь. В любой другой день я бы ненавидел это, но только не теперь. В тот день, когда Ромыч и Слава уезжали, Павленко странно посмотрел на меня и сказал : "Андрюх, я не знаю, что между вами происходит, но завязывайте. Я бы с радостью, правда. Да вот только Максим со мной согласен не был. Он всячески избегал меня, ухмылялся и усердно скрывал разбитые костяшки. Однажды ночью, я вернулся в комнату, застукав его с бутылкой вискаря. Макс угрюмо посмотрел на меня, сделал еще один глоток из горла, после чего кинул бутылку в стену. Поднялся страшный грохот и звон, виски медленно потекло вниз по стене, а на шум стали сбегаться наши соседи. Послав всех, Морозов буркнул мне что-то оскорбительное и залегся спать. Я еще долго размышлял о том, что же могло так вывести его из себя. Не найдя ничего вразумительнее, чем предположение, что это из-за меня, я успокоился. Вернее, попытался это сделать. Макс как-обычно все испортил. Самый обыкновенный день каникул начался очень даже мило. Проснувшись, я не застал Морозова в комнате, чему был несказанно рад - мне совершенно не хотелось опять играть во всю эту ненависть. Переодевшись и приняв душ, я позавтракал и уныло побрел в библиотеку, надеясь найти там интересную книгу, которая разбавила бы серость моих будних. Зайдя в помещение, я на секунду остановился, негодуя от злости. Какого черта Морозов тут делает?! Как ни странно, Макс сидел с учебником по алгебре в руках, пристально вглядываясь в написанное в задачнике. Я просто опешил от увиденного. Никогда не думал, что Морозов будет заниматься на каникулах! Что за нах? Натянув на лицо безразличную гримасу, я уселся напротив Макса. Не хотелось сидеть с ним рядом, а вот расстояние, на котором мы оказались друг от друга, за счет стола, разделявшего нас, вполне меня устраивало. Я выбрал какую-то заурядную книгу про приключения. Макс поднял на меня хмурый взгляд. Попялившись так секунд пять, он, наконец, отвел от меня глаза, вновь утыкаясь в учебник. Теперь была моя очередь таращиться на него. Его, еще не зажившие губы, были плотно сжаты, а челюсть ходила ходуном. Кажется, я его раздражал. Еще раз взглянув на его губы, мне стало стыдно. Какой же я слабак, раз не могу извиниться, после того, что натворил. С другой стороны, Макс порвал со мной. А наши отношения - было единственным, что нас связывало. Хотелось обманываться, что мы никогда не были друзьями. Так зачем мириться? Я тяжело вздохнул, откладывая книгу в сторону. Совесть все-таки заглушила гордость, и я осторожно заговорил : - Макс.. Тот поморщился и даже не поднял головы. Благо в библиотеке мы были одни, поэтому я мог говорить все, что захочу. - Макс, - снова начал я, пытаясь достучаться до парня. Тот передернул плечами, не обращая на меня внимания. Он все продолжал штудировать учебник, что-то выписывая в тетрадь. В конце-концов я не выдержал и, обогнув стол, уселся на соседний с ним стул. - Макс, - уже громче воскликнул я, хватая Морозова за руку. - Руки убрал! - чуть-ли не прорычал Максим, наконец посмотрев на меня. В его глазах читалось негодование, боль и .. ненависть? Мое сердце ушло глубоко в пятки. Только не это. Нет! Моя ладонь словно прилипла к его кисти, но я поспешил ее убрать, чтобы не распалять Макса еще больше. - Послушай, - вновь заговорил я, но был нагло заткнут приложенным пальцем к моим губам. - Андрей, - как-то немного жалобно сказал Морозов, - оставь меня в покое, пожалуйста. Тебе сложно, что-ли? Жил себе спокойно всю эту неделю, вот и живи дальше. Перестань ебать мне мозги! Заглянув в его глаза, я чуть не грохнулся со стула. Сколько боли и отчаяния было в этом взгляде, тщетно прикрытом злобой на лице. Мне сразу же захотелось обнять Макса, сказать, что все будет хорошо. Каким я был идиотом! У Морозова никого не было рядом, на протяжении всей жизни. Отец? Даже обсуждать нечего. Даша? Ее отбил я. Боже мой. Каждый человек, к которому привязывался Макс - оставлял его. И я не стал исключением. Болван! - Макс.. Макс, послушай меня. Я был не прав, прости меня! Я просто придурок, понимаешь?! Я мудак. Я эгоист. Я..я.. я люблю тебя! Максим безразлично уставился на меня. Внезапно его взгляд стал совершенно непроницаемым. Теперь я увидел вблизи, как замыкается Макс Морозов. - Ты обвинил меня в предательстве, - грозным шепотом, больше напоминавшим шипение, проговорил парень, - ты верил до конца, что я последняя мразь и крыса! Ты верил в это даже после того, как Вика рассказала вам правду. Но вы все такие святые, что не смогли в это поверить, да? - прищурив глаза, выпалил Макс, переходя на повышенные тона. - Вы видимо решили, что это я убил Темку. Что это я был против вас все это время! Что я виноват во всех ваших проблемах?! В глазах Макса заплясали бесенята, а вся та боль, что он сдерживал внутри мощным потоком слов вырвалась наружу. - Ты забыл, что именно ты отбил у меня Дашку?! Забыл, что именно ты приперся в нашу компанию, строя из себя непонятно кого. И ТЫ посмел обвинить меня в предательстве?! ТЫ?! - Морозов кричал в полную мощь, чуть ли не лопаясь от злости. - Ты смеешь говорить мне, что любишь, после всего, что сделал, Авдеев? Знаешь, пошел ты нахуй! - Макс.. но мы же не знали, что тебя шантажировал отец..- слабо подал голос я. - Ах, они не знали! В то время, как я терпел побои от него, унижался, таскал ему улики и выполнял все поручения, лишь бы вы остались живы! А ты в курсе, что Тема погиб из-за меня? А?! Побей меня еще за это. - Что? - ошарашенно выдавил я. - Как это? Почему? - Потому что единственный раз из всех я отказался трахаться с папашей!! Я в шоке открыл рот, не веря своим ушам. Это просто не могло быть правдой. Не могло! Значит Петр не только бил сына, но и насиловал его. А тот терпел все, уничтожая свое внутреннее я, подавляя себя морально, только ради друзей. Макс отвернулся, опустив голову вниз и сжав пальцами переносицу. Я в ужасе понял, что он плачет. С осознанием этого пришла и другая истина. В ту ночь, когда Максим приехал из города, после того, как побывал у отца, Петр изнасиловал его впервые. Зажав рот рукой, чтобы не выдать жалобного стона, я резко подошел к Морозову, обнимая его со спины. - Прости меня! Прости! Прости меня, Макс! Прости.. прости.. пожалуйста.. прости меня! Макс аккуратно снял мои руки со своих плеч, оборачиваясь. На его щеках блестели дорожки слез, которые он поспешно вытер рукавом. В его глазах читалась безграничная любовь, счастье и радость. Это немного удивило меня. Он прикоснулся к моей щеке холодной ладонью, заставляя вздрогнуть. - Андрюша - Андрюша, - за этими ласковыми словами последовал совершенно неожиданный удар в пах, - сука, еще хоть раз приблизишься ко мне - я не то что тебя в живых не оставлю, я тебя уничтожу. И морально и физически. Я поднял взгляд полный боли. Нашел куда бить, зараза! В глазах Морозова не было ничего. Словно он смотрел не на своего бывшего любовника, а на обычный стул, стоящий у него на пути. В этом взгляде я не смог прочесть ни одной эмоции, что вгоняло меня в ступор и непонимание. - Ты думал, я кинусь тебе на шею, расцелую и мы будем жить долго и счастливо? - хищно оскалившись, спросил Макс. - Хуй тебе, дорогой. Я настолько тебя ненавижу, что, кажется, больше некуда. Ты смешал меня с грязью, унизил, заставил страдать. Мучайся теперь чувством вины, говно! И да, - добавил Морозов, собираясь уходить, - только попробуй рассказать кому-нибудь про меня и Петра. Убью. Дверь громко хлопая, оповещая меня о моем одиночестве. Я поморщился, рухнув на пол. Пах до сих пор ныл, а сердце готово было разорваться. Не верилось, что это - мой Макс.