Алекситимия

Утро для Мино становится настоящим откровением, подобно метафоричным религиозным притчам, понуждая сделать его несколько жизненно-важных выводов. Вывод первый: алкоголь – зло. Вывод второй: больничный персонал очень не любит нетрезвых настойчивых пиар-менеджеров, топающих ногами и требующих списки претендентов на донорство часа в три-четыре ночи. Вывод третий: вступать в неравную схватку за правое дело с охраной – идея, мягко говоря, провальная на этапе самого ее возникновения. Вывод четвертый: магическая сила пламенной харизмы Мино совершенно не действует на суровых служителей порядка в форме. Вывод пятый: получить необходимую информацию не получится. По крайней мере, честным путем – точно. На отметке «пять» начинающий-алкоголик-юрист решает пока остановиться, дабы не терзать мутную с похмелья голову и побыстрее прийти в себя. Он медленно поднимается с кровати, щурясь от слишком яркого света из окна и пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чем-то. Когда на очередной попытке пресловутое «что-то» так и не обнаруживается, Мино лишь сдавленно стонет и неровной походкой плетется на кухню. - Доброе утро, – тут же салютует ему на зависть бодрый Чанмин, даже не отрываясь от экрана ноутбука, тщательно что-то просматривая. – Кофе? - Утро. Кофе, – соглашается Мино с обоими вариантами, протирая глаза, и бросает взгляд на пестреющий на экране лаптопа программный код. – Это что? Улыбка Макса не предвещает ничего хорошего и почти такая же яркая, как утреннее солнце. Чанмин в какие-то доли секунд встает со своего места, наливает ароматного эспрессо из кофеварки и протягивает кружку с ароматным напитком другу, возвращаясь к просмотру бегающих по экрану строк. - Это, уважаемый, наше спасение. И решение всех проблем. Мино честно пытается разглядеть в мелькающем коде нечто хоть отдаленно напоминающее упомянутое «спасение» с пару минут, но наталкивается лишь на набор английских символов и знаков. - А… – только и удается вымолвить ему. – Понятно. Все, что хоть как-то связано с компьютерами всегда останется для Мино чем-то вроде проделок иллюзионистов – он все видит, но понять не может вообще ничего, начиная от процесса в целом и заканчивая самим смыслом существования данного «искусства» в частности. - Ясно, – сипло произносит он, присаживаясь рядом с Чанмином. - Ни черта тебе не ясно, – заключает наблюдающий за ним Макс. – Помнишь, я еще в колледже написал вирус, который разлезся по всей университетской сети, и клятвенно пообещал больше этого не делать? Мино лишь кивает в ответ, понимая, что лучше промолчать и спокойно пить спасительный кофе. - Так вот это решение отменяется, – Чанмин как-то совсем недобро смеется и продолжает. – Я нашел его изначальную версию и кое-что изменил. Если ты помнишь, он снимал с системы все запреты на удаленный доступ и управление, полностью передавая власть в руки своего создателя, то есть меня. Тогда я и сам был не в курсе, зачем мне это. Особенно, когда мой компьютер не выдержал многочисленных подключений ко всем устройствам в радиусе досягаемости сети wi-fi и героически погиб на поле кибер-боя. Но теперь это просто то, что доктор прописал. Радостно улыбаясь, Макс поворачивается к озадаченному другу и кладет тому руку на плечо. - С его помощью я получу доступ к компьютеру регистратуры, не вызывая подозрений и выкачивая всю необходимую информацию. И ты мне в этом поможешь, дружище, – Чанмин припечатывает свое решение хлопком по многострадальному плечу друга. – Провернув такую аферу, мы выйдем сухими из воды и с полными карманами нужной информации. Осталось лишь придумать кодовую фразу, по которой вирус осуществит высокопарную церемонию по передаче в мои руки бразд правления. Мино замирает в недоумении и пару минут лишь смотрит на Чанмина, пытаясь сложить в единое целое понятия «компьютеры», «афера» и «Мино». «Рекурсия», – мысленно ставит диагноз Макс и морщится: - Ладно, забудь про фразу. Сделаю системный запрос на какое-нибудь добавление флеш-карты с вирусом в список системных устройств. Все, что от тебя потребуется, – отвлечь внимание, заставить медсестру подключить накопитель к компьютеру и нажать пару кнопок, – Мин пожимает плечами и улыбается. – Крайне просто. - А… – наконец выдавливает из себя Мино и тут же отрицательно машет головой. – Я не согласен. Это же противозаконно. И нечестно. И вообще против всех возможных моральных принципов. К тому же... - Откажешься, и я выложу в сеть твои детские фотографии в платьях моей сестры и с экстравагантным макияжем на лице, – Чанмин перебивает его с самодовольной улыбкой на губах. И получив в ответ обреченных вздох, Мин улыбается еще шире. «Все получится», в который раз повторяет он про себя и приступает к «препарированию» тела вируса.