Ломая, не сломайся сам.

Глава перезалита в связи с появлением беты. Белые хлопья снега медленно ложатся на землю. Ветер легонько, словно баюкая, поднимает их ввысь и уносит дальше, в небо. Завораживающее зрелище. Никки всегда любил снег. Само чудо природы. Белоснежные вихри и снежные бури. - Никки, заходи домой, простудишься ведь.- Хриплый голос позвал назад. - Да, бабуль, подожди немного. Легко поймав снежинку языком, омега развернулся и пошел в дом. Две недели прошло. Здесь, в деревне, время течет медленно, замирая и балуя свежим воздухом и прекрасным ночным небом. Но Никки не мог найти себе места. Слишком больно. Он долго и с решимостью все обдумывал. С каждой мыслью приходило понимание. Оно душило его. Неужели истинные - это всего лишь сказка? Всего лишь люди идеально подходящие друг другу душой, мыслями и телом. Тогда почему у него все наоборот? Да, он позорно сбежал, когда понял, что это слишком больно, видеть того, кого желаешь и любишь, с другим. Их переплетенные пальцы, прикосновения. Кай никогда так не касался его. Тяжело вздохнув, Никки поднялся с кровати. Отдых отдыхом, но школу долго пропускать он не мог. Собрав вещи назад в рюкзак, парень пошел на кухню, откуда доносилась старая музыка и запах свежей выпечки. - Ба, мне пора. Старая женщина улыбнулась, погладила по голове так похожего на ее внучатую племянницу мальчика. Ее звали Карме, бабушку Никки в смысле. Женщина с тяжелой судьбой. И это судьба обрекла ее на слепоту. Довольно сложно прожить так долго в мире, полном тьмы и неясных воображаемых образах. - Уже? Мальчик мой, ты хоть звони иногда. Радуй моё старое сердце планово, а не как сейчас. Будто снег на голову! .- рассмеявшись тяжелым скрипучим смехом, Карме обняла внука.- Приезжай ко мне почаще. Я так редко вижу тебя. Распрощавшись с женщиной, Никки поспешил на автобус. *** Казалось, никто и не заметил отсутствия омеги. Эта рыжая Кира все так же продолжала собирать сплетни, а красивый омега Марк все так же игнорировал альф. На стол опустился рюкзак. Никки не стал даже голову поднимать. Запах хвои бил в нос. Соломон. - Где ты был?- четко чеканя слова, произнес альфа. Омега медленно поднял взгляд, встречаясь с насыщенными аметистовыми глазами. Как же надоело! Сил на сопротивление не осталось, поэтому омега решил не протестовать. - Ездил кое-куда. - Куда же?- еле сдерживаемая злость то и дело проскальзывала в голосе альфы. - Насколько я знаю, родственников у тебя нет. - Плохо знаешь. Что-то ещё? Соломон оторопел. Этот омега вернулся другим, раньше он и головы не поднимал, а в глаза смотреть тем более боялся. Где его носило?! И с кем? - Никки, пойдем поговорим?- смягчив голос, попросил блондин. - О чём ? Ответить альфа не успел, в класс зашли Кай и Рафаэль. Родной запах пары ударил в нос, но Никки покрепче стиснул зубы и опустил голову. В запахе были посторонние нотки. Омега ненавидел их всех. - О, беглая мышь вернулась.- Кай медленно подошел к парте омеги. Схватив за подбородок, он медленно поднимал лицо омеги.- Мы думали, ты сбежал от нас. Уже надеялись, больше не увидим тебя. Ласково поглаживая щеку омеги, альфа наклонился ближе. - Не думал, что она слепа. А готовит просто потрясающе. Омега дернулся, пытаясь уйти от прикосновения. Но Кай намотал черные волосы омеги на кулак, больно их дёрнув. - Кай, какого ты творишь?- Соломон перехватил руку альфы. Все еще смотря в глаза своей истинной пары, Кай угрожающе прошипел: - Тебе какое дело? Так нравится оберегать хрупких жертв? - Если так, то что? Отпусти, ему больно!- сильнее сжав руку, Соломон пытался освободить омегу. *** POV Никки. Почему опять больно? Длинные пальцы цепко держат волосы. Больно. Приказываю себе не плакать. Даже не морщиться. В кабинете мертвая тишина, только воздух почти искрится от напряжения. Соломон с бешенством в глазах смотрит на Кая, а тот в свою очередь пристально смотрит в мои. В его глазах не злость. Нет. Как-будто скрытая печаль. - Кай, милый, отпусти его,- белая ладонь, резко констатирует с более смуглой ладонью моего альфы. Этот омега. Ненавижу…. Кай резко отталкивает меня и поворачивается к нему. Рафаэль целует медленно, словно дразнит. И я чувствую, как гнев Кая испаряется. - Твой брат вмешивается, куда не надо,- поглаживая по голове омегу-куклу, он оборачивается ко мне. - Не нужно защищать такую падаль, они недостойны этого. - Соломон, ты слышал,- требовательный голос омеги очаровывает. Ему бы в певцы податься. Я поднимаю взгляд на Соломона и замираю. Он как змея, загипнотизированный взглядом своего брата, медленно кивает и отходит от парты. *** Когда звонит телефон, на часах уже за полночь.