Нам Тэхён

В клубе душно и накурено, зато замечательная акустика и огромный поток энергии. Намтэ здесь свой. Он направляет эту энергию в нужное ему русло, вызывая всплески эмоций, миксуя музыку, вплетая мелодии, внедряя басы и зажигая электронику. Намтэ диджеит, Намтэ здесь король и правит толпой дергающихся в эпилептическом припадке на танцполе потных тел. Он щекочет их нервы, уносит их из реальности туда, где они могут быть самими собой, или думать, что это они сами и есть, в большинстве своем плохо владеющие своими телами и еще больше плохо владеющие головой. Иногда Намтэ настолько поглощается созданием музыки, что чуть ли не сливается с ней, не уходит туда же, куда завёл толпу. Но врождённая гордость берёт верх - он сильнее своей музыки, сильнее своего детища и не пойдёт у него на поводу. Намтэ не тот родитель, который будет баловать, он будет воспитывать и держать под контролем каким угодно способом. На диджея мало кто смотрит, и Намтэ привык оставаться без особого внимания, довольствуясь повышенным интересом к своей музыке. Но все они упускали возможность восхититься красотой Намтэ. Высокий худой парень вполне мог стать моделью и не только подиумной, если бы не любил так нежно свою музыку. У него был удивительный разлет бровей, как будто он кому-то сочувствует или переживает, и это делало его кукольно-фарфоровое лицо по-детски наивным, до невозможности смягчая колкий и цепкий взгляд. Густые, длинные волосы выгодно подчеркивали чуть ли не идеальный овал лица, делая Намтэ похожим на сказочную нимфу. Но Намтэ носил капюшон, стараясь не привлекать излишнего внимания к своей персоне. Сегодняшний вечер был исключением: от Намтэ не отлипала пара внимательных глаз, что порядком раздражало молодого парня. Он пристально разглядывал толпу, и всё-таки заметил наглеца. Ловкий парень в кепке действительно хорошо танцевал, но постоянно пялился на диджея. И тогда Намтэ решил поиграть и разрушить стройный и хорошо удающийся танец. Он включал нереально быстрые биты, а потом адово медленные, еле слышные. Миксовал резко и практически без переходов. Остальные не поймут, остальным нравится такая перемена, музыка, под которую невозможно танцевать - они по сути и не умеют. А вот дрыгать конечностями самое то. Но парнишка и не думал сдаваться. Он следовал за Намтэ, но следовал осознанно и, вместо того, чтобы портить танец, только улучшал его, при этом не прекращая смотреть на диджея. Однако через пару треков он пропал и Намтэ его больше не видел, но неприятное ощущение чужого взгляда на себе всё-таки осталось. В четыре утра Намтэ меняет другой диджей. Это ещё не конец ночи, но и уже и не самый разгар - идеальное время для побега. Нимфа снимает наушники и выходит из-за пульта. Но только-только спустившись, натыкается животом на бутылку воды зажатой в чьей-то протянутой руке. Намтэ поднимает глаза: так и есть, та самая кепка, тот же хитрый прищур и до мерзости солнечная улыбка. Смысл отказываться? Диджею Наму очень хотелось пить. Он берёт бутылку, открывает её и разом выпивает. Потом смотрит на внезапного благодетеля и кивает ему в знак благодарности. Бутылку он выкинет сам, поэтому просто идёт дальше и если его схватят в попытке удержать, он просто убежит. Но его не хватают, а явно плетутся за ним, ибо Намтэ продолжает чувствовать этот взгляд на себе. Он доходит до гардероба, берёт свою куртку, накидывает её и, не застёгивая, выходит на улицу, делает один шаг из дверного проёма и разворачивается. Кто бы сомневался. Прямо в затылок дышит. - Что? - Тебя подвезти? - Я парень. - Без разницы. Смысл отказываться? Намтэ и солнечный паренёк едут в автомобиле. И, несмотря на то, что Намтэ назвал адрес, ему совершенно плевать на то, куда его везут. - Что это была за музыка? - полюбопытствовал парень. - Никогда не слышал, чтобы в клубах крутили такую сложную. Намтэ лишь усмехнулся. - Ты всё равно справился. - Так это из-за меня? Правда что ли? - такие узкие глаза, оказывается, могут округляться. - Зачем смотрел? - Я всегда на диджеев смотрю. - Работать только мешаешь. - Извини, больше не буду, - слишком легко согласился. Пытается быть дружелюбным? - И подвозишь всех? - Неет, - добродушное лицо залила краска. - Ты... интересный. - Из-за музыки? Или внешности? - Намтэ снимает с себя капюшон и заглядывает водителю в глаза, но тот отводит взгляд, стараясь следить за дорогой. - Пятьдесят на пятьдесят. - То есть всё-таки тебе нравятся парни. - Мне нравятся люди. А тебе? - А мне нравится музыка. - И всё? - А что? Хочешь мне понравиться? - Хочу. - Ты мне нравишься. - Правда? - Сам решай. Паренёк удачно паркуется. - Меня зовут Ли Сынхун, - пара внимательных глаз всматривается в равнодушное лицо Намтэ, ожидая ответа. - Нам. - Только фамилия? - Пока достаточно. - Что я должен сделать, чтобы узнать твоё имя целиком? - Понравиться мне ещё больше. - Как? Намтэ оценивающе посмотрел на паренька и усмехнулся. - Догадайся. Сынхун сощурил и без того узкие глаза и всматривался в Намтэ, стараясь понять, чего же тот хочет. Затем сдвинул козырёк кепки на бок, приблизился к парню, развернул его лицом к себе, схватив за подбородок и практически невесомо прикоснулся своими губами к его. - Так? - тихо спросил он отстранившись. - Кто знает? – Намтэ снова усмехается и отстёгивает свой ремень безопасности. В полутьме лицо нимфы волшебно притягательно, прикоснувшись один раз к мягким сухим губам Намтэ, не встретив никакого сопротивления, сложно удержаться, чтобы не повторить манёвр. Сынхун нашаривает одной рукой кнопку водительского ремня, второй ныряет под куртку Намтэ, проводит по животу, обнимает за талию, и целует теперь уже жадно, страстно и порывисто. Вы когда-либо кому-нибудь нравились? Осознание этого факта льстит, и пустое сердце Намтэ хочет поиграть с наивным солнышком. Тем более он уже долгое время не ощущал тепла чужого тела. Достаточно долго для того чтобы отдаться совершенно незнакомому парню прямо здесь, в машине. Смысл отказываться? Но такой порыв пугает и раздражает. Намтэ кусается, чуть отстраняется и шипит: «Будь мягче». Сынхун готов на любое условие и сбавляет темп, снова едва касаясь полураскрытых губ столь соблазнительного диджея. Тогда Намтэ закидывает вытянутые руки на плечи Сынхуна и наслаждается, изредка лениво отвечая на ласку, дразня непослушным язычком дрожащие от желания губы. В машине невероятно тесно, тело затекает слишком быстро и невозможно целоваться долго, сидя полубоком. Первым не выдерживает Сынхун: - Пойдём к тебе? – шепчет он, неохотно отстраняясь. - Нельзя, я не один. - У тебя есть кто-то? – хмурится кандидат в любовники. - Он просто друг. Продолжим или мне уйти? - Ты не боишься, что нас увидят? - Конечно, вокруг так много людей в пять утра, мечтающих поглазеть на нас. - Тогда давай опустим твоё кресло. Теперь Намтэ лежит на спине, а сверху над ним нависает Сынхун, опираясь рукой о заднее сидение. Намтэ нравится когда целуют его шею, медленно перемещая поцелуи от подбородка до ямочки между ключицами, нравится, когда шаловливая рука нежно гладит под толстовкой его живот, нравится видеть возбужденный блеск в глазах и ощущать, что его хотят. Намтэ нравится получать удовольствие. Поэтому он совершенно не против лишиться куртки, и сам снимает толстовку, подставляя свое изящное тело под беспорядочные поцелуи не контролирующего себя Сынхуна. В машине неудобно и тесно, но разве это имеет значение, когда два тела находят общий язык, когда так хорошо и приятно? Намтэ расстёгивает джинсы Сынхуна и проводит рукой по напряженной плоти. Избавиться от штанов не составляет труда и так же легко находится в кармане перестраховочный презерватив. Намтэ отдаёт его Сынхуну, а тот послушно надевает его на себя и закидывает ноги любовника себе на плечи. У них нет смазки, и Сынхуну приходится очень долго растягивать Намтэ, хотя это и ненамного избавляет его от лишней боли. Сынхун входит медленно и осторожно, проталкиваясь с трудом. Обычно Намтэ нравится самому сверху насаживаться на член, но в машине это слишком сложно, да и практически на сухую нереально, поэтому он мирится с непривычной позой и терпит боль, сжимая тонкие губы. Несколько детское лицо Намтэ прекрасно и Сынхун целует его, побуждая слегка отвлечься и расслабиться. Боль понемногу уходит, но с первым толчком возвращается и Намтэ негромко вскрикивает. - Не останавливайся, - немного хрипло произносит Намтэ, когда обеспокоенный Сынхун прекращает толкаться, и тот возобновляет свои действия, двигаясь поначалу медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Сынхун старается найти нужный угол и всё-таки находит его. Теперь Намтэ хорошо, очень хорошо и он выгибается навстречу, пытается двигаться сам и сладко постанывает от наслаждения, сводя этим Сынхуна с ума. Через некоторое время Сынхун кончает и начинает дрочить член Намтэ, целуя, посасывая и покусывая его сосок. Удовольствие от этого достигает своего пика и Намтэ кончает прямо в руку Сынхуну. Затем он слегка приподнимается и нежно целует своего любовника, как бы в благодарность за секс. Ничего больше не хочется, никуда не хочется, тело расслаблено так, что вот бы уснуть прямо здесь, но здесь дико неудобно и надо идти домой, ведь через несколько часов у Намтэ особо важные дела. Салфетки оказываются в бардачке. Искать одежду непросто, одеваться ещё сложнее и Намтэ готов поклясться, что потерял один из браслетов с руки, но не помнит какой именно. - Спасибо за поездку, - говорит он Сынхуну, чмокает его в щёчку и открывает дверь, собираясь выйти и впуская холодный воздух. - Нам, скажи своё имя. Намтэ улыбается. - Ты не догадался, - и выходит из автомобиля. Снег хрустит под ногами, ночное столичное небо не радует звёздами. Хочется поскорее домой, безбожно хочется спать. Он не сказал Сынхуну главного: это был последний день в том клубе, и у них практически нет шансов встретиться снова, если только он и через две недели не будет караулить его в этом районе. Намтэ не любит навязчивых парней. Дверь его подъезда открывается и оттуда выходит паренёк невысокого роста в сером пуховике с капюшоном. - Хён? – Нам слишком хорошо знает этого парня. – У тебя опять бессонница? - Тэхённи? Ты с работы? Я подышать вышел. Побудешь со мной? - Хён… не сегодня. Если я останусь, усну прямо здесь и замёрзну. А мне завтра лететь. Но я рад, что встретил тебя перед поездкой. До встречи через две недели? – неожиданно мягко улыбается Тэхён. - До встречи! Счастливого пути. Не забудь сфотографировать токийскую башню! – лучезарно улыбается в ответ добродушный парень. - Конечно. Спокойной ночи. - Доброго утра. И Тэхён наконец-таки уходит в свою квартиру.