Свет в конце тоннеля

- Сволочь, что же ты себе позволяешь? - разъяренный Тоджин ворвался в холл, в мгновение ока оценил ситуацию, подбежал к Эйнару Харту и точным ударом в челюсть сбил его с ног, оттолкнув от лежащего на диване бледного омеги. - Я ведь предупреждал тебя, чтобы не лез к Кэри со своими домогательствами! Мало того, что по твоей милости он стал таким ранимым, так и теперь ты не можешь смириться с тем, что он больше не любит тебя, и упорно пытаешься вернуть, не считаясь ни с чем, кроме своих желаний? Да ты хоть можешь себе представить, что он перенес из-за твоей чудовищной жестокости?! Сколько ночей он не спал, мучаясь кошмарами, как дрожал от панического ужаса от одного только запаха любого альфы, какие боли терзали его, разрывая на части, с какими мучительными усилиями он пытался вернуться к нормальной жизни, но так и не смог этого сделать до сих пор? Что вынес он за первый год после трагедии, как тяжело проходила его беременность? - Беременность? - вытаращил глаза сидящий на полу Харт. Из рассеченной губы на подбородок струйкой стекала кровь, но он не делал даже попыток стереть ее. - Ты хочешь сказать, что Кэри... - Вот сволочь, заставил проговориться! - Тоджин в сердцах пнул альфу ногой и презрительно сплюнул. - Хотя мог бы и сам узнать, если бы хотел, а раз пребываешь в неведении, значит, не больно-то тебе это и надо! Мерзкий эгоист, ты подумал о чувствах Кэри хоть на мгновение, когда затаскивал в этот вагончик, или свое собственное эго у тебя превыше всего? Подумал, какие усилия он прикладывает, общаясь с людьми вообще, а с альфами тем более, представил, как ему сложно находиться рядом с тобой, да еще и терпеть бесцеремонные прикосновения? Да что может думать такой эгоист, как ты, что может понять или почувствовать? Что ты с ним сделал, гад ползучий, какое имел право увозить его в такой тесной кабинке, где все наверняка сразу же провоняло твоим мерзким запахом? Если узнаю, что с поцелуями лез или еще с какой глупостью... - он резко остановился, глубоко вздохнул, успокаивая собственную ярость и повернулся к Кэри. Лицо его на глазах изменилось, черты смягчились и губы тронула ласковая улыбка. Он бережно, словно к хрупкому хрусталю, прикоснулся к запястью омеги и посчитал пульс, потом вынул из кармана какой-то тонкий флакончик, отвинтил крышечку и несколько раз быстро провел им перед носом Кэри, с радостью отмечая реакцию последнего на резкий пряный запах содержимого. - Кэри, - тихо позвал он, опускаясь перед диваном на колени, - Кэри, братишка, ты слышишь меня? Это я, Тоджин, - он легонько щелкнул его по носу двумя пальцами, немного подождал и повторил движение. Веки омеги дрогнули, дыхание стало выравниваться, и он открыл, наконец, глаза, вглядываясь в лицо близко склонившегося над ним помощника. - Тоджи? - с усилием шевеля губами, выдохнул он. - Где это я? - Все хорошо, еще немного полежи. Я дотронусь, ты не пугайся, ладно? - он повернул его голову набок и чуть выше приподнял ноги, подложив под них еще одну подушку. - Хоть первую помощь сумел правильно оказать, гад, и на том спасибо, - пробурчал он в сторону Харта. - Где тут переход на другую сторону, чтобы вернуться на башню, господин Лэйн? - Я покажу, - с готовностью откликнулся секьюрити, - надо спуститься вниз и перейти в левое крыло. Там лифт, как раз выходит на посадочную площадку. - Отлично. Кэри, мы возвращаемся, можешь идти? В городе ты отдохнешь, все будет в порядке, - он быстро побрызгал на себя приятно пахнувшим дезодорантом, потом бережно обнял омегу за плечи и оглянулся на Дэнила, - показывайте дорогу, господин Лэйн. - Постой... - вслед ему прохрипел Эйнар. - Кто... родился у Кэри? Ребенок ... он здоров? С ним все в порядке? - Почему я должен рассказывать это такому, как ты? - презрительно хмыкнул Тоджин. - Поройся в интернете, если любопытство разыгралось, но не строй никаких иллюзий на свой счет, тебе все равно нет места в нашей семье! - Но разве же я не могу хотя бы попытаться все исправить? - Исправить, тварь? Разве такое можно исправить? - глаза парня жгли Эйнара, не давая пощады. - Я вырос на улице и знаю законы дна жизни, я испытал их на собственной шкуре. Там грязно и мерзко, но даже на самом низу есть свой кодекс чести и правила поведения, и даже там не жалуют насильников, набрасывающихся на невинные жертвы, считая их маньяками. А ты... выросший в роскоши и вседозволенности, ты оказался во сто крат хуже бандита! Пусть Кэри был и виноват перед тобой, но разве заслужил он такого самосуда? Я не хочу с тобой больше разговаривать, я не хочу тебя видеть! Немедленно разорвал бы с тобой все контракты, но, к сожалению, не мне это решать. Сейчас мы уходим, а ты подумай над своей жизнью, и не звони нам, Кэри сам с тобой свяжется, если сочтет нужным! Эйнар Харт Они уходили, а я мог лишь беспомощно смотреть им вслед - жалкий раздавленный дождевой червяк, которого даже пожалеть было не за что. Мой лучший друг и компаньон Дэнил Лэйн бросил на меня укоризненный взгляд и тоже ушел вместе с ними, а я остался, не в силах подняться с пола и плеснуть себе в бокал немного виски... У Кэри есть сын. Наш сын, он есть у него, мальчик уже вырос и ему сейчас четыре годика, я понял это и без отповеди Тоджина. Он все-таки чудом остался цел, он родился, но все омеги в мире сговорились против меня в лице того врача в больнице неотложной помощи, который сказал мне, как выплюнул словами в лицо, что малыш не выжил... Я отдал бандитам Аки своего беременного возлюбленного, будущего отца своего сына, сказав, что его надо наказать, но что я имел ввиду, когда поступал так жестоко? Напрягая мозги, я мучительно вспоминал, словно это могло помочь мне уменьшить свою давнюю вину перед Кэри и спасти меня от мук совести... "Сегодня у вас выходной, парни, вот вам вино и закуска, и красавчик омежка в придачу. Можете делать с ним все, что хотите, но пусть он останется жить, чтобы долго и мучительно вспоминать плоды своего гнусного предательства. Давайте, устройте ему веселенький вечер, а я жду от вас отменного зрелища!" - собственные слова всплыли в памяти, словно это было только вчера, и никаких оправданий не осталось - я вполне осознанно дал им понять, что любые действия с их стороны останутся безнаказанными... Дэн прав, у меня нет с Кэри никаких шансов, я должен сдаться и оставить его в покое, как ни горько сейчас это осознавать. Я упустил свое счастье, и даже родного сына не суждено мне обнять и прижать к груди, он вырастет без меня и никогда не узнает о том, кто же его родитель. Кэри не скажет ему ничего про меня, или придумает какую-нибудь спасительную ложь, и это правильно, я заслужил эту кару небесную, так мне и надо. Я жалок. Я слаб. Я недостоин счастья. Со стоном поднявшись, я добрался до небольшого бара и плеснул-таки спасительную порцию спиртного. Обычно я не позволял себе и этого лекарства, но сегодня чаша страданий переполнилась, и терпеть было невозможно. В комнате еще витал слабый запах моего омеги, и я ткнулся лицом в диванную подушку, упиваясь им, этим влекущим запахом, еще больше наказывая себя за безволие. Я эгоист. Сейчас, в эти самые минуты, когда по моей вине Кэри было так плохо, я снова захлебывался своей личной драмой, не думая о том, насколько глубока его психологическая травма, что он потерял сознание от простого прикосновения моей руки. Я лишил его радостей жизни; надолго, а то и навсегда заставил отказаться от счастья любить и быть любимым. Я обрек его на существование во мраке, отправил в путь по темноте, не дав с собой спасительного фонаря, я все отнял у него, в том числе и веру в доброту и справедливость. Виски обожгло горло, но не принесло спасения от собственных бесов. По лицу текли слезы, но мне было все безразлично, ибо более жалкого зрелища, какое я представлял в эти минуты, представить себе было трудно. - Ты ненормальный, Эйнар, - вернувшийся Дэн молча подал мне свой платок, - даже я не ожидал от тебя такой глупой выходки. Ты понимаешь, что если и был у тебя мизерный шанс на его доверие, то сегодня ты упустил и его, и теперь этот парень даже близко к тебе не подойдет. Что ты с ним такое сделал, что он упал в обморок? - Ничего... просто взял за руку... - Дурак. Ты настоящий дурак, Эйни. Нетерпеливый и эгоистичный. Если ты хотел помириться с ним, разве так надо было себя вести? Ты должен был проявить больше терпения, а не утаскивать его силой в маленький вагончик, из которого он не имел выхода. Эта ситуация и повлияла на Кэри так пагубно, любой бы понял его, даже не будучи психологом. Невозможность убежать, зависимость от другого, более сильного человека, неизбежно порождает страх и панику, а тем более в таком ранимом и неуравновешенном человеке, как Кэри. А ты еще и прикоснулся к нему! Чем ты вообще думал, начисто отключив мозги? - Что мне теперь делать, Дэнил? - У вас нет будущего, Эйнар. Ты понимаешь это, просто не хочешь признать. Смирись и отступи, общайся с ним строго по его правилам. Только работа и ничего больше. Скажу еще: даже если бы вдруг случилось чудо и он принял тебя, забыть он все равно не сможет, и тот вечер всегда будет стоять между вами, не давая возможности быть вместе. Даже будучи рядом, вы все равно были бы одиноки. - Но у нас есть сын, Дэни... Как быть с этим? - Два сына, Эйнар. У Кэри Мэйсона два сына, близнецы. - Что?.. Близнецы?.. Ты знал об этом! Но почему не сказал? - Не хотел добавлять тебе боли. А кроме того, этот молодой альфа Тоджин прав, если бы ты и впрямь интересовался жизнью Кэри, давно бы узнал сам. В интернете сведения о нем хоть и скудные, но даже там есть упоминание о детях. Пойдем, Эйнар, ты же не хочешь застрять здесь до утра. Канатную дорогу скоро отключат, и мы не сможем вернуться. - Как Кэри чувствует себя? Ты благополучно их отправил? - Он полностью пришел в себя. С таким телохранителем он в безопасности. Не беспокойся и не трогай его в ближайшее время. Я завтра наведаюсь на Хрустальную виллу. *** Весь следующий день я не отходил от телефона, хотя совсем не надеялся, что Кэри позвонит. Вечером зашел Дэнил, сочувственно покосился на меня и рассказал, что весь день провел с нашими гостями в развлекательном центре. Кэри сделал много фотографий, завтра намерен продолжить работу, с тем, чтобы как можно быстрее вернутся в Винглоу. Со мной встречаться он больше не собирается и попросил меня также не искать поводов для встреч. Работу обещал выполнить в минимальные сроки, все проекты перешлет по интернету. На этом все. "Кэри, прости. Не уезжай, не попрощавшись, пожалуйста. Позволь хотя бы проводить тебя в аэропорт". Ответа на смс не пришло, и я потерял надежду. Не смея показываться на глаза моему любимому, я тайно пробрался на побережье, как вор украдкой любуясь его стройной фигуркой, когда они втроем ходили по корпусам и развлекательным объектам. Так больно мне еще никогда не было. Видеть его хотелось до одурения, и не просто видеть, но говорить с ним, чувствовать его рядом, встречать улыбку, сиянье больших глаз, смеяться и шутить вместе, просто наслаждаться его присутствием, но всего этого я был лишен, причем бессрочно... Набрал Дэнила: "Спроси, когда он уезжает?" "Во вторник днем, билеты забронированы", - пришел ответ. Во вторник днем. Во вторник... Это послезавтра. Он улетит, а я останусь здесь. Мы больше не увидимся, и я должен смириться с этим. Он не простит и не пойдет навстречу, наше примирение невозможно. Делать новые попытки вымолить прощение бессмысленно, давить на него глупо, а наблюдать, как он падает в обморок от моих прикосновений, мучительно больно... "Ты проводи их, Дэн, пожалуйста. Мне будет так спокойнее". "Конечно, Эйни, не вопрос". *** Весь вторник я не находил себе места, какое-то предчувствие томило душу, зажав сердце в клещи тревоги. Звонок Дэнила пригвоздил к месту, я резким рывком снял трубку, жадно вслушиваясь в знакомый голос, но то, что он сказал, повергло меня в шок. - Они не улетели, Эйнар! - в голосе друга слышались несвойственные ему нотки панического ужаса. - Кэри похитили и требуют выкупа, очень большую сумму! Тоджин вне себя от беспокойства, рвет и мечет, винит себя в том, что не уследил за своим другом! - Как это случилось, Дэни?! - чувствуя, как все вокруг темнеет и мир рушится, вне себя от волнения, сдавленно выдавил я. - Кто его похитил? Кто этот мерзавец, что на такое решился? - Его старший брат. Он вызвал его вчера вечером в бар отеля. Сказал, что хочет поговорить. Тоджин как раз ненадолго отлучился в главный корпус, и Кэри ушел без него, оставив записку. Но когда Тоджин прибежал в бар, Кэри там уже не было, а через час ему позвонили и поставили условия. Два миллиона евро к завтрашнему вечеру или братик отдаст Кэри своим дружкам... - Скажи Тоджину, пусть не волнуется, я соберу деньги. Сейчас главное - выручить Кэри, а уж потом мы достанем этого мерзкого братика, безнаказанным он не останется! Я лично позабочусь об этом! Мысль о том, что Кэри, с его-то фобией, сейчас находится в руках злодеев, сводила с ума. Что он чувствует, наверняка дрожит и паникует на грани истерики, а может снова потерял сознание от страха перед альфами? О, нет, еще целые сутки впереди, и как могут сказаться на его слабой психике эти томительные часы ожидания? А если они не выполнят условий сделки и что-нибудь сделают с ним? Я метался словно раненый зверь, в бешенстве от собственного бессилия, безумно переживая за любимого человека. Деньги не проблема, главное поскорее вернуть Кэри. Боже, что за роковые стечения обстоятельств, преследующие мальчика сплошной чередой испытаний? Только бы он не сломался, не потерял рассудок, остался цел и невредим, а уж этого мерзавца я не пощажу! Немного подумав, я набрал телефон Аки. С бандитами лучше всего сумеют разобраться такие же бандиты. Им не в новинку подобные ситуации, и дельный совет "профи" будет сейчас совсем нелишним...