Наука сна

То, что Тэхён - странный парень, было изначально известно всей группе, стаффу и менеджерам. На многие его выходки никто зачастую уже не обращает внимания, потому что просто вошло в привычку. Впрочем, Тэхён не обижается – даже не замечает. Его выходки – это его норма, а отсутствие реакции на что-то заурядное и обыденное – норма тоже. Все в порядке. Всем нормально. Все были бы даже довольны, в принципе, если бы только эта рыжеволосая дрянь не мешала спать по ночам. Он может смеяться чуть ли не во весь голос, хныкать, разговаривать и орать, не выходя при этом из режима сна. То есть выглядит это примерно так: все шестеро нависают над кроватью Тэхёна, сонные, злые, как стая голодных дворовых собак, со скрещенными на груди руками или с кулаками наготове, а Тэхён дергает ногой, как спящий щеночек, и вещает в подушку про космос. Декламирует. Громко, четко, с чувством. - Вот сука, - цедит Шуга, не выдерживает и сильно нажимает большим пальцем под тэхёнов локтевой сустав. Тот ахает от боли и резко распахивает глаза. - Нокаут по-тибетски? – Намджун вопросительно выгибает бровь. - Он, - Юнги меланхолично кивает и удаляется в сторону своей койки. Тэхён глупо хлопает глазами и немного приподнимается, потирая руку, онемевшую после этого тибетского нокаута. - Ниндзя, - Хосок хрипло смеется вслед Юнги и поворачивается к Тэхёну. – Сынок, ты опять летал во сне. В смысле, пиздел. Вслух. Завязывай уже. - Может, к Чонгуку его положим? Вместе они спят, как котятоньки, - говорит Чимин, забираясь под одеяло на верхнем ярусе. - Да, кстати. - Можно. - Хорошая идея. - Идите на хер, - Чонгук сердито хмурится, встает и собирается уходить в сторону своей кровати, но цепкая тэхёнова ладонь держит его за край футболки. - Пожалуйста, - Тэхён заламывает брови и смотрит огромными умоляющими глазами. – После космоса мне обычно часто снятся кошмары, если я сплю один. Чонгук приподнимает брови и обреченно вздыхает, а хён все смотрит и комкает в пальцах край чонгуковой футболки. - Мелочь, не будь задницей, - раздается из угла голосом Юнги. Чонгук шумно выдыхает, кивает в сторону кровати, и Тэхён подрывается, светясь от радости. - Потрясная игра на публику, Чон Чонгук. Десять из десяти, - едва слышно шепчет Тэхён ему в самое ухо; Чонгук тихо усмехается. Их голоса скрываются за шорохом одеяла и скрипом матраса, пока Тэхён ворочается, устраиваясь поудобнее в чужих руках. Они спят вместе несколько раз в неделю, и в эти ночи Тэхён во сне не издает ни звука. Они обнимаются и трогают друг друга просто потому, что это приятно. Интересно, хорошо – и ни капли не стыдно. Больше всего им нравится то, что всё это остается их маленьким секретом. Хёны не в курсе. Хёны, может, и догадываются, но в штаны им не заглядывают. Бывает, правда, немного неловко. Например, когда Чонгук просыпается поздним утром от того, что у него между ног – тэхёнова коленка, а в шортах все совсем плохо. Твердо, тесно – и уже не до сна. Или когда Тэхён, едва проснувшись, как-нибудь неудачно поворачивается и прижимается к спящему Чонгуку задницей. Ощущения Тэхёна никогда не обманывают, и он со всей ясностью понимает: у него стоит, потому что он бедрами чувствует, как стоит у Чонгука. Иногда все заканчивается совместным побегом в ванную среди ночи, быстрой взаимной дрочкой и следами от укусов на плечах. Или, если уже утро и если повезет, и старших не будет в комнате, - быстрой взаимной дрочкой прямо под одеялом. Или без одеяла – и обязательно с полной озвучкой происходящего, если старших нет дома вообще.