Дьявольские силки

Я был занят очень интересным делом – пытался трансфигурировать пятнадцать пуховых подушек в одного слона, ну или хотя бы слоненка. Слон мне был без надобности, но само действие требовало изрядного расхода сил, чем и привлекало. Пока что ничего не выходило, и целый слон из частей никак не получался. – Гарри, мой мальчик, – голос шефа за спиной вызвал неконтролируемый всплеск магии, и по залу заполошно заметались плохо опознаваемые птицы, размером с тетерева, – Гарри, – повторил патронус-волк, – понимаю, что выходной, но дело не терпит отлагательств. Прошу срочно прибыть в аврорат. Оставалось только выругаться и спешно отменять заклинание превращения, а то птички до моего возвращения наделают дел, да и Кричер будет недоволен – живность в доме он не любил. Тем более трансфигурированную. Направляясь к своей комнате, я очень сожалел о том, что успел потратить не так много магического запаса. Неизвестно, как долго продлится новое задание, а до стабильности мне было далеко. Нет, я, конечно, мог продержаться еще пару-тройку дней, самоконтроль в последний год у меня значительно вырос, но вот на заданиях с их непредсказуемыми ситуациями могло получиться не очень хорошо. Деваться, однако, было некуда. Я перебирал одежду в шкафу. Гардеробная появилась благодаря недавнему капризу и пока существовала в первозданном виде, хотя, скорее всего, в ближайшем будущем придется ее модифицировать – с некоторых пор я не любил однообразия. Перед выходом мельком взглянул на Рона, трубно всхрапывавшего на диване. Ничего, скоро Кричер его отправит домой, главное, что про меня приятель не вспомнит, потому что общаться с ним, а тем более делиться секретами, которые он в прошлом выбалтывал с завидной регулярностью, оказывать покровительство недалекому и вспыльчивому человеку я не собирался. Дураков нет. Научен. – Гарри, поторопись, – вновь материализовался патронус шефа. Я выругался: после явления первого вестника прошло не более пятнадцати минут, и у меня все-таки выходной. Может быть, я в ванне лежу? Или в постели не один? Напялив первые попавшиеся шмотки и накинув сверху темно-зеленую мантию – решил форменную не надевать, пусть думают, что был не дома, – аппарировал в министерство, как у старшего аврора, у меня была такая привилегия. – Гарри, – Аррингтон Брекенридж встал из-за массивного стола и пожал мне руку, – прости, но дело не терпит отлагательств. В Эссексе магглы обнаружили дом, с которого каким-то образом слетели чары ненаходимости. Есть пострадавшие. Сам дом представляет собой всего лишь небольшой коттедж, но защищен магическими растениями наподобие дьявольских силков, причем они не боятся света и от заклинаний, направленных на уничтожение, разрастаются сильнее. – И что я должен сделать? – скептически поинтересовался я. – Если целый отряд авроров не справился, почему вы считаете, что сможет Гарри Поттер? Не проще ли использовать адский огонь? Уж от него точно никакое растение не спасется. – Гарри, – начальник помолчал, – понимаешь, есть основания полагать, что в доме одно время скрывался Волдеморт и там могут находиться очень древние артефакты и книги. Никто не знает, как поведут себя уничтожаемые магические вещи такой силы. Нужно проникнуть в дом. Мы полагаем, что ты с небольшой помощью вполне справишься с заданием. – Мистер Брекенридж, мне кажется, вы что-то не договариваете. – Гарри, – голос начальника стал таким проникновенным, что я чуть не поморщился, вспомнив давно почившего директора Дамблдора, практиковавшего такие вот беседы с соответствующими интонациями, – ты сражался с василиском, ты победил темного лорда, я уверен, ты сможешь. Ты талантливый оперативник и сможешь решить задачу так, как никто другой. Я мысленно похлопал шефу, хотя до убедительности покойного директора Брекенриджу было далеко. Вот задачи он ставил великолепно, но дипломатическими способностями обделен напрочь. Перестав разглядывать пол, я поднял глаза и несколько раз моргнул, нужно же показать, что проникся, что осознаю меру ответственности, придумать пару подходящих вопросов как раз в стиле прямолинейного и недалекого Поттера. – Сэр, это очень ответственное задание, могу я ознакомиться с отчетами авроров? И еще вопрос: кто войдет в команду? – вроде хорошо спросил, все по делу. – Гарри, – начальник немного нахмурился, – дело в том, что предыдущая группа практически вся в Мунго, им не до отчетов, сам понимаешь, а насчет команды могу обрадовать: лучший зельевар Европы согласился помочь. Есть основания считать, что определенные ингредиенты при попадании на стебли окажут влияние на их жизнедеятельность. Я сосредоточенно покивал: ну да, какое действие, не сказали, зельевара подсунули, и можно съесть собственную шляпу без соли и перца – это будет однозначно Снейп. Интересно, его-то как подвизали* на это дело? Вроде бы последнее время о нем и не слышно, хотя я не так чтобы интересовался судьбой бывшего профессора. От Азкабана отмазал, имя честное сохранил и счел свой долг по отношению к нему выполненным. Если бы Северус Снейп сам пожелал сказать что-то, допустим, просто «спасибо», то нашел бы без труда. Я не прятался. А пытаться наладить с ним контакт я смысла не видел, что можно сказать этому человеку, я не представлял. – Ступай, Гарри, – шеф по-отечески похлопал меня по плечу, благословляя на ратный подвиг, – тебя уже, наверное, ждут. Портключ активируется через полминуты, – мне протянули плотный белый конверт. – Удачи, – еще успел услышать я, прежде чем был утянут в воронку пространственного перемещения. Выбросило меня метрах в ста от коттеджа, стоящего в низинке. С двух сторон возвышались пологие холмы, поросшие яркой зеленой травой и расчерченные прямоугольниками огороженных пастбищ. Дом был бы ничем не привлекательным, если бы не темные стебли без листьев, опутывающие его плотной сетью – среди летней зелени они смотрелись чужеродно и непривлекательно. Я не спеша направился к строению. Нужно было подумать, прикинуть, что к чему. Информации было до обидного мало. Курить хотелось до спазмов в желудке. Почему-то в стрессовых ситуациях дурная привычка давала о себе знать особенно сильно. Еще приятно выкурить сигаретку после секса, но из-за нелюбви Джинни к табачному дыму неосуществимо. Рука потянулась к карману, где обычно была пачка, но в спешке я, кажется, забыл переложить стратегический запас из другой рубашки. Черти бы побрали весь аврорат, и министерство тоже! Рот наполнился слюной, как всегда, когда курить хотелось уже просто нестерпимо, пришлось сплюнуть на землю. – Поттер, – холодный голос Снейпа заставил поежиться – как всегда меня застали за не самым благовидным занятием. Только времена, когда я ненавидел или боялся профессора, давно канули в Лету. – Снейп, – также прохладно ответил я и окинул бывшего учителя оценивающим взглядом. После обмена любезностями повисло молчание, которое я не спешил прерывать и продолжал пялиться на вышедшего из тени мужчину. Что ж, время было немилосердно к Северусу Снейпу. Он больше напоминал тень себя прежнего, чем живого человека. Нездоровая бледность, отдающая желтизной, говорила о том, что со здоровьем у него проблемы и что на свежем воздухе он вряд ли бывает. Похудел, кажется, еще сильнее, хотя свободная мантия несколько скрадывала это впечатление, зато заострившиеся черты лица и от этого еще более выдающийся нос подтверждали догадку. Волосы, пусть сейчас и не сальные, но тусклые и плохо расчёсанные, тоже говорили о многом. Неужели специалисты в Мунго так и не смогли полностью вывести яд Нагайны? И он, выдающийся специалист в зельеварении, а значит, и в противоядиях, неужели не смог подобрать себе нужный антидот? – Что, Поттер, не налюбуетесь никак? – как всегда язвительно поинтересовался Снейп. – Да уж, – согласился я, – есть чем. Про здоровье не спрашиваю: и так видно. – Учитесь язвить? – хмыкнул Снейп. – Уже не «тролль», но до «отвратительно» еще не дотягиваете. Тренируйтесь больше. Я хмыкнул в ответ и оскалился в улыбке, переплюнуть в этом умении профессора было сложно. Снейп раздвинул в ухмылке бескровные губы, обнажая желтые зубы. Интересно, он тоже курит? – Профессор, сигаретки не найдется? – закинул я удочку. – Что, бедность не позволяет герою купить свои? – поинтересовался он, но тем не менее вынул из складок мантии слегка помятую пачку. – Угощайтесь. Я вытянул из неожиданного подарка сигарету, борясь с желанием прихватить парочку, поразившись попутно тому, как дрожали его руки. Просто ходили ходуном. Заметив мой взгляд, Снейп отдернул протянутую руку, убрал сигареты и спрятал руки в рукава мантии. Стесняется, ну это очевидно. Что же довело вас до такого состояния, профессор? – Долго мы тут будем прохлаждаться? Мне домой надо, – резко произнес он. – Вот покурю, – я с наслаждением затянулся, – послушаю, что вы мне скажете, подумаю, – я снова втянул в себя табачный дым, – тогда и решу. – Поттер, – Снейп поморщился, – думать вы по определению не умеете, поэтому прислушайтесь к словам умного человека: эта модификация силков к ночи наверняка обретает полную силу. Торчать здесь с вами до захода солнца я не намерен, равно как и приходить завтра. Ясно? – Чего уж яснее, – согласился я и улыбнулся, – тогда вперед, я за вами. – Поттер! – Ой, я столько лет уже Поттер, и неужели вы думаете, что ничуть не изменился и попрусь напролом? На данный момент у меня слишком мало информации, чтобы составить план действий. Вы же, напротив, кажется, знаете, что делать. Так что вперед, – я шутовски поклонился и вытянул руку вперед. – Поттер, я приготовил зелье, которое предположительно лишит стебли подвижности… – Идемте, профессор, отсидеться в кустах вам не удастся. Раз уж вы сегодня мой напарник, то и действовать будем вместе. Хотя я вообще не понимаю, почему нужно было меня дергать и посылать, ведь вы и один вполне бы справились. Снейп скривился, дернул щекой и, ничего не ответив, пошел к дому, на ходу доставая откуда-то из-под мантии склянку с темным варевом. Отвечать было необязательно, и я, и он прекрасно понимали, что аврорат не очень-то доверяет ему, бывшему Упивающемуся, пусть и оправданному по всем статьям. Я почти неслышно ступал следом, поражаясь, насколько неуверенная у него походка, как дергается под мантией худая спина, и не сразу понял, что его просто бьет крупная дрожь. – Ну, Поттер, плесните на стебли возле двери этим составом, – он быстро сунул мне в ладонь пузырек, оказавшийся почему-то влажным. Луч предзакатного солнца осветил лицо Снейпа, на секунду сделав глаза не непроницаемо черными, а просто карими, и я поразился какой крохотный у него зрачок. Его желание попасть домой как можно скорее обрело новый смысл: зрачки, озноб, потные ладони – все это говорило о том, что профессор, скорее всего, наркоман. Везет тебе, Поттер! Значит, действительно нужно попытаться закончить быстрее, и я прицельно оросил ближайшие ко входной двери извивающиеся стебли лиан вонючим варевом из пузырька. ______________________ * ПОДВИЗА́ТЬСЯ, подвизаюсь, подвизаешься, несовер. Проявлять деятельность, работать, действовать в какой-нибудь области. «Подвизается на своем поприще уже четверть столетия.» Чехов. - Партию нельзя рассматривать, как нечто оторванное от окружающий людей. «Она живет и подвизается внутри окружающей ее среды.» Сталин.