Огненный демон

-Иди,- грубо толкнули рыжеволосого в плечо. Качнувшись от толчка, асмодианин сделал несколько неуверенных шагов вперёд, царапая землю когтями. Он не знал, сколько времени пробыл без сознания, но когда открыл глаза, то понял, что ему связали руки, а на голову одели мешок. Судя по тому, как ветер легко добирался до его тела, броню с него сняли, напялив сверху какую-то длинную робу. Послышался скрип открываемой двери, его ещё раз грубо толкнули, заставляя идти вперёд. -Ну ты даёшь,- расслышал асмодианин восхищённый шёпот,- и как ты только смог их достать?! -Тихо ты,- шикнули на него,- только попробуй проболтаться обо всём этом, тебе голову снимут! -Да что ты, что ты,- попытался оправдаться говоривший,- я — могила! -Отлично,- жёстко ответили ему, и ещё раз толкнули рыжеволосого, заставляя пошевеливаться. Пройдя ещё немного, эти двое распрощались. Уходя, элиец не удержался и ударил асмодианина под дых, после чего, довольно усмехнувшись тому, как огненноволосый согнулся, прошипел: -Теперь-то у тебя не получится рушить наши планы. После этого послышались удаляющиеся шаги. -Чего встал?! - грубо пихнули его,- пошевеливайся! Через какое-то время когти асмодианина заскребли по деревянному полу. Судя по всему, они вошли в какой-то дом. Его конвоир, бросив что-то шиго, присматривающему за особняком, в очередной раз приказал пошевеливаться, подкрепив свои слова тычком. И вот захлопнулась дверь, и асмодианин понял, что они пришли. С него резким движением сорвали мешок, и рыжий смог осмотреться. Он ожидал увидеть сырое подземелье, с горой пыточных инструментов, темницу, в которой завалялись парочка скелетов, яму, с кишащими в ней жуками-пожирателями, но вместо всего этого, он оказался в обычной комнате с большой кроватью и шкафом, стоящим поодаль у стены. Справа была дверь, ведущая ещё куда-то. Правда, в деталях ему осмотреться не дали, разрезав верёвки на руках и ударом заставив упасть на пол. Зато теперь он смог разглядеть своего конвоира. Рост выше среднего, длинные белые волосы чуть ниже плеч, довольно-таки крепкое телосложение. Судя по броне — страж или гладиатор. -Ну что, Яростный, теперь-то ты не такой могущественный,- с усмешкой посмотрели на него. -А я тебя знаю, ты участвовал во многих осадах, знаменитый воин,- начал рыжеволосый, замечая, как губы элийца растягиваются в довольной ухмылке,- знаменитый воин, который прячется в последних рядах и пыжится выглядеть героем добивая тех, кто и так бы вскоре скончался, отчаянно верещащий, если его нечаянно поцарапают. По мере ядовитых слов улыбка беловолосого медленно превратилась в гримасу гнева. Едва асмодианин выговорил последнее слово, как его, зло подняв за волосы, бросили на кровать. -Какой у тебя тут сервис,- усмехнулся рыжий,- доносят до самой постели. Но если не секрет, что ты со мной собираешься делать? Допрос или пытки? Беловолосый, как-то странно усмехнувшись, начал снимать с себя броню. -Запарился, бедненький,- наигранно жалобным голосом проговорил асмодианин. Но на его слова не обратили ни малейшего внимания, продолжая оголятся, пока не остались в нижнем белье. -Решил меня запугать стриптизом,- усмехнулся рыжеволосый,- да, не могу не признать, воистину душераздирающее зрелище. Элиец, последним движением стянул с себя шорты, полностью оголившись. -А вот это было лишним! Я и так уже получил глубочайшую моральную травму,- притворно ужаснулся асмодианин,- ещё не хватало пугаться твоего убожества. Беловолосый элиец зло и предвкушающе ухмыльнулся и начал подходить ближе. -Даёшь мне возможность рассмотреть всё по-лучше? - усмехнулся рыжеволосый,- не стоило, это уже практически сокрушило моё чувство прекрасного. В следующее мгновение на его лодыжках и запястьях щёлкнули по гладкому чёрному браслету. -Чудесные подарки, вот только ты всё равно не в моём вкусе,- ядовито выплюнул рыжеволосый. -Ну надо же какие мы разговорчивые,- навис над ним беловолосый и щелкнул пальцами. Повинуясь ему, браслеты на запястьях подтянули асмодианина к грядушке кровати и намертво прилипли к ней, а браслеты на ногах заставили их раздвинуться. -Ну и что это такое? - поднял бровь рыжеволосый, совершенно не понимая к чему этот цирк. Во всяком случае, на оружие пыток это походило мало. А элиец, начал мягко водить по своему члену. Заставляя его подняться. -Ну и мерзость,- сморщился асмодианин, отворачиваясь,- признаю-признаю, это побило даже отвратность серных слизней. Беловолосый, дождавшись, пока его агрегат поднимется, снова навис над рыжеволосым. -А теперь, что, слюни на меня пускать будешь? - скривился тот. -Без них обойдёшься,- ответили ему, и каждое слово просто сочилось извращённой радостью и восхищением собственным превосходством. Беловолосый, взяв свой член, приставил его ко входу асмодианина. -Ты, ты что делаешь? - нахмурился рыжеволосый, происходящее всё ещё никак не могло сложиться у него в полную картину. А элиец, надавив, прошёл немного внутрь. Асмодианин, закричал, чувствуя жуткую боль там, где он раньше её никогда не ощущал. -Что... что ты творишь, ублюдок! - зарычал он,- стараясь вырваться и чувствуя, как в него проходят всё глубже. От боли темнело в глазах, он извивался, пытаясь освободиться, но ничего не получалось. Тогда он постарался впиться в шею элийца, за что мощный кулак обрушился на его скулу, заставив сплюнуть кровь. А в него уже полностью вошли и вовсю двигались, причиняя новые и новые шквалы боли. -Я. Из. Тебя. Все. Кишки. Выпущу,- прорычал в лицо элийцу рыжеволосый, сжимая зубы, за что ему, задрав ноги, несколько раз вышли и вошли. Вдруг асмодианин почувствовал, как беловолосый, вздрогнул, а в него что-то полилось. -Не смей! Не смей, тварь! - выкрикнул он, но ничего не смог поделать с этим. Из него вышли, заставив дёрнуться от боли. -Надеюсь, тебе понравилось, потому что теперь так будут проходить все твои дни. Усмехнувшись своим словам, элиец вышел, захлопнув за собой дверь. Рыжеволосый услышал, как в замке повернулся ключ и в тот же момент браслеты, державшие его только что, потеряли свою силу, позволив вернуть контроль за своими конечностями. Какое-то время он, не моргая смотрел в потолок, пытаясь осознать всё, что сейчас произошло, а потом почувствовал, как к глазам подступают слёзы, а в горле формируется комок. -Не смей! - приказал он себе,- я выберусь отсюда, выберусь, и разнесу и это чёртов дом, и этого ублюдка.