Часть 4
31 июля 2014 г., 14:25
Был холодный осенний день. Шел дождь. Это был тяжелый мокрый занавес из сырости и тумана. Отдельных капель почти нет, только глухие раскаты и плотная синева.
Люциус Малфой сидел в своём кабинете, перебирал пергаменты и ненавидел этот день. И этот дождь. И Тёмного Лорда, который снова требовал отчёты по лоббировании интересов их партии в Министерстве в нечеловеческие сроки.
В дверь постучали.
— Убирайтесь, — сказал он, не поднимая головы. — Я не желаю никого видеть.
— Это я. Нам нужно поговорить.
Люциус поднял глаза. Снейп не стал бы тревожить без причины. Особенно после того как он проигнорировал патронус. Скорее всего — снова какие-то новости от Ордена. Или хуже — от Лорда.
— Входи.
Снейп появился на пороге, стряхнул капли с плеч и прошёл к креслу, даже не дожидаясь приглашения. Люциус мысленно поморщился, но промолчал.
— Что случилось?
— У Лили Поттер есть сын, — сказал Снейп без предисловий. — Ты знал?
— Ребёнок Поттера, — Люциус поморщился. — Мой Драко о нём упоминал. Гарри, кажется.
— Ты ошибаешься, Люциус. — Снейп посмотрел на него в упор. — Ребёнок не Поттера. Он твой.
На несколько секунд в кабинете стало тихо. Люциус смотрел на Снейпа, ожидая, что тот сейчас усмехнётся, скажет «шутка». Но лицо зельевара было непроницаемо.
— Это не смешно, Северус.
— Я и не шучу. — Снейп откинулся на спинку кресла. — Вчера Лили пришла ко мне. Просила помочь с ритуалом крови — менять внешность. Люциус, это твоя точная копия. Волосы, черты лица. Даже походка. Только глаза материнские.
Люциус медленно положил перо.
— И она искала помощи… У тебя? — Даже он не удержал лицо, аристократическая бровь поднялась вверх.
— Она хочет скрыть его истинную внешность. — Снейп говорил спокойно, будто обсуждал погоду. — Шестнадцать лет это у неё получалось. Хочет продолжить. Я, конечно, зельевар, а не ритуалист. Но даже я знаю: такая магия не безвредна, столько лет то.
Шестнадцать лет.
Люциус закрыл глаза. И сразу — как удар — запах подземелий, сырой камень, крик. Он вспомнил, как стоял тогда в темнице, как смотрел на Лили. Она не смотрела на него — сквозь него. Он сделал то, что приказал Лорд. Как и все остальные.
Он тогда не думал о последствиях. Думал — потом. Потом всё равно не думал. Он лишь пил огневиски и убеждал себя, что это был приказ, и ответственность на Лорде. А теперь — ребёнок.
— Ты уверен? — спросил он. Голос сел.
— Я видел его, Люциус. — Снейп встал. — Дальше решай сам. Я сделал, что считал нужным.
Он направился к двери, но на пороге задержался.
— Она не знает, что я тебе сказал. И не узнает.
Дверь закрылась. Люциус остался один.
Он просидел в кресле до полуночи. Потом достал из нижнего ящика стола бутылку огневиски и налил себе полный бокал. Потом ещё один. Потом перестал считать.
«Гарри Поттер — мой сын», — думал он. Слова не складывались в осмысленную фразу. Слишком много лет он считал этого мальчика чужим, слишком много лет приказывал Драко держаться от него подальше. А теперь?
Он не знал, что чувствует. Стыд? Злость? Странное, незнакомое любопытство?
«Гарриес Малфой», — попробовал он мысленно. Звучало... непривычно. Но не плохо.
Он допил бокал, поставил его на стол и уставился в стену. Решение пришло не сразу. И не таким, каким он ожидал.
Он хотя бы посмотрит на него. Вживую. Своими глазами.
А потом — будь что будет.
К утру Люциус провалился в беспокойный сон, так и не выключив свет.
