End of the book

У меня действительно оставалась одна незавершенная задача: мне нужно было закончить книгу. Я решил оставить ее, не уничтожая. Пусть это будет воспоминанием обо мне, хотя вряд ли кто-то захочет меня вспоминать, особенно после того, что я сделал. Книга действительно в чем-то помогла мне разобраться в себе и сделать выбор. Она доказала, что не осталось ничего, ради чего можно продолжать жить. Тело Софи я оставил в ванной. Таким образом ее найдут не раньше, чем меня, хотя это и не несло особого значения в эти минуты. Я выполнил свой долг перед собой, забрав доктора и Софи из жизни. И теперь мог сам уйти за ними вслед. Я был около письменного стола, держа в руке ручку - передо мной лежала плотная тетрадь в красной обложке. Это было уже традицией: каждый день по вечерам я продолжал писать книгу. Но сегодня был особенный день, потому что я закончу ее по образу предсмертной записки. Это будут мои последние эмоции, хаотично мелькающие в моих мыслях, которые я выплесну на бумагу.

***

"Дорогой дневник." Я был полон решимости. Оставалось совсем немного времени - и вот я уже буду свободен. "Я больше не мог терпеть это дерьмо." Моя жизнь всегда была рутинным дерьмом. Одна и та же история изо дня в день. Помимо инцидента, одиночество, горечь и прочая херня также сделали свое дело - теперь от меня ничего не оставалось, кроме ненависти к себе. "Они лгали мне! Они понятия не имели, каково это!" Я наполнял эти строчки всеми накопившимися отрицательными чувствами. Обида, озлобленность, гнев. Кроме этого совсем ничего не оставалось. "Это отравляло меня, это омрачало мой разум." Возможно, Софи была права, подумав, что я сумасшедший. Но в этом не только моя вина. Принятая мною днем доза антидепрессантов давала о себе знать. Сегодня эти таблетки показали мне правду, в общем, как и всегда. "Они помогали мне ясно мыслить, чтобы видеть вещи насквозь." "...они показали мне, что я должен сделать в этот... короткий момент ясности." "Они показали мне, насколько фальшивыми были Софи и мой доктор, как они смеялись надо мной за своими масками, когда я не видел." "Делая вид, что они заботятся обо мне, но это все хуйня!" Однако антидепрессанты открыли мне глаза, они дали мне мудрость, и я начал действовать. И я сделал это. "Мне нужно было забрать их с собой. Они больше не смеются." Моя рука уверенна скользила по бумаге, оставляя легкий кровавый след. Их кровь на моих руках - мне удалось все сделать правильно. "Хотел бы я забрать с собой каждого, но, к сожалению, из-за моего положения это невозможно." Несчастный, беспомощный калека. Пожалуй, пора было завершать дело. "Для кого бы ни было, кто читает это: я надеюсь, мое мертвое дело будет преследовать тебя вечно. Веселитесь, выскабливая мои мозги со стены." Надо сказать, это выглядело в какой-то мере забавно. Едва дописав последнее предложение, я снова увидел моего альтер-эго. Он пристально смотрел на меня, осуждающе, ничего не говоря. У него в руках был дробовик, его - точнее моя! - серая толстовка была запачкана кровью. - Ты перестанешь существовать, когда я убью себя, - с вызовом обратился я к нему. Я моргнул - и никого уже не было. Он и так никогда не существовал, это все глюки на почве моего... психоза? Не знаю. Меня это уже не заботит. Заряженный пистолет лежал на столе, и я потянулся к нему. Казалось, словно заточенные много лет воды наконец вырвались из берегов. Вместе с ними растворился и тяжелый ком ненависти внутри меня, на его место пришла пустота. Мне стало гораздо легче, все мои эмоции остались в книге с красной обложкой. Есть шансы, что меня сможет понять какой-нибудь человек, который все это прочтет. Я устремил дуло пистолета под подбородок, нажал на курок и почти сразу отпустил. Последовала почти секундная боль, а громкий звон в ушах оглушил звук выстрела. Прежде чем провалиться во тьму, я услышал сотни душераздирающих криков, сливающихся в единый.

***

Я очнулся в какой-то подворотне. Справа и слева от меня возвышались два высоких здания. Темнота и почти полное отсутствие тишины. Саднило во всем теле, особенно болела голова, но одно открытие меня поразило: я чувствовал свои ноги. Я вновь мог ходить! Не веря своим глазам, я поднялся, придерживаясь плечом за кирпичную стену здания. Я понятия не имел, где нахожусь и как я сюда попал; но это меня не сильно тревожило. Я огляделся: место, казалось, было знакомым, либо напоминало что-то. Я уже не раз бывал в этом городе. На улице была ночь, но, несмотря на слабые дуновения северного ветра, было довольно тепло. Я в очередной раз почувствовал разрывающее изнутри, такое привычное одиночество. Это вряд ли было кошмарным сном, потому что такая пуля в голову не могла не убить меня. А может быть, я умер, и теперь вынужден призраком скитаться по городу? Все было в точности как обычно. В окнах горел свет, а я шел по узким улочкам, заглядывая в самые разные углы, в поисках чего-то, о чем сам не знал. Я порылся в карманах и обнаружил там немного смятую, но еще пригодную сигарету с зажигалкой. Пройдя еще немного, я присел на поребрик. Мне было необходимо немного поразмыслить о данной ситуации. Других идей просто не нашлось. На меня напала ностальгия о прошлом. Как долго бы я еще смог вынести такое существование, если бы аварии не произошло? В этом случае я наверняка не был бы знаком с доктором Пурнеллом, и мне не пришлось бы писать книгу. Мама бы не беспокоилась за меня. А что касается Софи... что если она поменяла бы свое мнение? Кто-то присел рядом со мной, и я вздрогнул от неожиданности. "Господи, нет! Только не это." Мои самые пугающие ожидания оправдались. Я зря надеялся, что посредством суицида мне удастся сбежать от всего. - Добро пожаловать в Стокгольм, - проговорил этот кто-то. Моим собственным голосом.