Однажды в NYC

Первый рабочий день Терри начался знакомством с членами компании, многие из которых были довольно известными юристами не только в США, но и за их пределами. Впрочем, рекомендации с предыдущего места работы в Лондоне и степень магистра Оксфордского университета значительно повысили его в их глазах. Да и, несмотря на молодость, за год практики в Великобритании Терстон успел выиграть несколько крупных дел, поэтому его имя было известно в довольно широких кругах. Сейчас же, спустя неделю после того, как он вошел в стеклянные двери многоэтажного офиса, а после, обложившись материалами нового дела, Терри изучал важные документы о своем первом крупном клиенте в "Saimon&Maiher". Время шло быстро. Он как раз допивал свой кофе, когда на дисплее мобильного засветился незнакомый номер. Никакого особого рингтона на звонке у Терстона не стояло. Как и сейчас, на вызове стоял виброзвонок. Это не раздражало и не отвлекало от иногда очень важной работы. Немного подумав, стоит ли отвечать неизвестному номеру, Терри все-таки нажал на зеленую кнопочку: - Слушаю, - ответил он в трубку. - Добрый день, Терстон Бэкфорд, - послышался веселящийся, но все равно до скрежета зубов официальный тон какой-то девушки. – Вы мне оставляли свою визитку. Помните?... Сосиски, загородный дом, Калеб, Тао… - в голосе прозвучали знакомые веселящиеся нотки. Терри не составило труда узнать его обладательницу. - Кристал, - воспоминания о прошедших выходных и этой девушке, имевшей виды на его подругу, вызвали у молодого человека улыбку. - Чем обязан столь официальному звонку? - О, я всего лишь хотела загладить свое неподобающее поведение обедом. Вы, надеюсь, еще не успели перекусить? Потому что я знаю отличное кафе, как раз недалеко от вашего офиса. Если вы хоть немного неравнодушны к мексиканской кухне, то вам непременно понравится. Стрелка часов действительно приближалась к заветному перерыву, так что предложение пообедать было как нельзя кстати, и Терстон согласился сразу же, уверив, что ничего не имеет против как мексиканской, так и любой другой кухни. Выходя, он сообщил секретарше, довольно милой, но при этом обладающей акульей хваткой девушке, что будет через час, и попросил записывать всех, кто будет его спрашивать. Кафе, яркое здание, украшенное в лучших традициях Мексики, действительно располагалось совсем рядом с их офисом: нужно было пройти пешком всего один переулок, чтобы попасть в шумную, праздничную обстановку. Зайдя внутрь, Терстон сразу же заметил девушку, расположившуюся у окна. Кристал лениво что-то писала в блокноте ручкой, разговаривая по телефону, но как только Терри сел на стул напротив, она по-быстрому свернула разговор. Парень немного удивился, поняв, что девушка говорила на испанском. - Буэнос диас, - промурлыкала она, подзывая к ним официанта. – Что будешь заказывать? Кстати, ты не за рулем? Здесь подают неплохое вино, - Терри даже почему-то не удивился от такого резкого перехода на «ты»*. Поведение этой девушки его совсем не удивляло. - Мой рабочий день еще не закончился, предпочитаю не употреблять алкоголь, - отказался Терстон и обратился к официанту, ожидающему заказ. - Севиче из окуня и апельсиновый сок, пожалуйста. - А мне как всегда, - улыбнулась девушка официанту, и этот молоденький мексиканец тут же вернул ей улыбку, вызывая у Терри легкое удивление. Видимо девушка была частой посетительницей этого места. - Итак, о чем желает поговорить со мной прекрасная леди? - поинтересовался Терстон. - Мм, - Кристал быстро замахала своей точенной ручкой, отрываясь от бокала с вином, которое ей принесли еще до прихода Терри. – Да все предельно просто. Мне нужна Тао, тебе – Кэл, - произнесла она, словно что-то само собой разумеющееся. – И с этим нужно что-то решать. - С чего ты взяла, что мне нужен Калеб? - поперхнулся Терстон, услышав подобное заявление. Он не отрицал того, что ему понравился Кэл, но рассчитывать на что-то он не собирался. Калеб определенно был убежденным гетеросексуалом, об этом говорил весь его внешний вид, а связываться с натуралом было бы более чем неразумным. Тем более, он, кажется, был по уши увлечен Тао, если судить по тому, что он не отпускал ее от себя практически весь вечер. - Брось! Ты таааак на него смотрел, - произнесла девушка. – Не поверю, что ты оставишь все просто как есть. Кажется, у парней в крови всегда добиваться того, чего они хотят. - Кристал, это у вас девушек все просто - выпили, потанцевали, посплетничали о проходящих мимо мужчинах, а там и до объятий с поцелуями недалеко. Я же могу в данном случае отделаться сломанным носом. И это в лучшем случае… Да и, к тому же, хотя я не отрицаю, что Калеб мне понравился, он интересный, обаятельный, но я давно вышел из того возраста, когда сходишь с ума по человеку, который вряд ли ответит тебе взаимностью. - Не знаю, - призналась Кристал, – с Тао все сложнее. Я знаю, как она относится к однополым отношениям. Знаю, что не так уж она и верна Калебу, но она все равно словно специально не замечает моего внимания. Иногда я даже думаю – действительно, зачем мне это все? Тао непрозрачно намекает, что мне стоит забыть о моих желаниях, и мне действительно следует это сделать, но черт… Никто даже не может поручиться, что она любит Калеба. Никто даже не думал, что у них будет что-то серьезное. Просто… я хочу быть с ней рядом. Никогда не думала, что смогу так влюбиться в девушку… - Не думаю, что Тао на меня сильно обидится, если скажу, что она неравнодушна как к мужчинам, так и к женщинам. Насколько я помню, раньше она из этого тайны не делала, - Терстон пожал плечами и слегка улыбнулся девушке. Наверное, нужно совсем отчаяться, чтобы вот так выложить все едва знакомому человеку - Скажи, вы с ней не говорили вообще по поводу их отношений с Калебом? Просто самой смешно – неужели у меня вообще нет никаких шансов? – Кристал усмехнулась и принялась неловко перекладывать все в своей тарелке из стороны в сторону. - Предпочитаю придерживаться принципа не лезть, куда не просят. И хоть мы с Тао знакомы довольно давно и отношения у нас вполне дружеские, но личные отношения мы практически никогда не обсуждали. Да и не думаю, что из меня получится хороший советчик по этому поводу. - Очень жаль, - просто ответила девушка, и Терстон наконец понял суть этого разговора. Неужели Кристал и в правду надеялась, что он замолвит о ней словечко или еще как-то повлияет на их отношения с Калебом? Это было бы низко. Меньше всего Терри хотел ломать их устоявшиеся отношения. Ему понравился молодой человек его подруги. Что толку. Это пройдет также внезапно, как и появилось. Да и вообще. Ему много кто нравится, и это еще не повод переходить к чему-то серьезному. В кармане Терстона завибрировал телефон и, увидев на дисплее имя "Роберт", он взял трубку. - Слушаю… Нет, никаких… Сможешь заехать за мной, моя в ремонте..? Я тоже… - Бэкфорд улыбнулся и повесил трубку, после чего обратился к Кристал. - Мой перерыв заканчивается, пора работать. - Очень жаль, - улыбнулась Кристал. – Что ж, надеюсь, у нас еще будет возможность встретиться. Кстати, - она полезла к себе в сумочку и протянула Терри визитку. – Если я смогу чем-нибудь помочь… - начала она издалека. Вот уж настырная, подумал Терстон, но визитку взял, где черным по белому было указано: «Кристал Меговски, ландшафтный дизайнер», адрес, номер телефона и е-мейл. – Спасибо за приятную компанию! Терри поблагодарил ее в ответ; выйдя из теплого помещения кафе, торопливо закутался в теплый шарф, чтобы защититься от холода, и направился в сторону офиса. Разговор с девушкой не желал уходить из памяти, как и образ Калеба, обнимающего Тао. Они действительно хорошо смотрелись вместе, и Терри был рад, что у подруги в личной жизни все хорошо, в отличие от его собственной. Наверное, стоило быть немного более эмоциональным, и тогда их отношения с Робертом, длящиеся чуть меньше десяти лет, давно уже переросли бы во что-то большее, чем дружеский секс и разговоры по телефону, когда обоим становилось совсем скучно. Впрочем, Роберт оставался на сегодняшний момент, пожалуй, единственным человеком, с которым они были по-настоящему близкими друзьями, и терять эту дружбу из-за неудавшихся отношений было бы по меньшей мере глупо. Удивительно, но Терри практически ждал конца рабочего дня, и, когда Роберт позвонил ему, сказав, что уже подъезжает, практически плюнул на гору непрочитанных бумаг, что было для него очень несвойственно. Почему-то после разговора с Кристал настроиться на рабочий лад совсем не получилось, и Терстон подумал, почему бы и нет, один день отлучки он может себе позволить. Парень толком и сам не понял, чем занимался весь остаток дня. Но как только Роберт ему позвонил, он, не теряя ни секунды, быстро оделся и вышел из кабинета, направляясь на улицу. Ближе к вечеру Нью-Йорк становился воистину прекрасным. Везде горели огни, везде ходили люди, даря друг другу улыбки. Терстон как завороженный наблюдал за ними, ожидая приезда Роберта, да так, что и не заметил, как подъехала его машина. Парень вздрогнул от звука клаксона, повернулся к знакомому Сhrysler'у друга и поторопился сесть на пассажирское кресло рядом с Робертом. Потянувшись к нему, легко поцеловал в щеку в знак приветствия. - Привет, что у тебя за настроение такое? Уловил дух приближающегося Рождества? – улыбнулся Роб, трогая с места. - Можно и так сказать, - улыбнулся Терри в ответ. - Совсем отвык от ночного Нью-Йорка, его огней и бьющей ключом жизни. Роберт скривился: - Еще скажи, что скучаешь по своей деревушке?! Англичане снобы еще те… Испортили мне ребенка, - пробурчал он недовольно, не отвлекаясь от вождения. - У ребенка, семь лет прожившего в так называемой деревушке, просто не было времени на развлечения и участие в ночной жизни Лондона. А чем закончился один из немногочисленных выходов в свет, мы оба знаем. И повторения, знаешь ли, не очень хочется… - при воспоминании о не таких уж и давних событиях Терстон поморщился. - И да, чем же меня так испортила Англия? - Ты правда стал совсем другой, - спокойно ответил Роберт. – Это неплохо. Ты вырос. Но иногда я скучаю по тому озорному мальчишке, с которым мы когда-то познакомились… - он немного помолчал. – Хотя в постели ты все такой же горячий мальчик, которого хочется покорять снова и снова, хехе, - Терри возмущенно фыркнул. – А на счет твоей неудачной вылазки, так с этим ничего не поделаешь. Либо ОН найдет себе новую жертву, либо его просто упрут в психушку. Ну или ты предпочтешь его мне, - добавил он с легкочитаемой иронией. - Даже не сравнивай, Роб, я в любом случае предпочитаю тебя этому маньяку. - усмехнулся Терстон. - Покорять он меня вздумал… - Ты имеешь что-то против? – картинно удивился Роберт. – Кстати, у тебя как всегда нету продуктов? Давай, если что, заедем купить чего-нибудь съестного, а то я умираю с голоду… - Роберт, кажется, ты выбрал не того Бэкфорда, тебе бы сойтись с Мэган. Уверяю, проблем с ужином сейчас бы не было, учитывая вашу любовь к вкусной еде. Для меня лишь бы не фаст-фуд, остальное особого значения не имеет. - Пока я доволен твоей кандидатурой, но я обещаю подумать, - весело подмигнул ему Роб. Так, перекидываясь безобидными шуточками, они и доехали до дома Терри, откуда уже и заказали еду в ресторане. Заказ привезли довольно быстро, они расположились в просторной гостиной, хотя Терстон долго возмущался на тему того, что как минимум неприлично есть в местах, отведенных не для этого. В ответ Роберт просто сгреб его в охапку и почти силой усадил на белый диван, в довольно категоричной форме сообщив, что больше ни за что не отпустит его в чопорную Британию, "сделавшую из мальчика сноба". В целом, Терри заметил, что у Роба сегодня такое же не совсем обычное настроение. Слишком игривое. Слишком задорное. Поэтому, когда ему так и не дали съесть хотя бы половину в собственной тарелке, а заткнули, как выразился Роберт "чересчур болтливый рот" поцелуем, он даже не удивился и принялся с энтузиазмом отвечать. Терри практически упустил из вида момент, когда они переместились из гостиной в спальню, погруженную в полумрак и освещаемую лишь струящимся из окна светом с улицы. Было так привычно ощущать себя в знакомых руках Роберта, чувствовать на своем теле его ласки и поцелуи, от которых все мысли напрочь вылетали из головы. Роб всегда был внимательным партнером и отличным любовником, знающим, что нравится Терстону, где прикоснуться, чтобы сорвать с губ тихий стон. Проснувшись утром в удобном кольце рук, Терри первым делом убедился, что они не проспали, и только после этого с чистой совестью поплелся в душ, куда вчера не пустил словно изголодавшийся по его телу Роб. Закончив водные процедуры, парень пошел в гостиную, где прибрал остатки их вчерашнего ужина, кое-что запихнул в микроволновку разогреваться, кое-что выкинул. Кофе в доме, к сожалению, не наблюдалось, и Терри очень расстроился, что вчера отмел идею Роба заехать в Starbucks. На столе возле электрочайника лежала почта, которую он еще пару дней назад достал из почтового ящика, но так и не разобрал. Из спальни послышался звон будильника на мобильном Роберта, но Терри, не замечая этого, стал осторожно открывать бережно запечатанный конверт с аккуратно выведенными буковками адреса. Из конверта выпали копии билетов из Лондона до Нью-Йорка с открытой датой на имя Коула Сильверстайна. А вместе с ними небольшая записка, которую Терстон поспешил развернуть, и глаза пробежались всего по одной написанной каллиграфическим почерком строчке. "Надеюсь, ты ждешь меня. Не скучай, совсем скоро мы будем вместе". Паника вперемешку со страхом накрыла молодого человека с головой, и из дрожащих пальцев тут же выпал конверт с вложенными в него бумагами. Он сумел найти его даже здесь, в огромном, многомиллионном Нью-Йорке. Впрочем, он не особо и рассчитывал на то, что ему удастся затеряться в толпе - слишком уж настойчивым был его личный кошмар. Терстон действительно предпочитал учебу другим развлечениям. Благо университет предоставлял своим студентам большое количество различных кружков и секций, а непостоянные вечеринки или дни рождения кого-то из знакомых, кто также, как и он, приехали сюда за знаниями, он не посещал. Только вот на последнем году магистратуры, его приятель, Эван Шиффилд, предложил Терри смотаться в Лондон, отдохнуть. До этого Терстон бывал в столице Великобритании всего несколько раз. Оксфорд не был богами забытой деревушкой, поэтому как таковой надобности бывать в Лондоне у Терри ни было, но отказать в тот вечер Эвану он не смог. У того были большие проблемы дома, и ему действительно следовало бы расслабиться и отдохнуть. В клубе, куда они приехали, было душно и многолюдно, и, напившись, Эван буквально ни одной девушки не пропускал. Точно так же, как и шоты, которые заказывал Терстон. Вскоре они оба напились в зюзю. Обычно Терри никогда не позволял себе такого, но в этот раз впервые перебрал. Тело само просилось танцевать под бешенные ритмы зажигательной музыки, и вскоре парень заметил, что уже давно танцует не сам. Возле него, очевидно, оказывая знаки внимания, околачивался молодой человек, поедая Терри взглядом. Возможно, если бы в крови ни было столько алкоголя, он бы и повел себя по другому, только в этот раз Терстон позволил себе плыть по течению и не думать ни о чем. В итоге было совсем не удивительно проснуться на автобусной остановке в расстегнутых джинсах и ноющей болью в заднице в обнимку с этим незнакомцем. Тогда Терри, как он думал, удалось удрать от ненужного знакомства, но уже через день ему стал названивать незнакомый номер с просьбами встретится. На что Терстон согласился, о чем не раз с тех пор успел пожалеть. В своем стремлении встречаться с Бэкфордом Коул Сильверстайн оказался более чем настойчив, что выражалось в бесконечных звонках и приступах ревности, если его видели общающимся со знакомыми, бывшими однокурсниками и просто посторонними людьми. Вскоре Терри, привыкший к независимости, устал от подобного отношения к себе и поспешил прекратить общение, сменив номер телефона и квартиру, которую снимал в Лондоне. Впрочем, покой был недолгим и на его адрес стали сыпаться письма с признаниями в любви, а позже - и с угрозами. Вернувшись в родной Нью-Йорк, Терри надеялся, что ему удалось избавиться от преследования этого человека, но Коул оказался куда более настойчивым, а главное, имел связи в нужных кругах, раз уж ему удалось так быстро найти его в "Большом Яблоке". Подобная маниакальная привязанность к своей персоне откровенно пугала, и Терстон, тяжело вздохнув, уронил голову на руки, закрыв ладонями лицо. - Доброе утр… - послышалось из-за двери, и вскоре на пороге кухни появился в одном лишь банном полотенце Роб. – Что с тобой? – он тут же бросился к Терри. - Он нашел меня, Роб… - повернувшись к другу, проговорил молодой человек. С минуту оба молчали, не разрывая зрительного контакта, как вдруг Роберт нарушил тишину: - Переезжай ко мне, - произнес он хрипло. - А есть смысл? - горько усмехнулся Терри. - Если он так запросто нашел мой адрес, ему ничего не стоит узнать, где я работаю, если уже не знает. И что дальше? Очередной скандал, увольнение, переезд в другой город и смена всех паспортных данных? Нет, Роберт, это не то, ради чего я шесть лет грыз гранит науки и закапывался в учебники… - Я не понимаю… Почему ты не хочешь подать в суд? У тебя есть множество доказательств. Сотня е-мейлов, свидетели, в конце концов! - Роберт, ты забываешь о том, кто мой отец. Как бы я к нему ни относился, как бы он ни относился ко мне, я не хочу предавать огласке то, что его сын, будучи геем, оказался жертвой маньяка. Да и Мэган с Роуз подвергать опасности я не хочу. Остается лишь надеяться на жесткие законы США в отношении домогательств и вторжения в частную жизнь. - Не сомневайся, - сказал Роберт, и обнял парня. Назвать театралом Калеба было сложно. До знакомства с Тао он едва различал понятия «опера» и «оперетта», серьезно утверждая, что это разные вещи, но почему, собственно, совершенно не знал. Однако с приходом в его жизнь новой девушки многое изменилось. Он посещал чуть ли не все мюзиклы Бродвея, а иногда, как это было сегодня, сопровождал Тао в театр. Девушка обожала балет всем сердцем, поэтому, когда в одной из афиш она вычитала о гастролях русского театра, тут же вынудила Кэла пойти с ней. Хотя, признаться, парень совсем не пожалел. Это было что-то воистину грандиозное! Костюмы, само исполнение танцоров, музыка, которая, казалось, проникала прямо в душу... Никогда ранее Калеб не замечал за собой такой любви к классической музыке, а тут он буквально решил, что обязательно купит диск с балетом «Конек-горбунок» русского композитора Щедрина. Последнее действие подходило к завершению, и хороводы девушек и парней кружили вокруг главных героев под чарующую музыку. И вот она стихла, а танцоры развернулись к залу и поклонились. Калеб вместе с Тао и остальными зрителями тут же сорвался с места и начал хлопать в ладоши. Это действительно было волшебно! Кто бы мог подумать, что русский театр - это действительно настолько чудесно? В глазах Тао светилось восхищение и почти физическое удовольствие от балета, фееричности всего действа, что безумно нравилось самому Калебу. Что может быть лучше, чем то, когда твоя девушка выглядит такой счастливой? После спектакля было решено посетить какой-нибудь хороший ресторан, выбор пал на Sardi's на Бродвее, один из самых заметных и любимых местными жителями мест, словно созданный для театральных любителей благодаря своему интерьеру. Столик был заказан еще на прошлой неделе, поэтому Калеб и Тао не толпились на входе, ожидая, пока места освободятся. - Мм… Даже не знаю, что заказать, - признался парень. У него вообще всегда было такое состояние – «хочу того не знаю чего». По началу Тао очень забавлялась, ходя с ним по магазинам. Когда она посылала его за молоком, он мог простоять возле холодильников с двухлитровыми паками двадцать минут, совершенно серьезно выбирая между разными производителями и ценами. В ресторанах и кафетериях все было точно так же. Калебу действительно было тяжело сделать выбор, и, бывало, когда он целенаправленно шел за одним, возвращался совершенно с другим продуктом. - Давай я, любимый, - усмехнулась Тао, и уже через пять минут официант отошел от их столика с заказом. Вскоре на столе появилась бутылка белого вина и два бокала, и девушка красноречиво указала взглядом Калебу на то, чтобы он соизволил разлить алкоголь. - Было очень здорово сегодня. Я даже не ожидал, - признался парень, протягивая девушке бокал с налитым вином. - Русский театр, а уж тем более балет, всегда отличался зрелищностью и красотой. Впервые я имела удовольствие наблюдать его в Лондоне, это было просто шикарно. "Щелкунчик" Чайковского, действие второе, танец фей... Это было незабываемо! - Надеюсь, мне выпадет возможность посетить его, - улыбнулся Калеб. За разговорами о мировой культуре они не заметили, как заказ был готов, и Калеб с Тао приступили к трапезе, не прекращая перебрасываться впечатлениями от спектакля. Когда с ужином было закончено и они заплатили за счет, молодая пара двинулась на улицу, где тут же поймала такси со старым колумбийцем за рулем. В салоне на всю играла радиола, водила подпевал какой-то народной песенке, а ребята, не желая портить себе настроение, подстроились под это, и, сидя на заднем сиденье, пританцовывали под ритмы музыки. Карлос, так звали водителя, сказал, что таких веселых американцев ему еще не доводилось подвозить. Он пожелал им хорошего вечера и взял, конечно же, намного больше, чем это было положено, но Кэлу с Тао было абсолютно все равно. Начав целоваться еще в лифте, они незаметно для себя добрались до нужного этажа и стали снимать друг с друга одежду, едва дверь захлопнулась за спиной. Когда Калеб притянул девушку к себе, чтобы покрепче обнять ее стройную фигурку, Тао обвила его талию ногами. Юноша взял ее на руки и понес в спальню, где осторожно положил на кровать и наконец расстегнул темно-синее бра, которое так сильно мешало. Девушка откинулась на спину и поманила Калеба за собой. - Только… - отвлеклась она и потянулась к выключателю ночника, стоявшего на тумбочке около кровати. Возле справочной, как всегда это было после посадки какого-нибудь самолета, собралась небольшая толпа иностранцев, пытающихся получить карты метро, дорог, улиц, проконсультироваться по поводу того, карточку какого оператора лучше всего приобрести. Широкоплечий, высокий мужчина терпеливо дожидался своей очереди, волоча за собой довольно большой чемодан с вещами. Прошло около пяти-шести минут, прежде чем количество народа наконец уменьшилось, очередь сократилась и мужчина сумел получить свою консультацию. Молодой парень с очевидно вымученной улыбкой предельно вежливо отвечал на его вопросы и протянул буклет с подробной картой Нью-Йорка. Иногда юноша переспрашивал, не совсем понимая человека с таким сильным британским акцентом, однако «спасибо за помощь» сразу же понял и даже вздохнул с облегчением. Англичан из-за временами непонятного акцента он совсем не любил, хотя ему часто приходилось иметь с ними дело. Мужчина вышел из аэропорта и наконец вздохнул полной грудью. На улице уже совсем стемнело, и оранжево-желтые таблички «тэкси» приятно радовали глаз. Он еще раз обвел взглядом развернувшееся перед ним великолепие и сказал в никуда: - Мы скоро встретимся. Не скучай… *она прямо-таки использовала в своей речи сленговое – «ya»