Враг мой - брат мой.

Стас начал приходить в сознание. Все тело ныло, гадко саднило, как одна большая рана. Тошнило, мозги отказывались воспринимать происходящее. Уши не слышали, в глазах смутная картинка. Вдруг под голову поднырнула чья-то рука и к губам прислонили холодный край металлической фляги. - Давай, давай, пей. Не хватало еще, чтоб ты помер. Вдоволь напившись, Стас начал приходить в себя. Сознание потихоньку прояснялось, боль ощущалась острее. - Вот так, молодец. – медленно опустив седую голову на рюкзак, фримен убрал руку, достал тряпку, намочил ее водой и промокнул должанину лоб, на котором так же красовались ссадины и синяки. - Ты... ты кто? М-м-м... - грудь как огнем обожгло. - Так, ты это, не дергайся! Я кое-как тебя забинтовал, я не профи! Так что ты не вытанцовывай тут. Стас поднял глаза на своего спасителя. И увидел молодого, такого же, как и он сам, парня, светлого-светлого, с белыми, подстриженными ежиком волосами и огромными голубыми глазами, которые слишком сильно поразили должанина своей кристальной чистотой. - А все таки... т-ты кто? - Я-то? Вещий я. Будем знакомы, вояка. Приподнявшись на локте, Стас вяло замотал головой, пытаясь понять, где они находятся. "Что за место такое?", - с какой-то досадой подумал он. И ведь правда. Старый брошенный дом, сложенный из бревен, через доски заколоченных окон в комнату проникал солнечный свет, который своими дорожками прорезал пространство в тёмном помещении. - А где мы? - Не переживай ты так. Я тут иногда живу, время от времени. Не далеко ушли. - Вещий присел рядом с долговцем. - Не далеко, это где? - недоумевал сержантик. - Ну, чтоб тебе не было так страшно, то Янов всего в восьми-девяти километрах от нас. Это ж егерский дом, стоит до сих пор и ему хоть бы хны, м-да... - фримен в какой-то момент завис, уставившись на нашивку "Долга", красовавшуюся на предплечье, - а ты как у бандосов в плену-то оказался? - вдруг выдал с искренним удивлением Вещий и перевёл взгляд на должанина. Долговец осёкся. Рассказывать историю его попадания в руки к бандитам, которая казалась ему крайне позорной для такого, как он, ну очень не хотелось. Он же лучший боец "Долга", как-никак. Он мельком посмотрел на свободного, который буквально пялился на него своими огромадными глазами, которые как-то слишком сильно выделялись на точёном, худом и бледном лице. Парень сел на койке, медленно спустив ноги на дощатый пол. Аккуратно потёр виски. - Ну... в общем, Шульга на днях тут прослышал, что на КПП снова появилась шайка бандитов. Послал меня одного зачистить их, сославшись на то, что, понимаете ли, целый квад для такого "плёвого" задания посылать это типа глупо. Мол, я и сам справлюсь. Ну я и пошёл. Но я не думал, что их там вместо пяти-шести человек будет больше десятка. Ну и повязали меня, дурака. - Стас отвел смущенно-обиженный взгляд куда-то в сторону окна, нервозно при этом постукивая ботинком по полу. - М-да. А почему, когда я тебя освободил, ты не на Янов побежал, а на завод? - с еще большим недоумением спросил свободный, поправив на собеседнике повязку. Стас замялся. Ведь он и сам не совсем понимал, почему именно туда его чёрт понёс. С одной стороны, было совестно, что он провалил задание. Ведь если об этом узнают на Янове, то насмешек со стороны коллег ему не избежать. А с другой... а что с другой, хрен поймёт. - Не знаю я. Просто побежал и всё. Не важно. - долговец отмахнулся. Фримен с каким-то недоверчивым прищуром зыркнул на него. - Ну, как знаешь, мэн. Не буду доставать. Я сейчас вернусь, подожди тут... - Вещий поднялся со скрипучего стула и вышел из комнатушки. Проводив фримена взглядом, Стас снова начал оглядывать помещение. Дом был далеко не новым, но и не ветхим. Тот, кто собирал этот дом, наверняка был хорошим мастером. Потому что, несмотря на прошедшие годы, выглядел он вполне надежным, во всяком случае, изнутри. Была даже громадная настоящая каменная печь, с облетевшей известкой. Размеры её впечатляли - занимала она не меньше чем одну треть всей комнаты. Смущала только кое-как понапиханная свежая пакля, свисающая из щелей длинными лоскутами. Да и нехитрая обстановка особого шарма не доставляла. Понатасканное добро представляло из себя набор из четвёрки совершенно разных стульев, одной малюсенькой, детсадовского вида табуреточки, мощного дубового стола с такими же мощными резными ножками, до боли знакомый югославский буфет-стенка из стружечных панелек и стеклянными стенками, который в совке был одним из самых популярных предметов интерьера у большинства таки совковых и до дикой боли в заднице честных граждан. Больше всего удивляли уцелевшие стенки. На противоположной же стене, у которой стоял этот столище, висел обожраный оголодавшей чернобыльской молью побледневший персидский красный ковёр с наркоманским рисунком. Все в лучшем духе советов, как говорится. Кушайте, не обляпайтесь. За соседней стеной послышался грохот падающей, явно алюминиевой посуды. Тихие, смешные и задористые словечки, вылетающие из свободовского рта, которые у него видимо считались страшными ругательствами. Любопытство требовало поднять зад не отошедшего от долгого сна должаниновского тела с койки и пойти таки глянуть, что же творит там этот подозрительный анархист, который вроде бы и не представлял особой опасности для сержанта. Кряхтя и шипя от острой боли в боках и других частях тела, он всё-таки смог подняться и осторожно переступая дойти до дверного проёма, ведущего в коридор. Справа дверь, заставленная каким-то дерьмом, слева проход на своебразную то ли кухню, то ли веранду. Дойдя до двери, Стасу представилась замечательная картина: Вещий, не замечая сержанта, с особым старанием и высунутым кончиком языка резал остаток колбасы. Резать его было не удобно, он так и норовил вылететь из-под ножа, не хотел он становиться ломтиками для бутера. Остервенелость лица свободовца развеселила Стаса, заставив его хрипло захихикать. Сосредоточенный до этого лишь на остатке колбасы фримен дёрнулся в испуге, отчего нож в его руке тоже дёрнулся и соскочил с куска колбасы ему на палец, порезав его. - Ай! С-с-су... бля. - фримен бросил нож на доску, сунул кровоточащий палец в рот и обиженно взглянул на хихикающего злорадным образом должанина.