After 2.

POV Тесса. Голова Гарри давит на мой живот, когда меня будит вибрация телефона на тумбочке. Я тихо поднимаю его, настолько тихо, насколько могу. На экране высвечивается имя моей матери, и я стону, прежде чем отвечаю на звонок. - Тереза? - ее голос бьет по ушам через динамик мобильного. - Да. - Где и когда ты будешь здесь? - она спрашивает. - Я не приеду, - отвечаю ей. - Сейчас Рождество, Тесса. Я понимаю, что ты расстроена из-за ситуации с твоим отцом, но ты должна вернуться домой и провести праздник со мной. Тебе не нужно быть одной в каком-то отеле. - Я не хочу вести машину в такую метель, и вообще не хочу приезжать, - чувствую себя немного виноватой из-за того, что отказываюсь проводить Рождество со своей матерью. Она не самая хорошая женщина, но я - ее единственный родной человек. Гарри шевелится и поднимает голову, когда я собираюсь сказать ему, чтобы он молчал. - Что случилось? - он говорит, и я слышу нервный вздох мамы. - Тереза Янг! О чем ты думаешь? - она кричит. - Это не то, что я сейчас делаю. - Это же он, не так ли? Я знаю этот голос! - Я сейчас отключусь. Ужасный способ, чтобы проснуться. Я сажусь, нежно отталкивая Гарри от себя, и прикрываю одеялом свое обнаженное тело. - Не смей вешать... - она кричит, и я вешаю трубку. Я знала, что рано или поздно она узнает, но все-таки надеялась, что поздно. - Что она сказала? - Гарри спрашивает, потирая заспанные глаза. - Она звонила, потому что думала, что я собираюсь приехать к ней на Рождество. - Ох... - Потом она услышала тебя... и теперь она в ярости, - я говорю и показываю свой мобильник, на экране которого два пропущенных вызова. - Ты же знала, что так и будет, это даже лучше, что она узнала все таким образом. - Не совсем. Она бы могла просто выслушать мои объяснения, а не услышать тебя на заднем плане. - То же самое, в любом случае она была бы зла, - он пожимает плечами. - Тем не менее, - я немного огорчена его реакцией. Я знаю, что он недолюбливает ее, но она по-прежнему моя мама, и я не хотела, чтобы она выяснила все таким образом. - Ну, ты что хочешь пригласить ее на милый рождественский ужин? - Ох, правда? - я огрызаюсь. - Я просто сказал. - Ты бы мог относиться к этому немного лучше. - Прости, - он говорит. Я ожидала, что его грубый характер вернется, но рада, что он предотвратил это. - Хочешь, я приготовлю тебе завтрак, Дейзи? - Гарри улыбается. - Дейзи? - я приподнимаю брови. - Сейчас еще рано, и у меня пока нет сил, чтобы цитировать литературу, но ты слишком сердитая, поэтому я назвал тебя Дейзи. - Дейзи не была сердитой, и я тоже, - не могу удержать улыбку. - Это правда, и как ты узнала, о какой Дейзи я говорю? - Есть только несколько Дейзи, и я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, какую именно ты имел ввиду. - Правда? - Да, и твоя попытка обидеть меня с треском провалилась, - я дразню. - Да... да... миссис... Беннет, - он говорит в ответ. - Предполагаю, что так как ты сказал "миссис", то речь идет о матери Элизабет, это означает, что ты в очередной раз пытался сделать мне неприятно. - Ладно... ладно... Боже мой. Человек осужден за невинную шутку, - он смеется. Мое предыдущее раздражение полностью исчезает, когда мы продолжаем нашу шутливую дискуссию и поднимаемся с кровати. Гарри сообщает, что сегодня я могу остаться в пижаме, так как мы не собираемся выходить из дома. Если бы я была в доме мамы, то давно уже была бы одета в свой лучший воскресный наряд. - Ты можешь просто надеть вот эту рубашку, - он указывает на вещь на полу. Я улыбаюсь и забираю одежду, перед этим надев бюстгальтер, который вчера положила сверху на шорты. Когда я выбиралась куда-то с Ноа, и речи быть не могло о том, чтобы одеть брюки. До недавнего времени я ни разу не пользовалась косметикой, но одета была всегда мило. Интересно, что бы он подумал, если бы я провела время с ним в спортивных штанах и мешковатой кофте. Я всегда думала, что с Ноа мне комфортно. Я думала, что рядом с ним становлюсь собой, но на самом деле он ничего не знал обо мне. Он не знает меня настоящую, ту сторону моего характера, которую показал мне Гарри. - Готова? - он спрашивает, и я киваю, собирая волосы в пучок. Оставляю свой выключенный мобильник на тумбочке и иду на кухню за Гарри. Приятный запах кофе наполнил помещение, когда Энн стоит перед плитой, переворачивая блин. - С Рождеством! - она поворачивается к нам и улыбается. - Сегодня не Рождество, - Гарри говорит, и я посылаю ему свирепый взгляд. Он закатывает глаза и дарит улыбку своей маме. Я наливаю себе чашку кофе и благодарю Энн за приготовленный завтрак. Мы с Гарри сидим за столом, когда она рассказывает нам, что эти блины ее научила готовить бабушка. Гарри внимательно слушает и даже улыбается во время завтрака. - Мы откроем подарки сегодня? Я полагаю, завтра ты будешь у мамы? - Энн спрашивает. Тарелка в моих руках чуть не упала на пол, а не в посудомоечную машину, куда я хотела ее засунуть. Не знаю, что ей ответить, Гарри молчит. - Я... вообще-то я... я говорила... - не могу подобрать слова. - Завтра она собирается в дом отца, и обещала Лиаму, что придет. У него больше нет друзей, поэтому она не может отказаться, - Гарри объясняет. Я благодарна ему, но нужно напомнить, что я не единственный друг Лиама... ну, он точно мой единственный друг. - Ох... все в порядке. Дорогая, тебе не следует бояться говорить мне такие вещи. Я не имею ничего против того, чтобы ты провела время с Кеном, - Энн говорит, и я не до конца понимаю, к кому из нас она обращается. - Я не собираюсь туда идти. Я сказал ей, чтобы она оповестила их, что мы не придем, - Гарри говорит ей. - Мы? Они пригласили и меня? - ее тон полон удивления. - Да... они хотели, чтобы вы оба пришли, - я объясняю. - Почему? - она спрашивает. - Я не знаю... - я отвечаю. Я и вправду не знаю, почему они пригласили Энн. Карен так добра, и я знаю, что она хочет исправить отношения ее мужа с его сыном, это единственное объяснение. - Я уже сказал "нет", не беспокойся на счет этого, мам. - Нет, может быть, мы должны пойти, - она говорит, удивляя нас обоих. - Почему ты хочешь этого? - Гарри спрашивает. - Не знаю... с последнего раза, когда я видела твоего отца, прошло почти десять лет. Думаю, что я должна посмотреть, как изменилась его жизнь. Кроме того, я знаю, что в Рождество ты не захочешь быть далеко от Тессы. - Я бы могла остаться здесь, - я говорю ей. Мне не хочется отменять нашу встречу, но также не хочется, чтобы Энн чувствовала себя обязанной пойти. - Нет, правда. Все хорошо, мы все должны идти, - она отвечает. - Ты уверена? - Гарри спрашивает, тревога слышна в его голосе. - Да... будет не так уж и плохо. Кроме того, если Кэти учила Тессу, как готовить это печенье, могу себе представить, насколько вкусной будет еда, - она улыбается. - Карен, мам. Ее зовут Карен. - Эй, она жена моего бывшего мужа, я могу называть ее как угодно, - Энн смеется, и я присоединяюсь к ней. - Пойду позвоню Лиаму и скажу, что мы все придем, - я говорю им и выхожу из комнаты. Никогда не думала, что буду проводить Рождество с Гарри и его семьей, обеими сторонами его семьи. Последние несколько месяцев были совсем не такие, какие я ожидала. Когда я включаю мобильник, на экране высвечиваются три голосовых сообщения, уверена, они от моей матери. Я не обращаю на это внимания и набираю Лиама. - Привет, Тесса! Поздравляю с Сочельником, - его голос такой радостный. - С Сочельником, - я отвечаю и представляю его теплую улыбку. - Тебя тоже. Ты же звонишь не для того, чтобы отказаться? - Нет, конечно, нет. Наоборот. Я звоню, чтобы убедиться, приглашение для Энн и Гарри еще в силе? - Правда? Они хотят придти? - Да... - Значит, ты и Гарри... - Да... знаю, я идиотка. - Я этого не говорил, - он отвечает. - Знаю, но ты подумал об этом... - Нет, это не так. Мы завтра обо всем поговорим, но ты не идиотка, Тесса. - Спасибо, - я говорю ему. Он единственный человек, у которого нет негативного мнения насчет этого. - Я скажу маме, что они придут. Она будет так рада, - он говорит, прежде чем вешает трубку. Когда я возвращаюсь, Гарри и Энн сидят в гостиной со своими подарками на коленях и другими на диване, предполагаю, они для меня. - Я первая, - Энн улыбается и освобождает коробку от подарочной упаковки. На ее лице появляется широкая улыбка, когда она достает спортивный костюм, который я ей подарила. - Я обожаю их! Как ты узнала? - она спрашивает, и я указываю на серый костюм, который она надела. - Я не очень хороша в покупке подарков, - говорю ей. - Не говори глупостей, это прекрасный подарок, - она уверяет, открывая вторую коробку. Когда она ее открывает, крепко обнимает Гарри, а затем достает ожерелье с гравировкой "Мама", как он мне и говорил. Уверена, тот факт, что он приготовил ей подарок удивляет и согревает ее. Кажется, ей понравился плотный шарф, который тоже был в коробке. Мне, действительно, жаль, что я не купила подарок для Гарри, я всегда знала, что вернусь к нему, и думаю, он это тоже знал. Он не упоминал о подарке для меня. Мы можем подарить друг другу хорошие подарки в следующем году. "Если вы продержитесь до следующего года", - мое подсознание добавляет. Гарри дарит маме свою лучшую фальшивую улыбку, когда достает одежду, которую она ему подарила. Это красная кофта с длинным рукавом, и я пытаюсь представить Гарри в чем-то, только не в черном или белом, но не могу. - Твоя очередь, - он мне говорит, в попытке перевести тему с ужасной одежды, которую подарила Энн. Я улыбаюсь и нервно разворачиваю первый подарок. Энн хороша в выборе женской одежды, а не мужской. Персикового цвета платье доказывает этот аргумент. Оно в стиле легкой девушки-куколки, и мне это нравится. - Спасибо, очень красиво, - я говорю и обнимаю ее. Я очень ценю то, что она приготовила для меня рождественский подарок, мы недавно познакомились, и она знала, что творилось между нами с Гарри, но все равно была такой любящей и приветливой. У меня такое чувство, что я знаю ее гораздо дольше, чем несколько дней. Вторая коробка намного меньше первой, но количество подарочной ленты делает процесс открывания весьма трудным. Когда я наконец открываю ее, вижу браслет, своего рода кулон-браслет, но он значительно отличается от всего, что я видела прежде. Энн настолько вдумчива, такая же, как ее сын. Я вытаскиваю его и пробегаюсь по нему пальцами, чтобы рассмотреть небольшие прикрепленные к нему кулончики. Их всего три, и каждый по размеру не больше, чем ноготь моего большого пальца, два из них сделаны из того, что похоже на олово, а третий твердый и белый... может, из фарфора? Первый кулончик в форме сердца, второй - музыкальная нота. Третий, тот что посередине, немного больше, чем два других и представляет собой книгу. Когда я получше его рассматриваю, замечаю, что на обороте этой маленькой книжки что-то написано: "Из чего бы ни были сделаны наши души, его и моя - одинаковые". Я смотрю на Гарри и стараюсь сдержать появляющиеся в глазах слезы. Этот подарок не от его матери. Этот подарок от него.