Слепой маг

Бертольд, увидев ребенка, завалил измученного друга дюжиной вопросов, на которые маг не обращал внимания и лишь отмахивался. Пока взрослые разбирались, как помочь ещё одному мальчику, Дерек настолько устал, что больше не мог использовать магию, Гарри прислушивался ко всем звукам, принюхивался к запахам. Из разговора было понятно, что маг принес мальчика похожего на Гарри, но сам Поттер не мог уловить его присутствия. Он лишь ощущал очень сильные запахи крови и грязи, заполнившие помещение. Гейб же, наоборот, в отличие от Гарри он сразу определил присутствие двух людей в комнате, определил, где они находятся, что один из них - маленький мальчик, а другой - крупный, взрослый мужчина. Во всей этой суматохе он прекрасно мог выделять дыхание людей, ведь Гейб был слеп от рождения и развил до небывалой высоты все остальные чувства, а Гарри лишь предстояло это сделать. *** В тот вечер Поттеру так и не удалось пообщаться с новым мальчиком, однако на следующий день прошедший все реабилитационные процедуры, заготовленные Дереком, Гейб сам подошел к кровати Гарри, чем немало напугал мальчика со шрамом. - Привет, меня зовут Гейб Перлонс, - раздалось у самого уха Гарри. - А тебя как? - Гарри Поттер, - тихо ответил мальчик. - Неужели ты тот самый Поттер? - с пугающим энтузиазмом спросил Гейб. - Да, наверное, - неуверенно ответил "тот самый Поттер" и убрал волосы со шрама. - А у тебя правда есть странный шрам в виде молнии? - Д-да, - Гарри недоумевал, он ведь только что показал его. - Классно! Жаль только я не смогу его увидеть. А можно я до него дотронусь? - Д-да, - снова неуверенно ответил Поттер. Он вчера что-то слышал об этом, но был не уверен в услышанном, да и ещё ему казалось необыкновенным то, что Гейб спокойно передвигается. Гейб хоть и был слеп, оставался все равно невероятно активным. А Гарри уже порядком надоело лежать на кровати, и он осмелился попросить Гейба научить его ходить и всему остальному, что знал Перлонс, на что тот с радостью согласился. Общаться с ровесником было очень весело. Разговорившись, мальчики обнаружили еще больше общего: они оба лишились родителей и жили с дядей и тетей, которые их эксплуатировали, оба имели кузена, для которого были боксерской грушей. Но нашлись и отличия: Гейб жил в небольшой комнате, а не в чулане под лестницей и перед побегом успел устроить своему кузену встряску, связав и избив его, устроил много пакостей своим дяде и тете, которые тоже были магами, в отличии от Дурслей. Еще об одном сходстве мальчики не догадывались, а ведь у обоих были взлохмаченные темные волосы, немного отличающиеся оттенком, но этого было практически не заметно. Маг и охотник с любопытством наблюдали за мальчишками, много о них узнавая. К радости Дерека Гейб оказался общительным и дружелюбным, как только боль от побоев прошла, казалось, мальчик забыл и об обидчиках. *** Шло время, мальчики росли, обучались магии и охоте. Гарри уже догнал друга по способностям, хоть это нелегко ему далось. Он успел получить огромное множество ссадин и шишек, врезаясь в оставленные открытыми дверцы шкафчиков и ударяясь об ножки мебели. Однако это было наименьшим, что с ним произошло. Гейб и Гарри стали как братья. Ещё той первой осенью они придумали себе общее имя как символ похожих судеб. Мальчикам было всего по шесть лет, они были глупы и наивны, не знали, насколько сильно отличалось их будущее и что было в прошлом. Для имени они изменили имя Гарри на Гавейн, для фамилии - Перлонс на Периадор. Бертольд стал тренировать их по ночам, ведь свет им был ни к чему, что стало их преимуществом в кромешной тьме ночи. Дерек раздобыл две волшебные палочки, специально для мальчиков, однако оставался недовольным тем, что палочки не слушались новых хозяев. Будь у них лучшие палочки, результат был бы превосходным. К сожалению, ничего не может продолжаться вечно. На острове наступили тяжелые времена. Магические животные, державшиеся подальше от людей, стали часто захаживать к ним в хижины. Некоторые маги и разбойники начали сходить с ума и убивать всех, кого встречали. Вокруг разворачивался ад, состоящий из криков боли, крови и смерти. Становилось все обыденнее ступать по липкой, чвякающей жиже и переступать окоченевшие, а иногда и ещё теплые тела. Когда все это началось, Гарри и Гейбу было по одиннадцать. Когда удалось найти выход с острова, им уже было по тринадцать, они стали прекрасными воинами, пережившими огромное количество состязаний на грани жизни и смерти. Однако ужасный случай разлучил их навсегда, а манящий выход захлопнулся перед самым носом. Ад всполыхнул с новой силой, казалось, хуже быть не может, а новый лучик надежды появился лишь через пять лет, когда живых на острове почти не осталось.