Сладкий кошмар

It's a crime to let it happen to me Never mind I'll let it happen to you Never mind forget it, there's nothing to lose But my mind and all the things I wanted. *

      Шестеро братьев под вечер собрались в гостиной. В последний раз они это устраивали перед приездом Джун, а в этот по причине её внезапной болезни. Девушка слегла в постель с настолько высокой температурой, что даже вампиры не рискнули к ней прикасаться, тело её будто пылало. В больницу никто её отправлять не собирался, поэтому пришлось просить врача переехать на время к ней, чтобы следить за состоянием жертвенной невесты, кровь которой попробовать успели не все, то есть старшие.       Шу, который первым заметил недуг Араи, три дня назад проснулся от того, что даже для него стало нестерпимо жарко. Плохо соображающий со сна, он обнаружил свое сонное тело в чужой комнате, на кровати с брюнеткой. Она доверчиво обняла его, сгорая от сильного жара, охватившего её тело. Блондин еле избавился от цепких пальцев девушки и поделился новостью с остальными. Никто особого беспокойства не проявил, но все-таки решили, что новую невесту им придется ждать долго. — И сколько нам голодать? — недовольно пробурчал Аято, скрестив руки на груди. Он вольготно устроился в удобном темно-синем кресле и сверлил всех злым взглядом. Жажда была невыносимой, но кусать Джун он не решался, опасаясь, что зараженная кровь может плохо на нем сказаться, но виду не подавал. Хотя у остальных братьев в голове наверняка бродили подобные мысли. Райто был сегодня в несвойственной для него депрессии и отказывался вступать в дискуссии, переключив свое внимание на помятую в нескольких местах шляпу. Канато сидел недалеко от него и нежно обнимал Тедди, воркуя что-то в его плюшевое ухо. — Сколько потребуется, — сухо ответил Рейджи, сидя напротив Аято, положив нога на ногу и изображая на лице крайнюю степень задумчивости. Ведь сортировку она так и не закончила, поэтому нужно придумать наказание и болезнь оправданием считаться не будет.       Более никто не произнес ни слова, углубившись в свои мысли. Субару только тихо бесился в своем кресле, не понимая из-за чего все сегодня такие несчастные. Ведь из-за остальных невест никто не переживал. Ну свернули шею или запихнули в "Железную Деву", а потом ждали другую игрушку, а этой даже врача вызвали. Но ни одна из невест еще не болела в их особняке, поэтому это было в новинку, когда свежая кровь есть, но она недоступна. В обычное время они давно бы зажали девушку где-нибудь в углу и наслаждались её муками. А сейчас она заболела и лишь Рейджи знал чьими стараниями, но с братьями делиться не стал. Из-за той злополучной ванной он не хотел терять авторитета в глазах остальных вампиров, в глазах Шу. Хотя этому охламону совершенно плевать на все, даже на собственное наследство. И по идее жертвенная невеста должна тоже достаться ему, если считать по-старшинству, а не степени ответственности. Но так как ему все равно, то девушка общая. И выбор за ней. А знает ли она, что должна сделать выбор? Не факт, конечно, что любой из вариантов окажется правильным, но может быть ей повезет... Если повезет. — Вынужден вас покинуть, — брюнет поднялся из кресла и направился в сторону лестницы. Как она там, боль их головная?       Движения Рейджи были лишены кошачьей грации, свойственной Райто, не излучали высокомерие, коим был исполнен Аято, он поднимался держа спину прямо, решительно ступая по ступеням, обитым мягким ковром. Брюнет выглядел надежным. Если бы не его вампирская сущность, то у такого не грех просить покровительства или совета. Такой вызывает доверие и учит на примерах, как держать себя в обществе, показывает безупречные манеры. Он почти идеальный. Только холодный, рассудительный, скупой на слова, но сильный враг и не менее сильный друг, на которого можно положиться, если доказать, что достоин этой дружбы.       В комнату Араи он вошел, как и положено, постучав перед этим. Так как вечер уже близился к ночи, то в комнате было темно, и лишь тусклый свет от старой лампы, которая была старше каждого из них, освещал небольшое помещение, вмещавшее в себя широкую кровать, платяной шкаф, трельяж с зеркалом и пару стульев обитых мягкой тканью. — Как ты себя чувствуешь? — неожиданные заботливые нотки появились в его голосе, приведя девушку в недоумение. Она и так чувствовала себя отвратно, а тут еще такое, и неизвестно, что от него ожидать. Вот и Джун гадала, с трудом приподнявшись на локтях, чтобы разглядеть незваного гостя из-под вороха подушек. — Немного лучше, — хриплым голосом ответила она и тут же закашлялась, прикрыв рот ладошкой. Болезнь сильно вымотала её, превратив в бледное привидение с кругами под глазами. Рядом с кроватью Джун стоял поднос с питательным куриным бульоном, к которому она даже не притронулась, то ли из-за упрямства, то ли не было сил, чтобы самостоятельно держать ложку. Но и дураку понятно, что сейчас один единственный укус может лишить жизни. Вот и братья понимали, хотели крови, но терпели скрипя зубами и ожидая, когда она пойдет на поправку. — Это хорошо, а то ты забыла про свои обязанности напрочь. Пропущенные дни мы тебе припомним, — тон Рейджи вновь холоден. Он стоял у входа с безразличием на лице, прожигая её своими глазами. Страха у Араи он не вызывал, так как не давал повода для этого. Для неё он как строгий наставник, да и для братьев тоже. На его плечах особняк и младшие, за которыми должен был следить Шу, так как старший. — Угу, — девушка вздрогнула и посильнее закуталась в одеяло. Её мучила одна вещь. Брюнету она доверяла, поэтому это был наилучший момент, когда стоит задать интересующий её вопрос. — Прости, я случайно обнаружила странную записку. Так как она упоминает жертвенных невест, то я посчитала, что имею право прочесть её, но там не хватает слов... Рейджи, что это? — она с трудом легла на живот, не выбираясь из своего теплого кокона, распласталась на кровати и чуть поддалась вниз, после чего вынула руку из одеяла и принялась искать что-то на полу. Сакамаки скептически изогнул левую бровь, думая не тронулась ли умом их невеста.       Треклятый клочок бумаги никак не хотел находится из-за чего Джун тяжело вздыхала, но продолжала поиски. На кровати осталась лишь её нижняя часть, находившаяся в тепле, а вот остальное вовсю шуровало по полу. И аллилуйя! Пальцы коснулись потрепанной временем бумаги и выудили её на свет из-под чертогов необъятной постели. С победным кличем, который сменился кашлем, похожим на карканье вороны, она протянула его Рейджи. Он долго колебался, но таки взял его и принялся внимательно изучать, хмуря брови. — Ну хоть одна невеста проживет дольше положенного, — пробормотал он, пытаясь понять где могло это недоразумение найти записи их отца. Скорее всего в его кабинете, так как все книги и прочие бумаги находятся только в нем. — Что это значит? Это ведь касается меня, да? — Джун нетерпеливо заерзала и чуть подалась вперед с горящими от любопытства голубыми глазами. Из-за этого ночная рубашка сползла вниз, оголяя плечо и являя взору вампира едва заметные следы от клыков. Все внутри него передернулось, ведь за все время он так и не попробовал её крови и сейчас его мучило нестерпимое желание наконец попробовать жертвенную невесту на вкус, хоть он и понимал, что это убьет её. — Да, касается. Здесь говорится про выбор. Сейчас мы все имеем право пить твою кровь, но если ты выберешь одного из нас, то другие уже не смогут сделать этого. А про обряд я тебе говорить не собираюсь, все тебе разжевывай, не маленькая ведь, — брюнет тихо сглотнул, пытаясь пересилить себя и незаметно сжал кулаки. Чертова девка, и зачем он только шел сюда... — Одного? Мне опасно выбирать любого, вы все ненормальные, — девушка передернула плечами и отвела взгляд в сторону. Ни один из вариантов не обещал счастливой концовки и вполне мог иметь летальный исход для неё. — Нет, мы просто гораздо выше людей, поэтому их интересы для нас пустое, — хмыкнул Рейджи, засовывая обрывок в карман. Ну девушка оказалась довольно проворная, а это значит, что нужно получше обдумать, что с ней делать. Пока она не сделала выбора, от неё можно избавиться, ведь потом только избраннику решать судьбу невесты. — Если вы с клыками, то это не значит, что умнее всех, — с обиженным лицом пробормотала Джун, даже не глядя на него. — Тогда почему ты позволяешь кусать себя, если считаешь, что самая умная? — сухо поинтересовался брюнет. — Я - женщина, слабый пол, поэтому в одиночку ни на что не способна. А вас шестеро. Шансы не равны, — Араи откинулась на подушки и поморщилась. Укус Шу был самым болезненным из всех, наверное, из-за того, что отметины от клыков остались между лопаток. Все-таки, когда он проснулся, то вспомнил зачем приходил и укусил прежде, чем сообщил о её болезни. Но тогда, сквозь жар она ничего не почувствовала, кроме прикосновений, а сейчас двигаться было нестерпимо больно. — Не вижу смысла в этом разговоре. Иди сюда, — Рейджи уже не мог терпеть. Он был единственным кто сдерживал себя дольше всех, поэтому хотел справедливости. Он встал рядом с кроватью и прожег её своими внимательными глазами, отмечая, что братья довольно оригинальны в своих методах, да и синяков меньше. Ведь с этой девушкой они в основном игрались. — Я же болею... Может не надо? — Джун, округлив глаза от страха, попыталась отползти чуть назад, к спинке кровати. Внезапное осознание того, что к ней пришли не просто поговорить заставило сердце биться еще сильнее. Но это же Рейджи, который не высказывал к ней никакого интереса, которого она принимала за наставника для остальных, тот, который следил за всеми, вел себя иначе, чем другие. А теперь... Ну да, он ведь тоже вампир, но этот просто укусит и уйдет, так как сама она ему не интересна. — Глупая женщина, — сказал он, как отрезал, забираясь на кровать. Слабая её попытка скрыться за ворохом подушек не увенчалась успехом, так как её грубо схватили за ногу и, притянув ближе, погребли под себя, устроившись точно между ног. Джун даже закричать не могла из-за больного горла, она лишь оперлась руками о его грудь, стараясь увеличить расстояния их лиц друг от друга. Черт, слишком близко. Только не он, не тот, кто вел себя с ней более нормально. — Рейджи, только не ты, — слезы выступили на глазах, последняя надежда рушилась прямо сейчас, подтверждая, что вампирам все равно на людей. Её руки обхватывают холодные пальцы, сжимая их до противного хруста, заставляя захныкать от боли и отвернуться от знакомого лица, на котором была лишь жажда. Обычная животная жажда и ничего более. — А кто же тогда, — не вопрос, а утверждение. Скептически осматривает тонкую шейку, спускается ниже и вздыхает. Неугомонные братья и когда только успевают. А черт с ними, он не привередлив. Он скуп на ласки, поэтому не медля впивается в еще не заживший рубец на шее. Пьет не жадно, а будто смакуя вкус, как дегустатор дорогого вина, стараясь продлить мгновения. И только сейчас замечает, что она не вырывается, а тихо хнычет. Он чувствует как судорожно вздымается её грудь, как горит её тело, и гадай теперь от чего. А кровь её обычная, человеческая, просто редкая - четвертая. Вторая уже с такой кровью. — Подумай хорошо насчет выбора, иначе можешь умереть так же, как и остальные, — Рейджи освобождает её руки от захвата и, в порыве не знакомого ему раньше желания, касается губами места укуса. Некий скупой, вампирский поцелуй - благодарность за кровь. И странное дело, но отметин больше нет, просто обычная кожа без повреждений. — Будь добр, дай мне что-нибудь от температуры, — еле шевеля губами сказала она, глядя куда-то в пустоту помутневшими голубыми глазами.       Рейджи только еле сдержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу, от осознания собственной глупости. Вот ведь черт, знал ведь, что нельзя кусать сейчас, но не стерпел. Как маленький сопливый вампиришка бросился на услужливо подставленную шейку и вонзил в неё клыки, даже не задумываясь о последствиях. Выругавшись сквозь зубы он послушно дал нужные таблетки и стакан воды. Даже помог ей запить их. Второй раз он совершил ошибку. Из-за первого она заболела, а из-за второго находится почти при смерти. Да уж, самый расчетливый и умный вампир, пример для остальных, ага.       В комнату девушки к его облегчению вошел немолодой мужчина в белом халате и очках. Увидев Джун он только охнул и принялся искать что-то в безразмерных карманах, при этом он успел показать Рейджи на дверь, нахмурив брови. Про сущность братьев он знал, но нисколько не боялся. — До свидания, — буркнул брюнет, поправив собственные очки и поспешил выйти из помещения. В коридоре он снова сделался беспристрастным и холодным ко всему.

***

Шу плелся по коридору с крайне сонным видом, вслушиваясь в мелодию играющую в его плеере и настраивающую на мирный лад. От неугомонных братьев столько шума, что уснуть спокойно на диване ему никто не дал, поэтому пришлось искать себе другое пристанище. Желательно тихое и уютное, чтобы никто не тревожил. Но, видимо, судьба к нему сегодня не благосклонна, так как на пути своем он встретил Рейджи, у которого был хмурый вид, из-за которого становилось не по себе даже самым стойким, но на то Шу и вампир, что ему все это, как мертвому припарки. Он хотел со спокойной совестью обогнуть его по широкой дуге, но ему не дали этого сделать, схватив за рукав. Шу с равнодушным видом отцепил от себя пальцы брата и засунул руки в карманы, ожидая объяснений такому неслыханному поступку. — Чего тебе? — поинтересовался он, желая наконец уйти в спокойный уголок и вздремнуть. — Она узнала про выбор, — сухо ответил Рейджи, которому тоже было не в радость общаться со своим старшем братцем, которому всегда доставалось все: внимание матери, наследство и прочие радости, о которых брюнету оставалось только мечтать за необъятными кучами книг. Но он отомстил, отомстил жестоко, ранив Шу, лишив его друга и сделав его безразличным ко всему. — Сама или кто помог? — на лице блондина не промелькнуло никаких эмоций. Пусть даже случится апокалипсис - ему будет плевать с высокой колокольни на все. — Скорее всего, что сама, — брюнет скрестил руки на груди, не сводя пристального взгляда с брата. Да, давно у них не было разговоров один на один и инициатором этого оказался он сам, что раздражало его. — И что ты предлагаешь? — зевнул Шу, прислонившись спиной к стене и спокойно вытерпев пристальный взгляд. — Подтолкнуть её к выбору, — глаза Рейджи нехорошо сверкнули, и от этого Шу даже незаметно поежился, но виду не подал, а только кивнул. Похоже, что отдохнуть ему не дадут. — Разговор не для чужих ушей, расскажешь все в своем кабинете, — блондин тяжело вздохнул и нахмурился, понимая, что покоя в ближайшие дни ему не видать, как собственных ушей, поэтому чем раньше они закончат, тем быстрее он вернется к своей спокойной и мирной жизни. И Рейджи какой-то не такой сегодня, вот бурые следы от крови остались на его одежде. Укусил-таки, ну молодец. _____________________________________________________________ * - Breaking Benjamin – Forget It