Всё зависит от тебя.

Последующие два дня прошли для Хаширамы как в тумане: если она и помнила, как дошла до Конохи, то их встреча с кланом Хьюга - с большим трудом. Клан Солнца, то бишь Хьюга, был встречен гостеприимно, что организовала Мито – в честь прибытия гостей был устроен грандиозный праздник, который перешел в собрание. В памяти всплывали кусочки моментов, но девушка и не пыталась их собрать в едино. Хаширама весь день и ночь просидела у себя в комнате, попросив прощения у клана Хьюга, слив всё на болезнь. Благо, ничего они рыть не стали и пожелали выздороветь. А дальше Хаши не помнила. Спала ли или сидела, а может вообще занималась чем. Она лишь думала, наверное и во сне. Она слышала радостные голоса шиноби Хьюга, которые общались со всеми на равных, как с Учиха и Сенджу, так и с Сарутоби и Шимура. Обычно Хаширама бы первой выбежала встречать гостей, но сейчас не было настроения даже чаю попить, ну или просто погулять. Когда в дверь постучались, Хаширама не сразу сообразила, что к чему. И, возможно, не дождавшись, в ее комнату вошел Тобирама, держа поднос с едой. Сама девушка сидела на подоконнике, обняв колени и смотря на то, как брат садиться рядом. - Ты должна поесть, - более мягко сказал Тобирама. - Изводя себя, ты не остановишь войну. - Нападения были? - спросила сестра. - К сожалению, - кивнул альбинос. - Но мы с Изуной смогли всё уладить, пока что жители не догадываются, что война близко. Поешь. - Я правда не хочу, - покачала головой шатенка. - Не стоит. - Это... Это передал Мадара. Говорит, что сам приготовил. Он волнуется. Сейчас занят, подписывает бумаги вместе с Хьюго. Хаширама тяжело вздохнула и собиралась взять палочки, как Тобирама настоял на том, что сам накормит. Она слабо улыбнулась и приоткрыла рот. Альбинос не спеша кормил ее с рук, вспоминая те дни, когда всё было наоборот: Тобирама лежал с лихорадкой и ветрянкой, а Хаширама хлопотала с супом, умудряясь приготовить бульон, когда в клане не было ничего. В то время, черт знает, как, но сестра нашла овощи, что бы спасти жизнь единственного брата. Может украла, а может применила технику, кто знает. Но сейчас это он кормил ее с рук, едой, приготовленной Мадарой. Тобирама даже сам удивился, когда обнаружил, что рис приготовлен правильно, а бульон - золотой. Сам альбинос готовил отменно, ведь мама тоже была поваром от Бога. Вот и научила своего любимого сына, который перенял от нее внешность - белые волосы и ярко-оранжевые глаза. И всё же, мама была очень красивой, нежели отец. Но сейчас всё было наоборот: Тобирама - белый, как одуванчик, не похож на шиноби, а вот сестра - Бог Мира Шиноби, да еще и шатенка, красавица, смогла пленить клан своим нежным взглядом. Почему-то радостно в душе, когда Хашираме все поклоняются, почетая ее и уважая. Не каждая девушка сможет влюбить в себя весь мир. После сытного обеда они говорили и говорили. Тобирама снова хотел увидеть улыбку на ее лице, но кроме печали не было ничего. На прогулку она отказывалась идти, а говорить с жителями Конохи - тем более. Альбинос и подумать не мог, что сможет увидеть сестру в таком унынии. Не сходившая улыбка куда-то пропала, и он скучал по ее смеху, который когда-то и раздражал порой. Лишь бы улыбнулась, но не получалось. Тобирама ушел, когда Хаширама попросила его оставить. Моя посуду, альбинос проклинал себя, что завалил то собрание с Каге. Ведь если бы он что-то придумал, то не было бы войны, а сестра улыбалась бы. После домашних дел Тобирама направился к Мадаре, немного поработать и отвлечься. Пора бы и план придумать, как они будут побеждать войну, но что-то не тянуло вообще. Встретив Изуну и Какузу, Тобирама обреченно опустил голову, на что те отвели взгляд в сторону. Всем непривычно не видеть Хашираму. Казалось бы, что даже небо вот-вот заплачет. Тобирама уже уходил, как заметил, что люди собираются в одну точку. Изуна и Какузу тут же стали бежать в сторону скопления, как и Тобирама. Пока альбинос пытался понять, что случилось, он заметил, что и Мадара идет вместе с толпой. И наконец-то добравшись, Тобирама увидел сестру, что стояла посередине. Выйдя из толпы, брат встал рядом с ней, как и Мадара, Мито, Изуна и Какузу. Нет, никто пока никого убивать не собирался... наверное. - Добрый день, - кашлянула Хаширама, собирая внимания жителей. - Простите, что беспокою вас, но... Это очень важно. - Что-то случилось, Химе? - Хаширама-сама, вы в порядке? - Да, со мной всё хорошо, - поджала губу шатенка. - Я должна сказать вам что-то очень-очень важное. Я не могу скрывать от своего народа хоть что-либо. Я должна вам сказать это, - сглотнула Хаширама. - Коноха еще молодая деревня, не окрепшая. У нас нет союзников, так как Сунагакуре... Простите меня. Нас поджидают трудные времена. Вы в праве ненавидеть меня, как Главу клана Сенджу. Я не буду в обиде. Дело в том, что... Война обрушилась на нас. - Война? - шарахнулись все. - Как? Почему? - Переговоры прошли не так, как задумывалось, - вмешался Мадара, поддержав жену. - Коноха сейчас под ударом четырех стран. Что бы не вызвать панику мы не говорили вам, но, как и говорила Химе... Я сам хотел вам рассказать о нашей оплошности. Прятать правду от вас я не хочу. - Вы только не волнуйтесь! - поспешно сказала Хаширама. - Мы с Хокаге сами остановим войну. Какузу, Изуна и Тобирама будут защищать вас. Я обещаю, что никто не подвергнется нападению. Коноха будет покрыта около пятьюдесятью барьерами, который не даст никому ни выйти, ни войти. Мы сможем преодолеть эти времена. Жители и шиноби зашушукались, а Хаширама зажмурила глаза. Мадара успокаивающе положил свою теплую руку на ее плечо, на что та кивнула. Шиноби переговаривались и что-то обсуждали. Наконец-то, когда всё утихло, один шиноби вышел вперед. - Но это не честно! - произнес тот. - Вы позволите? - Конечно, - кивнула шатенка. - Назовите свое имя. - Мое имя Шимура Изая, - склонил голову парень. - Я - Глава Клана Шимура. Я хотел сказать, что это не справедливо. Вы защитили нас, когда на нас обрушились три Биджу, защитили всех, когда джинчурики впала в ярость, даже в прошлый раз вы нас укрыли от врага. Вы с Мадара-самой нас защищаете ото всех бед, но ведь мы тоже шиноби Конохи! Я бы с радостью принял участие в сражении, как и клан Сарутоби, с которым мы только что переговорили. - Да-да! - Именно! - А он дело говорит. - Исключено, - прогремел Тобирама, прервав гогот толпы. - У вас у всех семьи, дети, родители и друзья. Это наша обязанность - защищать вас. Никто участвовать на войне не будет. Одно имя Бога Шиноби и... - альбинос закатил глаза, - Учиха Мадары говорит о многом. Нас пятерых хватит с полна. Да еще и джинчурики с нами. - При всем моем уважении, - подался вперед Глава клана Хьюга, а за ним и Узумаки. - Тобирама-сама, мы не можем возлагать на вас такое бремя. Защищая нас, вы подвергаете под удар себя. Я, как Глава клана Хьюга, буду рад помочь Хокаге. - Как и клан Узумаки, - склонил голову Глава клана Узумаки. - Мы, как сенсоры, можем стоять на посту. С вашего разрешения, конечно, Хаширама-сама. Хаширама опустила голову и улыбнулась. По щекам скатились слезы радости. Плечи задрожали, а груди стало тепло-тепло. Всё же жители и шиноби не возненавидели их, а даже готовы помочь. Вон уже и клан Хьюга готов защищать деревню, хотя прибыли только вчера. Клан Узумаки, Шимура, Сарутоби тоже не прочь помочь. - Спасибо, - шепнула девушка, вытирая слезы. - Большое: вам всем спасибо! Мадара улыбнулся и приобнял за плечи. Жители с улыбкой начали обсуждать войну, ничего не боясь и не страшась. Вскоре все стали расходиться, попрощавшись с Хокаге и Химе, конечно. Когда Мадара отвлекся на Какузу, что-то говоря и смеясь, Тобирама утащил сестру в сторону. Надо бы ей проветриться. Пройтись. Хаширама лишь крепче взялась за руку брата и зашагала в неизвестную сторону. Они гуляли по улицам деревни, просто наслаждаясь моментом. Они так давно не проводили время вместе. Но в детстве частенько засиживались, болтая обо всем на свете. Но потом как-то... Быть взрослым, оказалось, не совсем весело, так сказать. Постоянные работы, бумаги и дела. Напряженность стала частью жизни, как и строгость ко всему. Они и детьми побыть не успели. Но Тобирама ни о чем не жалел! Отнюдь, даже наоборот: рад, что быстро понял смысл всей суматохи вокруг. Но сейчас у него есть шанс иногда улыбнуться, не боясь, что кто-то вонзит нож в спину. Его ученики часто забавляли, шутя и играясь. Хотя "играясь" это только для него, ведь вряд ли шесть учеников смогут убить своего сенсея. Тобирама лишь лениво уклонялся от их атак и пальцем всех останавливал. Это было... весело? Да, тренируясь с детьми и подростками, мальчиками и одной девочкой, Тобирама снова начал ощущать, что такое "семья". Девочка десяти лет, по имени Кохару напоминала ему Хашираму, а Торифу - Итаму, который не любил драться. Хомура - умник, а Хирузен и Данзо - ходячий цирк. Они спорили каждый раз, стоит только их мнениям разойтись, что происходит очень часто. Ну а про Кагами можно промолчать, хотя... Веселый дурачок. Пусть и Учиха, Тобирама возлагал на этого мальчика большие надежды. - Тобирама-сама! Альбинос замер, когда услышал знакомый девичьи голос. Когда они с Хаширамой обернулись, на бедного Тобираму набросились двое учеников: Кохару и Кагами. Черноволосый мальчишка и шатенка с разбегу нависли на шее и поясе младшего-Сенджу, закрепив его в объятия. Хаширама удивленно заморгала и тихо рассмеялась, впервые за эти дни. - Я же сказал, что бы вы не висли на мне, - пробурчал Тобирама. - Слезьте с меня. Кохару, весело смеясь, отошла от него и стала скатываться с пятки на носок, с улыбкой смотря на своего сенсея. А вот Кагами даже и не думал отпускать его. Буквально вскарабкавшись на спину Тобирамы, мальчик засел на плечи, держась за его белоснежные волосы. Альбинос лишь устало вздыхал, придерживая Кагами за ногу, что бы тот не свалился. Увидев, что Кохару слегка расстроилась, Тобирама со вздохом наклонился, на что девочка, обняв сенсея за шею, села на его локоть. Дети смеялись, на что Хаширама улыбалась и даже смеялась. - О, а вот и наш сенсей! Тобирама устало прикрыл глаза. Увидев своих учеников, альбинос взвыл. Торифу, Хирузен и Хомура шли в их сторону, держа в руках пустые кошельки. Уже догадываясь, почему они держат пустые карманы, Тобирама вздохнул. Он уже собирался врать, что его ждут дела, но внезапно появившаяся Мито всё испортила. Увидев на Тобираме детей, девушка рассмеялась и слегка удивилась. И альбинос снова хотел сказать что-то, как рядом появились Какузу, Изуна и Мадара. Впервые Сенджу почувствовал себя зажатым, словно весь мир от него отвернулся в один миг. - Решено! - вытянул палец Хирузен. - Тобирама-сама нас всех угощает! - Чт.. - Почему бы и нет, - усмехнулся Изуна. - Какузу, ты пробовал наш местный рамен? - Хорошая идея, - пожал плечами зеленоглазый телохранитель. - Я слышал, что Ичираку-кун неплохо готовит. - Но... - Неужели я дожил до того времени, когда Тобирама не скупится и всех нас угостит? - радостно потер руки Мадара. - Что ж, вперед! Все заказывайте по тройной порции! Белый хрыч нас всех угощает! Нельзя такое пропустить, да, дети? - Конечно! - радостно ответила Кохару, сидя на локтях сенсея. - Поэтому я съем столько, сколько в меня вместится! А еще и барбекю закажу! - О! - обрадовался пухлый Торифу. - Я как раз хотел поесть! - Но я... Моя зарплата... - начал было снова Тобирама, но его никто не слушал, идя в сторону забегаловки. И увидев спасение в Мито, незаметно для Кохару и Кагами шепнул ей: - Я буду по гроб жизни тебе обязан, если ты поможешь мне. - Хм, - наклонилась к альбиносу Узумаки. - С тебя причитается. Тобирама облегченно вздохнул, благодаря всех Богов. Мито поскакала за другими, а Тобирама не спеша начал следовать за ними. Кохару что-то говорила, улыбалась и смеялась, разговаривая то с альбиносом, то с Кагами, сидящий на спине сенсея. Не сдержав улыбки, Тобирама поудобнее усадил Кохару на локоть и, придерживая свободной рукой ногу Кагами, он стал догонять их. И всё же... Война войной, но даже в таких моментах можно разглядеть поддержку друзей и улыбку детей.