Дочь короля

Торин уже минут десять ходил по Эребору, проклиная Бильбо всеми известными ему словами. Гномы сидели молча, думая о своем и следя за королем. Поступок хоббита поверг многих в шок, выключая и Фили с Кили, которые относились к полурослику как к другу. Балин так же очень сильно разочаровался в Бэггинсе. Все были злы на хоббита. Только Элеонора сидела в стороне от всех, не решаясь обвинять его в чем-то. Но она понимала, что Бильбо хоть предал их, но он сделал это только для того, чтобы уладить эту ситуацию. - Чтобы он сдох! - в очередной раз выпалил Торин. - Да за что ты его в могилу отправляешь? - не выдержала девушка. - Он хотел сделать только как лучше! - Почему ты защищаешь этого предателя? - Торин прищурил глаза. - Потому что этот хоббит мыслил трезвее, чем ты! Охваченный жаждой золота, ты не замечаешь ничего вокруг и не желаешь никого слушать! Если бы ты отдал людям золото, то ничего бы этого не было и все бы уже давно занялись делом, а не пустой тратой времени на выклянчивание обещанного им золота! - Если бы они пришли без оружия и без эльфов, то я, быть может, и отдал им долю, - Торин немного помрачнел. - Но они просто вымогали его у меня! - Ну и что мы будем делать, Торин? - спросил Балин, подходя к Торину. - Начнем собирать золото? - Пожалуй. Хотя… - Торин на мгновение задумался. - Можно еще немного подождать Даина. Есть даже шанс, что мы еще отвоюем Аркенстон. Элеонора молча прислушивалась к этому разговору, и с каждым словом понимала, что Торин окончательно помешался на этом камне. Но в тот момент, когда она соглашалась с помешательством отца, в ней просыпался внутренний голос: - "Но это ведь реликвия нашего рода, Сердце Горы!" Но в слух она сказала: - Отец, ты все еще надеешься на Даина? - Он теперь наша последняя надежда, - спокойно ответил Дубощит, оглядывая отряд. - Нет, папа, мы наша последняя надежда! - она повысила голос. - Весь путь мы были как одно целое, не бросая друг друга. У нас, можно сказать, получился союз. И сейчас, в эту трудную минуту, мы должны надеяться не на армию, которая еще не прибыла, а на наш союз. Пусть он и не большой, но он скреплен настоящей дружбой и, - она оглядела всех, и пронзительно взглянула в глаза братьев и отца. - Любовью... Семейной. Это то, что хранило нас, хранит по сию минуту, и будет хранить вечно. Наш союз состоит из нескольких семей и в этом и есть наша настоящая сила! Вместе мы не дадим нашим врагам, кто бы то ни был, пробраться в Гору, в наш Эребор! - девушка вынула меч из ножен. - Я буду стоять на его страже до последней капли крови! Вы со мной? - ДА!!! - хором ответили гномы, также вынимая свои мечи и топоры. - От себя добавлю, - Торин тоже вынул меч. - DU BEKAR! Только Фили и Кили стояли не подвижно. Решение проблемы путем войны их никак не воодушевляло. Зачем нужна война, если надо просто уже наконец отдать это золото и покончить с этим? - Вы уже готовы к бою, - Торин еще раз оглядел отряд. - В таком случае, идите к воротам, а вы, - король указал на Элеонору, Фили и Кили, - останьтесь! Отряд несколько удивленно пожал плечами и отправился к воротам. В зале остались только младшие потомки Дурина. Фили и Кили было достаточно увидеть измученные глаза Торина, чтобы понять все, что сейчас творится у него на душе. Они оба, особенно Кили, до сих пор не могли простить ему его слова про то, что они не достойны быть потомками их рода. Но взгляд Торина, взгляд их настоящего дяди, вмиг испарил все обиды, что так не хотели отпускать их. - Простите меня, я был полным дураком! - мягко произнёс Торин. - Я наговорил столько глупостей... Вы истинные наследники Дурина, и такими были всегда. - Мы уже простили тебя, дядя, - Фили улыбнулся ему. - И не помним уже тех слов, - добавил Кили, слегка приврав. - То было сказано не тобой. - Лили, - Торин подошел к дочери и серьезно взглянул в глаза. - Ты такая уже большая у меня! Как же жаль, что я видел тебя лишь малюткой. Я бы очень хотел, чтобы ты росла и училась держать оружие вместе с Фили и Кили! Я уже и не надеюсь отговаривать тебя идти в бой, все равно ослушаешься, но, прошу тебя, пообещай мне, что будешь беречь себя! - Обещаю, отец, - прошептала девушка, крепко прижимая его к себе. - Обещайте и вы мне, что будете осторожны, - промолвил Дубощит, мягко отстраняя от дочь и глядя прямо в глаза Фили и Кили. - Вы все - наследие нашего рода! - Обещаем, дядя! - хором ответили братья, вмиг посерьезнев. Торин улыбнулся, но вновь нахмурился: - Вы меня точно поняли? Не лезьте в самое пекло! Вы - самые молодые гномы в отряде, ваши жизни особенно ценны. Для всех. Для отряда, для народа. Если с вами что-то случится, то я никогда себе этого не прощу. Держитесь рядом. - Да, дядя, мы поняли тебя, - ответили братья. Только Элеонора нахмурилась: - Отец, пообещай и ты нам тоже самое! Торин внимательно взглянул на дочь. Как же сильно она сейчас была похожа на него! Властный невозмутимый голос, точно такой же был у него, когда он отдавал приказы, суровый взгляд красивых голубых глаз, пробирался в самую душу. Но все же король решил, что не будет давать ей обещание, которое он, возможно, не в силах будет сдержать. Его судьба уже предопределена, и если придётся, то он отдаст свою жизнь за Эребор. А вот ей, Фили и Кили нельзя так рисковать… - Я - это не вы. Мой долг защищать Эребор до последней капли крови, не щадя себя, - негромко проговорил Торин, отворачиваясь от своих родных. - Но это и наш долг - защищать наш дом! - воскликнула Элеонора. - И это вовсе не значит, что мы погибнем из-за этого. - Лили, ты станешь королевой и будешь править Эребором, а вы, Фили и Кили, всегда будете рядом с сестрой и будете ей помогать. Я не могу допустить, чтобы вы погибли! У вас все будущее впереди. - Но и мы не допустим, чтобы ты погиб, отец! - Элеонора почувствовала, как на глаза навернулись слезы. "Только этого не хватало!" - мысленно прошипела она. Торин вздохнул, глядя на нее - решительная, храбрая, благородная. Настоящая королева! - Нам стыдно будет отсиживаться в Горе, когда за ней будет кипеть бой! - сказал Фили. - Чтобы наследники Дурина отсиживались в стороне? Никогда этому не случиться! - воскликнул Кили. Торин внимательно посмотрел в их глаза. Но в них он увидел только решительность и огонь. Такие ни за что не отступят. Они пойдут в бой, и будут биться до последней капли крови. И Фили с Кили, и Элеонора... Торин улыбнулся им троим. - Дети, мне нет смысла говорить вам, что горжусь всеми вами тремя. Я всегда гордился... Я обещаю вам, если будет битва, то мы обязательно выживем. И потом будем жить в нашей Горе, и она вновь будет процветать. И все же, сдержите данное вами обещание. Будьте осторожны. - Хорошо, - ответили все одновременно, обнимая его. - Лили, - Торин шепнул на ухо дочери. - Если что, то я даю свое согласие на твой брак с Бильбо. - Что? - девушка не поверила своим ушам. - Я был совершенно не прав, это твое счастье и я даю тебе его. - Отец! - принцесса повисла у него на шее. - Но, кроме тебя, мне все равно никто не нужен на свете. Торин ласково потрепал ее по голове и открыл было рот, чтобы еще что-нибудь сказать, но вдруг откуда-то снаружи раздался грохот, словно тысячная армия тяжелоотлетов шагала по этим землям, готовясь к атаке. И эти грозные шаги явно принадлежали не эльфам, людям или гномам. Это было нечто намного хуже… Фили тут же обнажил свой меч, а Кили и Элеонора схватились за луки. Они вопросительно уставились на Торина, словно ожидая разрешение. Король тоже вынул из ножен Оркрист и решительно кивнул племянникам и дочери. Они все были готовы к бою…

***

Даин грозно осмотрел эльфов и людей. Ворон передал ему весточку от Торина, что гора в осаде, и сейчас гном был готов положить всему этому конец. Раз и навсегда. Он считал святым долгом освободить королевство своих предков от осады и помочь своему родичу. - Кто вы такие? Зачем вы стоите под укрепленными стенами, словно враги? - грозно выкрикнул Даин. - Мы не враги тебе, Даин, - Гэндальф (как всегда) вышел вперед. - Возможно, ты знаешь меня. Я - Гэндальф Серый. Я ваш друг, а не враг. - Гэндальф? - Даин усмехнулся. - Тогда позволь спросить: что здесь по Горой делают эльфы и люди с оружием в руках? От благих целей? И вдруг внезапно наступила тьма! Небо закрыла черная туча. Поднялся ураган и принес раскаты грома (и это накануне зимы!), молния осветила вершину Горы. А ниже грозовой тучи появилась еще одна — черный вихрь, мчавшийся к Горе не по ветру, а с севера, будто туча из птиц, настолько сплошная, что просвета между крыльями не было. - Стойте! - закричал вдруг Гэндальф, он встал между наступающими гномами, рядами людей и эльфов, подняв руки. - Стойте! - повторил он громовым и грозным голосом, и посох его сверкнул, как молния. - Грядет ужас! Увы, скорее, чем я думал. Близятся гоблины! Призываю сплотиться вас для боя с нашим настоящим врагом! - То есть, как, раньше, чем ты думал? - испуганно пискнул Бильбо, но вопрос остался без ответа. Все с ужасом смотрели на приближающуюся армию. Над ними неслись летучие мыши. Орки скакали верхом на варгах. Смятение охватило изумленных воинов. Тьма все сгущалась. Гномы с ужасом глядели в небо. У эльфов из груди вырвался стон. - Сюда! -закричал Гэндальф. - Мы еще успеем держать совет. Пусть Даин, сын Нейна, придет к нам. Бильбо, стоящий рядом с Митрандиром, мысленно взмолился, чтобы тот согласился принять бой. После минутного размышления, Даин медленно кивнул...

***

На совете, Гэндальф, Трандуил, Бард и Даин выработали следующий план: орки - всеобщие враги, с их приходом распри должны быть забыты. Единственный способ - заманить их в долину между отрогами Горы, а самим засесть наверху. Но если часть войска орков перебросят через Гору, окружив ее со всех сторон, то союзники пропали, так как тогда враги атакуют их и с тыла и сверху. Гроза только усилилась, на небе грозно сверкали молнии, а туча летучих мышей опускалась все ниже, кружилась у них над головой, закрывая свет и наполняя сердца страхом. - К Горе! - закричал Бард. - Займем места, пока есть время! На южном отроге по всему склону стояли эльфы, на восточном - люди и гномы. Бард с отрядом наиболее проворных людей и эльфов взобрался на гребень восточного отрога, чтобы обозревать северную сторону. О ужас! Окрестности Горы почернели от полчищ врагов. Через минуту передние орки обогнули отрог и хлынули в долину. То были лучшие наездники среди них, их вой и визг раздирали уши. Отряд храбрецов из войска Барда встал у них на пути, пытаясь отвлечь их. Потом люди разбежались в стороны, но многие были убиты. Как и надеялся Гэндальф, орки, разозленные нежданным сопротивлением, сосредоточились позади авангарда и теперь в ярости кинулись в долину. Их было не сосчитать, враги неслись беспорядочным и буйным потоком. Бильбо стоял на небольшом пустом возвышение чуть встороне от Одинокой горы. Отсюда все было прекрасно видно. Так как полурослик ничем не мог помочь из-за физических данных, он был вынужден стоять и просто глядеть на битву. Этот бой был ужасный! Эльфы, люди и гномы с одной стороны, орки и варги с другой. Все они смешались в одну кучу и рубились не на жизнь, а на смерть. Большинство людей гибло глупой смертью - они подскальзывались за земле и падали, давая врагам свободно нападать на себя. Среди всего этого побоища, Бильбо не раз замечал отвратительную фигуру его недавнего знакомого - Азога Осквернителя. Преимущество было на стороне врагов. Они были сильнее, хитрее и коварнее. По-прежнему, большие летучие мыши кружили над головами эльфов и людей и впивались в раненых, как вампиры. Иногда хоббит видел, как среди всего этого мелькают светлые волосы Лихолесского принца, и рядом рыжеволосая начальница лесной стражи. Слаженно, как в танце, они рубили орков без счета. Ярость и огонь - вот то, что сейчас было на их душах. А война продолжалась. Защита слабела. Силы покидали людей, эльфов и гномов, многие, видя смерть своих друзей, отчаивались и тут же попадали под кривые мечи врагов. Страх овладел их сердцами. Орки же ликовали, ведь преимущество явно было на их стороне. Вдруг послышался громкий клич, из ворот раздался звук трубы. Они забыли про Торина! Часть стены, разбитая ломом, свалилась в водоем. Из пролома выскочили король Под Горой и его соратники. Куда девались их плащи и капюшоны?! Их заменили сверкающие доспехи. Глаза гномов горели красным огнем. В сумерках золотые доспехи Торина светились, как будто раскаленный металл на углях. Бильбо сперва обрадовался, но тут он заметил среди них фигуру, которую узнал бы среди тысячи - Элеонора! Блестящее военное облачение заменило ей ее обычный походный костюм, из-под шлема развивались не заплетенные в косу черные волосы. "Нет, нет, зачем ты вылезла? Спасайся, возвращайся в Гору!" - отчаянно кричал про себя Бильбо, но обратного пути у принцессы не могло уже быть. Враги, засевшие на Горе, начали сбрасывать на них камни, но гномы продолжали спускаться, прыгая с уступа на уступ. Так они сбежали по склону в долину и вступили в бой. Варги и всадники падали мертвыми или обращались в бегство под их натиском. Торин с бешеной силой размахивал мечом, и, казалось, что он неуязвим. - Ко мне! Ко мне, эльфы и люди! Ко мне, мои родичи! - взывал он, и голос его гудел в долине, как рог. Элеонора, со скоростью молнии, отстреливала орков, иногда переходя на меч. Она старалась не упускать из вида отца и братьев, но вскоре они разделились в этой суматохе. Если братья еще были видны, то Торин исчез из поля зрения. Целью короля было найти своего заклятого врага, которого он успел заметить среди врагов - Азога. Фили старался не отступать от Кили, который целенаправленно бежал куда-то. Элеонора на ходу сносила головы врагам, пытаясь догнать их. И тут ее окружила кучка орков, и здесь за нее выступило пламя. Превратив врагов в пепел, она продолжила бежать вслед за братьями. И вот она увидела их, дерущихся с десятком орков, а рядом порхали Леголас и Тауриэль. Кили пытался пробраться поближе к эльфийке, но орки всякий раз преграждали ему путь. И тут, в какой-то момент, эльфы разделились, и в ногу Тауриэль попала отвратительная вражья стрела. Эльфийка вскрикнула и упала, так как ногу свело а на одной она не устояла на скользкой земле. Огромное чудовище подобралось к ней и занесло руки для последнего удара. - Тауриэль! - не своим голосом закричал Леголас и попытался пробраться к ней, но его самого окружили враги, от которых он еле отбивался. Руки чудовища начинают опускаться, и в самый последний момент меч из его рук вылетает, сбитый чей-то стрелой. И в туже секунду в его голову попадает стрела. Это был Кили, который все же сумел пробраться к любимой. Эльф, как завороженный, смотрел, как тот рубит чудовищ, защищая Тауриэль, которая орудовала лежа кинжалами, и не заметил, как с зади к нему подошел враг. Услышав хрипение за спиной, Леголас обернулся и увидел, как на землю падает орк, сраженный синей стрелой в глаз. И тут на эльфа наскакивают еще несколько орков, но те же стрелы достигли их раньше, чем эльф подошел к ним. Леголас обернулся, ища глазами воина, спасшего его и находит. С нескольких метров от него стояла Элеонора, и она вновь пустила стрелу с орка, подошедшего сзади к эльфу. Леголас был поражен - почему она вдруг спасла его? Зачем ей это было надо? Она же ненавидит его? - Спасибо! - принц улыбнулся ей и зарубил очередного орка. - Не зевай, ушастик! - с ехидством бросила Элеонора, взявшись за меч. Она не знала жалости и убивала врагов без передышки. Двалин не зря учил ее - его приемы не раз помогли ей. Девушка сама не заметила, как оказалась рядом с Леголасом, рубя врагов нравне с ним. Но вскоре, эльф подошел к лежащей на земле Тауриэли и благодарно кивнул Кили. "Не благодари!" - ясно сказал взгляд карих глаз гнома, и он скрылся в гуще орков, в надежде отыскать брата. - Кили, подожди! - безнадежно кричала Элеонора, на ходу снимая урожай орочьих голов. Синим пламенем выжжав дорогу, девушка увидела своих братьев, дерущихся бок о бок. Но на пути принцессы то и дело вырастали враги, не давая ей пробраться к братьям. И тут Элеонора закричала от ужаса - их стиснули и в Фили попало сразу несколько стрел, а в Кили вонзился вражьий меч. Потеряв самообладание, Элеонора бросилась на убийц и с яростью срубила им головы, но исправить содеянное было уже нельзя, - оба гнома упали на землю. Девушка упала на них, обнимая братьев. - Кили, Фили, нет! Вы же обещали! Не смейте уходить! - хриплым голосом шептала она. Кили с трудом открыл свои шоколадные глаза и тихо прошептал: - Прости, сестренка, мы не смогли сдержать обещание. - Нет, не смей! Слышишь, не смей! - кричала Элеонора, обнимая его. Она посмотрела на голубые, словно льдинки глаза Фили, и тот прошептал ей: - Прости нас, мы не смогли, но прошу, сдержи ты свое слово! Обещай нам, что выживешь. - Пожалуйста! - тихо взмолился Кили. - Я обещаю вам, братишки, я обещаю! - на глаза принцессы навернулись слезы. - Прощай, наша Королева, - вымолвили братья и игривый огонек, блиставший в их глазах до последнего навсегда потух. - Нет, этого не может быть! Не может! - Элеонора уже не сдерживала слезы. От горя, она совсем забыла про идущую вокруг войну. Либо ее посчитали за мертвую, либо каким-то чудом не заметили ее, то и дело пробегающие мимо орки. И тут в голове у девушки словно щелкнуло - Гора, поле около нее, битва, эльфы, орки. Она же уже это видела! Во сне! "Вот что это было! Вещий сон! Почему же я раньше не вспомнила. Стоп, Торин! Он же сейчас бьется с Азогом!" - подумала Элеонора и в последний раз взглянула на братьев. - Прошайте, Фили и Кили, - она обняла их, схватила меч и с еще большей яростью бросилась расчищать дорогу к возможному местоположению отца. "Кажется, во сне я шла сюда." - Элеонора продолжала рубить врагов и, наконец, заметила то, к чему шла. Торин яростно бился с Азогом, а тот лишь самодовольно и нахально скалился, с легкостью отряжая удары Оркриста. И тут все пространство окатил дикий рев. Беорн появился, словно из ни ткуда. Он врезался в кипящее море тварей, разбрасывая их в разные стороны. Оставляя после себя настоящую просеку, исполинских размеров медведь пробивался к самой гуще. Враги визжали и кидались врассыпную, стараясь не попадаться ему на пути. Даже они были бессильны перед этим гигантом. Но Элеонора почти не обратила на него внимания, она изо всех сил пыталась прорваться к дерущемуся отцу. Но фортуна явно была на стороне врага - в какой-то момент Торин поскользнулся на влажной от грозы земле, и упал на колени. В этот момент в его левый бок попадает черная стрела, на половину войдя в него. Азог тут же воспользовался беззащитным положением соперника и сразмаху вонзил в его правое плече свой кривой меч. Торин не издал ни звука, но его лицо, покрытое свежими порезами, исказилось от боли. Увидев, что произошло, Элеонора обессиленно упала на колени и закричала охрипшим голосом. Чудовище явно наслаждалось болью Торина, и Азог уже решил доставить себе еще большое наслаждение. Он резко выдернул меч, от чего король согнулся пополам и замахнулся своей единственной рукой, чтобы снести ему голову. Но, когда с довольным рыком, он уже был готов воплотить свою давнюю мечту, синяя стрела со свистом попала в меч орка, выбив его из рук. И Азог с звериным ревом начал искать глазами посмевшего помешать его плану. - Кто посмел это сделать? - злобно прорычал Азог и тут между ним и Торином выросла грозная фигура Элеоноры, которая злобно, злее тысячи варгов, глядела на него. - Я посмела! - А, - Азог злорадно усмехнулся и вынул свой второй меч. - Решила бросить мне вызов! Давай, я люблю снимать головы с таких же, как ты! - Я обещала, что вытащу из тебя потроха, если тронешь его, - девушка сняла шлем с головы, демонстрируя свое лицо врагу. - А я никогда не нарушаю обещаний! Азог зарычал и кинулся на нее, а она с быстротой молнии начала отбивать атаку, пытаясь самой напасть на него. Она дралась бесстрашно, как тигрица, защищающая своего тигренка, а он был похож на быка, которому срубили рога и теперь он хочет отомстить тому, кто это сделал. Торин видел, что его дочь вступила в поединок с этим чудовищем и попытался достать свой меч, но каждое движение приносило ему жуткую, огненную боль. Элеонора потеряла счет времени. Сколько она билась с Азогом, она даже примерно не сказала бы. Но во время боя, перед глазами пролетела картинка из сна, где она бьется с Азогом, а к Торину подкрадывается орк. От накатившей ее тревоги за беззащитного отца, она чуть не пропустила удар. Резко отбив удар и развернувшись назад, она на удачу бросает синий шар в голову занесшего руки над Торином орка. Голова твари мгновенно превращается в пепел, а Элеонора продолжила битву с Азогом. Но в какой-то момент, она не успела от скочить и меч орка поранил ей правую руку на бицепсе. Элеонора на автомате перебросила меч в левую руку, но она была значительно слабее. Не выдержав напора, ее рука прогнулась и меч Азога задел ее бок. От нахлынувшей боли и жуткой усталости, она повалилась на землю. - Нет! - крикнул Торин, пытаясь встать. Азог был очень доволен положением. - Одна голова - это хорошо, а две еще лучше! - прорычал он и двинулся на Элеонору. Но принцесса собрала силу в кулак и увернулась от удара, попутно срубив твари и вторую руку. На этом ее силы иссякли. Азог взвыл так, что все, кто был еще жив, испуганно посмотрели в его сторону. - Две руки еще лучше! - прорычала, лежа на земле Элеонора, и тут Торин сумел преодолеть боль и с размаху срубил голову Азогу. Заклятый враг их рода был повержен. Торин после этого повалился на землю без сознания. Элеонора попыталась доползти до него, но от резкой боли глаза закрыла пелена, а тело отказалось слушаться. Девушка перевернулась на спину и последнее, что она увидела перед потерей сознания, это летящие над полем боя орлы...

***

- Где я? - первая мысль, которая пришла в голову девушки, когда она пришла в сознание. - Ты в палате, - мягко ответил Гэндальф, стоящий как и многие другие гномы около нее. Увидев, что принцесса пришла в себя, все облегченно вздохнули. - Элеонора! - радостный крик Бильбо заложил уши. - Ты жива! Я так испугался за тебя! - Бильбо? Как ты уцелел? - девушка не скрыла удивления. - Ну, я был в стороне от битвы, - честно признался хоббит. - Понятно, хоть ты уцелел, - Элеонора откинулась назад на подушку. Она обнаружила на себе одно ночное платье белого цвета, повязку на боку и ткань на бицепсе правой руки. Волосы вроде были той же длины. - Как закончилась битва? Кто победил? - поинтересовалась она. Гэндальф взялся рассказать: - Сперва мы уже и не надеялись победить, но появился Беорн, и это перевернуло ход битвы в нашу пользу. Потом прилетели орлы, и они добили тех, кто еще был в живых из врагов. Элеонора его почти не слушала. Все ее тело противно ломило, а свежие раны горели и щипали, Она впустую глядела в потолок и вспоминала битву. - Фили, Кили... - прошептала она, вспомнив павших братьев. И тут она резко вскочила, пронзительно взглянув в глаза мага. - Где Торин? Гэндальф помрачнел, опустив голову, как и все остальные, включая Бильбо. - Я спрашиваю, - с нарастающим гневом сказала Элеонора. - Где мой отец? Гэндальф сглотнул и вымолвил: - Торин здесь, и он умирает...