Сказ о том, как Хэйтем сына с отцом знакомил

Это утро выдалось очень доброжелательным, на взгляд Хэйтема Кенуэя. Светило солнце, чай в чашке был душистым, начищенные сапоги солидно отражали солнечные блики, а Чарльз Ли доставил, наконец, крепко связанного Коннора. День обещал быть еще лучше, ничего не предвещало беды. До тех пор, пока юный Кенуэй не открыл свой рот и не выдвинул требования. - Если ты меня сейчас же не развяжешь и не дашь убить Чарльза Ли, то я натравлю на тебя всю ту дикую живность, от охоты на которую вы меня оторвали, - Радунхагейду очень хотелось уметь убивать взглядом, ведь в таком случае он уже давно бы избавился от всех проблем, и не попал бы в лапы к этому мерзкому таракану Ли, который притащил его к отцу. Притащил связанным по рукам и ногам, надо отметить, что, естественно, больно било по самолюбию юного ассасина. - Звучит достаточно угрожающе, однако, мой дорогой Коннор, ты мне еще нужен для одного важного дела, поэтому я не собираюсь тебя пока отпускать. Вышеозначенный "таракан" неуверенно топтался у стены, полностью предоставив Магистру разбираться с этим чертовым щенком, который, даже будучи связанным, умудрился: укусить - 2 раза, больно пнуть - 4 раза, сравнить с тараканами - бесконечно. Незадачливого папашку весьма расстраивал тот факт, что сынуля успокаиваться и не собирался. Коннор - индеец, дитя природы, он должен чувствовать, как ветер дует ему в лицо, и ощущать свободу, а не сидеть, привязанным к стулу, пойманный собственным отцом. - Если вы меня отпускать не собираетесь, так хоть скажите для чего я здесь неправильно привязан к стулу! - старший Кенуэй подавился чаем, что пару минут назад принес ему Ли, хотя сам от себя такого не ожидал. Вроде бы в такой разношерстной компании его приспешников можно запросто разучиться удивляться в принципе, но его сынишка в очередной раз смог поразить отца. - Почему "неправильно"? - Хэйтем, подозрительно нахмурив брови, кивком указал Чарльзу на бурчащего отпрыска. Чарльз, все это время притворявшийся тумбочкой, недовольно приблизился к Коннору. В ту же секунду в Ли полетел стул. Коннор с торжествующим воплем бросился на своего извечного врага. - Так и знал, что этот щенок сумел выпутаться, - устало прокомментировал Хэйтем, попивая чай и с интересом наблюдая за дракой этих двух. От достижения заветной мечты Коннора по убийству Чарльза, последнего спас внезапный стук в дверь. Причем стук был такой, будто в дверь долбятся как минимум человека три. Этот несколько странный факт заставил напрячься всех и прекратить разборки хотя бы до выяснения личности пришедшего или пришедших. Ведь и у ассасинов, и у тамплиеров могут быть одинаковые враги, а вот цели борьбы с ними разные - в этом-то и отличие. Чарльз даже не успел схватиться за ручку, как дверь с силой распахнулась и с грохотом впечаталась в стену. Видимо гость решил, что время, отпущенное им на вежливые формальности, кончилось. Перед пораженными лицами предстал ухмыляющийся во все 32 Томас Хики. - Веселитесь без меня? - хмыкнул мужчина. Заметив сынишку Магистра Ордена, он саркастично усмехнулся: - А ты уже откуда, полукровка? С чего явился? - Не по своей воле... - прорычал Коннор, давя в себе желание прикончить всех находящихся в комнате тамплиеров. - Какой-то он у вас дикий, шеф, - оглядывая индейца аки заправский доктор, резюмировал Хики. - Такому палец в рот не клади. - И ничего другого желательно тоже, - предостерегающе откликнулся Хэйтем. - Дикий? О нет, Томас, это он пока ещё спокойный, - проговорил Чарльз, потирая шею. У Кенуэя-младшего, однако, хватка железная. Хэйтем, который уже порядком подустал от всего этого балагана, пошел на крайние меры. Сверкнув взглядом синих глаз, мужчина ПОСТАВИЛ ЧАШКУ НА СТОЛ. Все присутствующие замерли, трепетно поглядывая на Магистра. Кроме Коннора, разумеется, который был не в курсе всех местных традиций. Но прежде чем Радунхагейду успел поинтересоваться, с чего вдруг все притихли, произошло еще кое-что неожиданное. Раздался звук выстрелов из корабельных пушек. - Явился, наконец, - в голосе Хейтема явно прослеживались нотки раздражения и некоего волнения. - Кто явился? Что здесь вообще происходит, отец? - вконец запутавшийся Коннор решил поиграть в тихого и спокойного мальчика, дабы получить ответ хоть на один из, уже кажется, тысячи вопросов. Хэйтем удивленно вскинул бровь, но промолчал, тихо ухмыляясь. Коннор одним чувствительным местом уже поджидал приближения п... подозрительных событий. - Я пока схожу за провизией, - расплывшись в улыбке, пробормотал Хики, став чрезмерно услужливым. - Красное взять или сразу ром тащить, шеф? Чарльз же тихо вздыхал и, к крайнему удивлению Коннора, подбадривающе похлопал индейца по плечу. - Сейчас ты все увидишь, мой славный мальчик, - многообещающе выдохнул Хэйтем, потрепав по щеке шокированного таким поведением полукровку. Коннору ничего больше не оставалось, как возмущённо сопеть, ведь он не любил столь фривольного поведения в отношении своей персоны! На Чарльза индеец вообще кинул такой взгляд, будто пытался испепелить. И, разочаровавшись в своей попытке, он продолжал ждать, когда "кто-то" явится. Многострадальная дверь второй раз с грохотом хлопнулась о стену и обиженно скрипнула. - Та-да! - воскликнул новоприбывший, раскинув руки, будто хотел обнять весь мир. - Мы пришли, а нас не ждали! Коннор с восхищением смотрел на высокого, широкоплечего мужчину с большущей сияющей улыбкой в пол-лица. Солнечные лучи весело купались в копне золотых волос, создавая ослепительный венец вокруг его головы. Мужчина вошел в таверну как в дом родной, уверенным шагом он направлялся прямо к ним. Коннор с открытым от удивления ртом не мог отвести взгляд от блондина. Хэйтем же только усмехнулся реакции сына, гордо выпрямив спину и по привычке сложив руки за спиной. - Пожалуй, пришло время познакомить вас... - начал было Хэйтем, но его перебил тот самый блондин, который, раскинув руки в стороны, громко проговорил: - Эдвард Кенуэй к вашим услугам! Звук опускающейся вниз челюсти Коннора не услышал, наверное, только глухой. Хэйтем недовольно закрыл его широко открывшийся рот с громким щелчком. - Кенуэй? - через доли секунд оправившись, вскричал Коннор. - Наш родственник? - Да, это твой дед, - недовольный тем, что знакомство прошло не так, как он хотел, ответил Хэйтем. - О, так это и есть мой внук? Во имя Летучего Голландца, какой же он прехорошенький! Его матушка наверняка была самой красивой девушкой на свете! Какая прелесть, - безостановочно трещал новоявленный дедуля и от души прижал внука к своей груди. Коннор с опаской услышал, как трещат его ребра. - Рад... знакомству... - пропыхтел узник железных объятий. - Должен сказать, что он... слишком молод для моего деда, - пробурчал Коннор, чувствуя, что скоро задохнется. - Ты ничего случайно там не перепутал? - Учитывая то, насколько вы похожи, - фыркнул его отец, - то нет, ничего. Чарльз понадеялся, что Кенуэй-старший таки задушит внука. Когда же чересчур крепкие медвежьи объятия были закончены, и Коннор смог вздохнуть полной грудью, Эдвард выпучил глаза и заорал во всё горло: - Чтоб меня Кракен на дно утащил, да ты же ассасин! - блондин вцепился взглядом в блестящий знак Ассасинов на поясе у Коннора, да и на его клинки. - Э, ну да... - скромно пробормотал все еще шокированный внук. - Это мой мальчик! - гордо выпятив грудь, заявил во всеуслышанье Эдвард. - Не то, что некоторые. Ром! Всем! Хэйтем лишь фыркнул, закатив глаза к потолку и сложив руки на груди - мол, подумаешь, ассасин! - Вот это уже другой разговор! - Хики, кажется, только и ждал, чтоб кто-нибудь произнес эту волшебную фразу. Что-что, а халявную выпивку он любил. На сурового Магистра же никто обращать внимание не собирался. Приобняв внука за плечо, Эдвард уже во всю обсуждал с ним последние новинки в сфере оборудования кораблей (которого кстати, тоже не было у Хэйтема), отвратительный штиль и новые способы завязывания узлов. Румяная хозяйка «Дракона» задорно командовала своим кузеном, который тут же принёс им целый ящик рома, как и заказывал Кенуэй-самый-старший. Женщина суетливо разносила полные кружки всем гостям, оркестр оживленно играл какую-то морскую забавную и простенькую мелодию. Эдвард и Хики сразу хищно засверкали своими глазами, в предвкушении славной попойки. Коннор же поморщился, так как алкоголь на дух не переносил. Мальчишка краем глаза заметил, что даже Чарльз с легким восхищением поглядывал в сторону Кенуэя-самого старшего. И только Хэйтем в углу злобно дулся. Хэйтем и дальше бы продолжал свое совершенно важное занятие, если бы его не окликнул Эдвард: - Ну, а ты чего там стоишь? Давай к нам, Хэйти! - Я не маленький, чтобы ты так со мной разговаривал, - холодно вымолвил Хэйтем, однако от отца не укрылись обиженные нотки в голосе сына. - Когда это ты успел стать такой избалованной принцессой? - деланно изумился Эдвард и, подмигнув Коннору, подхватил Хэйтема, закинув того на плечо, и потащил к общему веселью. - Да ладно, Вам, Магистр! Выпейте с отцом и... полукровкой, расслабьтесь, почувствуйте себя нормальной семьёй... - услышать такое от трезвого Томаса было бы нонсенсом, поэтому всем сразу стало ясно, что тот уже умудрился упиться в дровишки. - Послушай товарища, Хэйтем, - подсказал самый старший из Кенуэев, беспощадно плюхнув сына на стул. - Кстати, малыш, - обратился Эдвард к вышеозначенному полукровке. - Имя-то у тебя есть? А то твой бесценный папаша, как видно, только нижним мозгом думать умеет. Подумать только, бросить дитяти на произвол судьбы! - Какое из? – откликнулся индеец. - А у тебя не одно, что ли? – Эдвард перевел изумленный взгляд на сына. – Вот ты знал? Хэйтем отрицательно качнул головой. - Что и требовалось доказать, никудышный из тебя отец, прыскун, - Эдвард не удержался и все же припомнил это забавное прозвище, которым окрестила Хэйтема его старшая сестра. Коннор еле спрятал смех за кашлем. Он был единственным, кто оказался столь вежливым. «Зеленый Дракон» взорвался от хохота. Теперь пришла очередь Хэйтема жалеть о невозможности убивать взглядом. - Радунхагейду, так назвала меня мама, - с нежностью произнес индеец, когда Эдвард все же отсмеялся и вернулся к теме разговора. - Я смотрю, с именем она тоже не заморачивалась, - попытался съязвить Хэйтем, но Эдвард на него тут же шикнул. - Уверен, у него свой скрытый смысл, - тепло улыбнулся дедушка. – Но вряд ли я смогу выговорить это после трех пинт рома. - Коннор, просто Коннор. Кенуэй-самый старший, Кенуэй-средний и Кенуэй-младший дружно сидели за столом, хотя Хэйтем и продолжал недовольно бурчать. "Кажется, это была плохая идея", - подумал он, покачав головой. - Ну, сына, что ты сидишь с такой физиономией, будто тебя одни враги окружают! Выпей рома и расслабься, наконец! - Эдвард настойчиво совал Хейтему в руки кружку. - А это хорошая идея? - Коннор подозрительно покосился на отца, и полукровку слегка передернуло, когда он представил Хэйтема на месте пьяного Хики, горланящего песни о море и шлюхах и готового начистить рожу соседнему столу за то, что тот на него "не так смотрит". Словно прочитав его мысли, Эдвард лишь с еще большим воодушевлением поставил перед сыном литровую кружку пиратского напитка. - Не хочу огорчать вас, не самые лучшие представители нашей семьи, но я выше этих грязных попоек, - высокопарно изрек Хэйтем, чем вызвал недовольный свист и улюлюканье со стороны Хики и остальных завсегдатаев "Зеленого Дракона". На это Хэйтем отреагировал не совсем так, как хотел бы: он хотел было встать из-за стола и уйти, оставив своих родственничков, но его кто-то сильно дёрнул вниз, отчего Хэйтем плюхнулся обратно на лавку. - Ты так просто не отделаешься, напыщенный индюк, - пират пододвинул кружку крепкого алкоголя к своему сынишке и пристально уставился на того. Коннор же тоже не смог побороть любопытство и уставился на отца, размышляя, выпьет ли тот или останется непреклонен. В голове Хейтема началась настоящая баталия. Разум и мудрость возраста уверенно твердили о том, что нельзя сейчас давать слабину и нужно сохранить свой авторитет. А вот откуда-то взявшиеся обида и совершенно детское желание доказать отцу, что он не такой "плохой", как тот думает, требовали выпить этот чертов напиток. А еще соблазняли возможностью набить ему морду в пьяном забвении, а может еще и Коннору парочку ударов отправить, для профилактики, так сказать. "Мужик я или кто?" - вот это было вообще самым обидным. Хэйтем упрямо схватил кружку обеими руками и прожигал таким взглядом, будто она была его личным врагом уже лет как двадцать. А затем принялся с просто восхитительным упорством вливать в себя содержимое. - Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна! - скандировал "Зеленый дракон". Эдвард одобрительно кивал головой, и подсчитывал глотки по яро движущемуся кадыку. Коннор не знал, как правильно реагировать на такую вот, свалившуюся ему с небес семейку. Мальчишка просто хлопнул себя рукой по лицу, покачав головой, но подсматривая за успехами Хэйтема одним глазком через пальцы руки. И вот финишный рывок настал - Хэйтем сделал свой последний большой глоток, полностью опустошив кружку и сильно грохнув ею по столу, а-ля, вот и все дела, учитесь, салаги. - Вот это уже больше похоже на моего сына! - Эдвард одобрительно хлопнул того по спине, совершенно не заметив, что этим "легким" по его меркам жестом, он чуть не отправил сыночка лицом в тарелку с закуской. - А теперь я объявляю соревнование "Кто больше выпьет"! Приз - 5000 реалов! - таверна взорвалась пьяными выкриками, подначивающим свистом и предвкушающим настроением получения немалого выигрыша. Коннор, который хотел оставить своего папашу с носом и стать полноправным любимчиком у дедушки, громогласно рыкнул нести ему аж целых три кружки с ромом, заслужив при этом уважающий взгляд Эдварда. - А мне все пять тащи! - Томас Хики становиться любимчиком у Кенуэя-самого старшего не собирался. А вот нажраться на халяву и получить заманчивый приз - вот это другое дело. Когда кружки с ромом принесли, Хики раньше всех высосал свои пять, за что получил лёгкие аплодисменты от посетителей "Зелёного Дракона": пятью кружками их мало удивишь, но всё равно это впечатляло. Коннор, перед тем, как начать пить, задумался на пару секунд, стоит ли это делать, но потом глубоко вздохнул и кружка за кружкой выпил всё до последней капли, почувствовав после этого подступающую тошноту. Эдвард хохотал во всё горло, приобнимая за плечи пьяного метиса. Пока Радунхагейду пытался совладать со своим протестующим желудком, не привыкшим к такой странной вещи, как алкоголь, Томас уже вовсю заплетающимся языком требовал принести ему то ли пять букашек, то ли чью-то пятку в кружке, то ли ежей на корабле... В итоге хозяйка таверны разобрала в этой чуши "Ещё пять кружек мне!" и, с опаской поглядывая на того, велела принести еще ящик рома. - Не расстраивайся, салага, - по-доброму улыбнулся Эдвард Коннору, который с легкой завистью поглядывал на Хики. - Кажется, один ты у нас самый воспитанный, - потрепав по волосам, прошептал блондин, подмигнув. Хэйтем уже вовсю отплясывал под веселый мотивчик небольшого оркестра. Коннор, конечно, не пытался напиться вдрызг, как тот же Хики, но и уступать папане он не собирался. Хлебнув ещё кружку рома, он направился в сторону отца, который уже выписывал такие кренделя, что метису и не снились. Одобрительные возгласы пронеслись по "Зелёному Дракону", когда индеец таки присоединился к Кенуэю-теперь-уже-среднему. Ноги у Коннора заплетались, словно змеи. Еле-еле, шаг за шагом он дошёл-таки до своего отца, но от алкоголя отшатнулся чуток назад. И этим воспользовался коварный Чарльз, успевший поставить подножку своему заклятому врагу... За что практически сразу схлопотал подзатыльник от заботливого дедушки, успевшего подхватить внука за руку, и тем самым, не позволив ему упасть. - У вас это семейное что ли... А хотя о чем это я, естественно семейное, - Чарльз недовольно потирал затылок, облокотившись на стойку, подальше от Кэнуэя-самого старшего. - Ты тут живой хоть? - смеясь, поинтересовался Эдвард, прекрасно зная, что бывает, когда вольёшь в себя столько рома, к тому же в первый раз. - Жи... ик... живой... - заплетающимся языком ответил Коннор. Спустя какое-то время пират Эдвард продолжал веселиться и распевать матросские песни вместе со своими новыми друзьями, Хэйтем выдохся и присел на лавку за стол, за которым сидя спал Коннор, уткнувшись лицом в сгиб руки и изредка посапывая. - Ха, похоже, наш старик и не собирается останавливать веселье, не так ли? - это изначально говорилось Коннору, но тот не услышал слов отца и продолжил безмятежно спать. - Посмотрите только на этих салаг зеленых! - Эдвард подхватил юное поколение за шкирки, хорошенько встряхнув. - Далеко вам до батьки. Вяло сопротивляющийся Хэйтем, железной хваткой вцепившись в рукав отца, шлепал за ним. Коннор полностью повис на руке деда. - Обязательную кружку за моих любимых отпрысков! Кто не осилит - штрафную! - весело громыхнул он и героически шлепнулся на пол, увлекаемый всемогущей гравитацией и тушками своих мальчиков.

***

- Бог ты мой, ну вот что за напасть такая сегодня приключилась... - хозяйка "Зелёного Дракона" уставшим взором обвела кучу пьяных и громко храпящих тел по всей таверне, а заодно приметила страшный беспорядок после грандиозной пьянки. Особого внимания заслуживал вырубившийся прямо на стойке Томас Хики. Его устойчивость к алкоголю поистине заслуживала ту награду, что была обещана щедрым организатором данного мероприятия в лице Эдварда Кэнуэя. Однако, сам "организатор" об этом благополучно забыл, уютно устроившись на полу в обнимку с сыном и внуком, и уже видел десятый сон. Прижавшись к стене, Чарльз шокированно разглядывал спящего и смачно храпящего Магистра Ордена. Ли хоть и был в д... кха-кха… хоть и был пьян, однако, вид пьяного Хэйтема выбил его из колеи, нанеся психологическую травму на всю жизнь.