Темное время

Когда на город Ястрель опустилась ночь, погрузившая все в полную опасностей темноту, в поместье, расположенном на холме зажглись огни. Сотни лет назад в этом поместье жили люди, принадлежавшие знатному роду Кучики. Красивые, статные, обладающие изысканными манерами, в чьих жилах текла кровь истинных благородных аристократов, Кучики обладали абсолютной властью над городом и близлежащими землями. Они были богаты и влиятельны. Их боялись и уважали, пред ними преклонялись и их почитали. Но нашлись и те, кто позавидовал им. Однажды под покровом ночи завистники проникли в поместье и убили всех, кто был в доме. В живых не остался никто. Бьякуя Кучики - последний из своего рода, единственный выживший в ту памятную ночь. Хотя слово "жив" здесь не уместно. Наполнив хрустальный бокал на тоненькой ножке чистым алым напитком, мужчина подошел к окну, за которым светила уходящая за горизонт луна. Ночь. Его любимое время суток. Но, пожалуй, не только его. Чтобы насладиться прекрасным видом ночного города из окна Кучики не стал включать в комнате свет. Да он ему и не нужен, он прекрасно все видит даже в кромешной темноте. Скрипнула дверь. А в следующий миг послышался звук падающих тел. Бьякуе не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто пришел. - Господин, - произнес Абарай, чуть склонившись, - я привел их. Отпив из бокала немного его содержимого, хозяин дома повернулся к вошедшим и первым делом взглянул на своего слугу. Красные волосы, собранные в высокий хвост, загорелая кожа и множество медленно заживающих порезов и ожогов. Затем Кучики перевел взгляд на двух, на первый взгляд похожих как две капли воды, связанных женщин, сидевших на полу в центре комнаты. У обеих были длинные спутанные черные волосы и испуганные глаза. Одно еле заметное движение кисти руки Бьякуи и веревки опутывающие тела женщин ослабли и упали на пол. Едва это произошло женщины, тут же прижались друг к другу. Одной из них на вид было не больше восемнадцати лет, другая лет на пять старше. - Что вам от нас нужно? - спросила та, что была старше. - Кого ты мне привел? – игнорируя вопрос пленницы, глава древнего клана повернулся к своему слуге. - Эт-то ведьмы, - запинаясь, проговорил слуга, предчувствуя немилость своего хозяина. Ни один мускул не дрогнул на лице князя, он даже рукою не повел. Но словно невидимая рука в этот миг сжала горло Ренджи в своих тисках и сдавила. Его ноги оторвались от пола, и он завис в метре от того. - Где ты их нашел? В них не чувствуется ни капли ведьмовской крови. Только на еду и сгодятся, - с еле уловимыми нотками гнева произнес брюнет. Холод, сквозивший в его голосе, заставил пленниц задрожать пуще прежнего. - П-простите, господин, - выдавил Ренджи сквозь сдавливающие его горло тиски. – Они п-правда ведьмы. Я с-сам видел, как они колдуют. Кучики ничего не стоило свернуть шею своему незадачливому слуге, но тогда тот выйдет из строя на несколько часов, а ведь для него есть новое задание. Князь отвернулся от красноволосого и в тот же миг невидимые тиски отпустили Абарая и тот свалился на пол. - Течет ли в ваших жилах ведьмовская кровь? - спокойно спросил Кучики, обратившись к старшей из женщин. - Нет, - дрожащим голосом ответила та, обнимая свою сестру. А Бьякуя не сомневался, что они сестры, ведь с той заботой, с которой она обнимала ее, словно пытаясь укрыть от всего враждебного мира, может обнимать только мать или сестра. - Но наш учитель был колдуном, - поспешно добавила она. Но внезапно ее взгляд изменился. В нем по-прежнему читался страх, но помимо него в ее глазах появилось отчаяние, смешанное с решимостью. - Пожалуйста, не трогайте мою сестру! - воскликнула она, устремив на Кучики умоляющий взгляд. - Хисана, не надо. - Я сделаю все, что вы скажете! Только отпустите ее! - умоляла женщина, не обратив внимания на слова младшей сестры. Хисана. Красивое имя, думал Бьякуя, не сводя с нее глаз. А она смелая. Зная, что ее судьба решена, она пытается спасти свою сестру. Жертвенность. Одна из напрасных черт человечества. Принести себя в жертву не задумываясь над тем, а нужна ли эта жертва тем, ради кого ее приносят. Устремив взгляд своих ледяных серых глаз на слугу, князь подал тому знак, чтобы он увел отсюда младшую из сестер. Послушно приблизившись к пленницам, Ренджи буквально вырвал девушку из объятий сестры и поволок к выходу. - Хисана! - воскликнула она, всеми силами сопротивляясь. - Рукия! Из глаз обеих девушек текли слезы ручьем. Обе тянули друг к другу руки. Но одну насильно тащили к двери, а у другой не было сил, чтобы хотя бы подняться на ноги. - Пожалуйста! - воскликнула Хисана, повернувшись к хозяину замка, едва захлопнулась дверь, скрывая за собой ее сестру. - Я умоляю вас! Не трогайте ее! Я сделаю все, что вы хотите, только не трогайте Рукию! Из глаз девушки текли горькие соленые слезы, сквозь которые она умоляюще взирала на Кучики. Чтобы не видеть этих слез, полных отчаянья, князь отвернулся к окну, взглянув на тень города, распростершегося у подножия холма. - Без моего приказа к ней никто не прикоснется, - спокойно произнес он. Бьякуя спокойно глядел в окно в ожидании, когда плач и всхлипы за его спиной затихнут. Но они лишь усилились. - Встань, - жестко приказным тоном велел он, взглянув на девушку через плечо. Стерев с лица влажные соленые дорожки слез, девушка поспешно поднялась на ноги и, с трудом удерживая равновесие, встала прямо. Не сводя с нее глаз, Бьякуя развернулся к девушке боком. Лишь теперь последний представитель благородного рода Кучики смог как следует ее рассмотреть. Невысокая и довольно хрупкая на вид девушка. Под широким балахоном явно скрыта худенькая фигурка "без излишеств". Слабые руки, кисти с тонкими, длинными пальцами. Насыщенно-черного цвета волосы доходили едва ли не до середины бедра, челка была небрежно перекинута на левую сторону. Тонкие черты лица и бледная кожа удивительно контрастировали с глубокими и невинными глазами синего цвета. Вот только с виду она не очень-то походила на ведьму. - Закончила ли ты свое обучение? - спросил князь, отворачиваясь и возвращаясь к своему напитку. - Да, - тихо ответила брюнетка, не смея поднять на мужчину своих глаз. - Как твое имя? - Хисана. Просто Хисана. - Сколько тебе лет? - Д-двадцать шесть, - с легким удивлением ответила девушка. Она не понимала, зачем ему нужно знать ее возраст. И не знала, зачем вообще столь сильному и могущественному вампиру - а она ни капельки не сомневалась в его силе - понадобилась столь слабая ведьма как она. - Ведьма Хисана, я предлагаю тебе заключить со мной договор, - словно отвечая на ее немой вопрос, произнес князь. - Какой договор? - испуганно задала вопрос девушка, хотя уже заранее знала на него ответ. - Я предлагаю тебе и твоей сестре кров и защиту в обмен на твою магию и, - Кучики повернулся к девушке лицом, - твою кровь. На лице Хисаны отразился страх. Нет, конечно же, когда их с Рукией тащили в этот замок, она предполагала такой исход, при котором ее обескровят. Но что бы служить вампиру! – не настолько она сильна в колдовстве, чтобы ее силы понадобились столь могущественному вампиру. Или всех сильных магов уже перебили? Но как бы не размышляла Хисана, у нее нет другого выбора, кроме как согласиться. Ради безопасности сестры, она пойдет на сделку с вампиром. - Можно зажечь здесь свет? – тихо спросила она, опустив голову и пряча лицо за длинной растрепанной челкой. – Я хочу видеть того, с кем заключаю договор. А ведь он и забыл, что в комнате темно и лишь он видит в этой темноте. Уголки его губ чуть дернулись в улыбке, но Бьякуя быстро совладал с собой. Быстрое еле уловимое движение руки и в камине вспыхнул огонь и затрещали поленья. Нервно теребя края длинных рукавов, Хисана подняла взгляд на, по-прежнему стоявшего у окна, мужчину и невольно ахнула. Он был очень красив. Он был высок, широкоплеч и статен. У него были длинные черные как смоль волосы, тонкие губы и глубокие серые глаза, которые будто глядели в самую душу. И под этим взглядом девушка чувствовала, как ее щеки наливаются румянцем. - Мое имя – Кучики Бьякуя, - сообщил вампир, проходя к письменному столу и останавливаясь около его угла. – Я единственный хозяин в этом доме и подчиняться ты будешь только мне. Поняла? - Да, Бьякуя-сама. - Это, - он поднял свой бокал на уровень глаз, демонстрируя Хисане содержащийся в нем, бокале, алый напиток, - все, что осталось от последней ведьмы, с которой я заключил договор. То же самое ждет и тебя, если ты решишь предать меня. - Я не предам вас, - с придыханием, произнесла девушка. Этот ответ его удовлетворил. Хотя он и не сомневался, что она именно так ответит. В конце концов, все когда-либо служившие ему ведьмы, заверяют его в своей верности. Поставив бокал на стол, Кучики повернулся к Хисане. Всего миг и он уже стоит у нее за спиной. Хисана резко обернулась и перед ее глазами предстала широкая крепкая мужская грудь. Подняв взгляд, она увидела его глаза, налившиеся кровью. Она хотела отскочить от него, оттолкнуть его холодную ладонь, коснувшуюся ее щеки, но внезапно потеряла способность двигаться, словно попала под действие гипноза. А меж тем его ладонь медленно заскользила от щеки к ее тоненькой шейке, оголяя ее. Помимо своей воли она чуть склонила голову в бок. Ее шейка такая хрупкая, кожа светлая, почти прозрачная, сквозь нее даже видны сосуды, по которым течет желанная кровь. А ведь он несколько дней уже не пил свежей крови. *** Темно. Темно и холодно. А еще очень хочется кушать, о чем свидетельствует почти непрерывное урчание в животе. Но Рукия, сидя на краешке софы и растирая озябшие руки, старалась об этом не думать. Обхватив свои трясущиеся узкие плечи тонкими ручками, она осмотрелась. Вроде не клетка, а обычная комната, хоть и обставлена по скромному, а девушку все равно не покидает чувство, будто она сидит в темнице. Все здесь казалось серым и холодным. Все – и стены и мебель и даже камин, в котором, судя по всему, не разжигали огонь лет несколько. Может так только казалось из-за лунного света, проникавшего в помещение через не зашторенное окно и являвшегося единственным в данный момент источником света, а может так оно и было на самом деле. Но как бы там ни было, с каждой минутой Рукию все чаще посещала мысль разжечь огонь в камине. Жаль только, что в темном проеме каминной арки не было видно ничего, хоть отдаленно напоминавшего поленья. А может стул поджечь? - мелькнула мысль в черноволосой голове. Стул деревянный, хорошо будет гореть. Сама того не замечая, девушка протянула руку в сторону, стоявшего неподалеку деревянного стула и уже собралась призвать огонь, как ее пустой желудок вновь напомнил о себе протяжным урчанием, показавшимся в тихом темном помещении медвежьим рыком. И как только здесь живут люди? Темно, холодно, ни единого намека на присутствие жизни. А, ну да, здесь же нет людей. Во всяком случае, живых. И с одним из таких неживых людей осталась Хисана. Как она там? Все ли с ней хорошо? Не тронул ли ее этот страшный человек? Нет, не так. Не убил ли ее этот вампир? Да-да, именно вампир. И от осознания того, что ее родная сестра сейчас находится наедине с существом, для которого убить кого-то все равно, что щелкнуть пальцем, Рукии становится еще холоднее. Ей не страшно, нет. Не за себя точно. Она переживает за Хисану. За себя Рукия может постоять, и она вполне способна самостоятельно выбраться отсюда. И уже давно бы это сделала, тем более что поблизости никого нет. Но что тогда будет с ее сестрой, ведь Хисана не боец, она медик. Она может создать защитный барьер и залечить любую рано, но не сможет отразить атаку. Рукия тяжело вздохнула, вновь обхватывая себя за плечи. И в этот миг дверь с тихим скрипом отварилась, и на пороге возник высокий силуэт красноволосого вампира, притащившего ее сюда. Уже готовая броситься на него с кулаками – а еще лучше с огненным шаром, с которым он уже имел честь познакомиться – и будь что будет, девушка вскочила на ноги и устремилась к выходу. Но тут парень отошел в сторону, пропуская в комнату другого человека, точнее девушку, державшую в руке свечу. - Хисана! – счастливо воскликнула Рукия и бросилась обнимать сестру. – Как ты? Он тебя не тронул? - Все хорошо, Рукия, - улыбнулась Хисана, отставив руку со свечкой в сторону. – Теперь все хорошо. Нам больше не нужно прятаться. - Что… Как это, не нужно? – растерянно переспросила Рукия, отступив на шаг. Ее взгляд сам собой заскользил вдоль тела ее сестры, выискивая что-то, и задержался на вороте ее платья, запятнанном кровью. - Хисана, - севшим голосом произнесла она. - Да, я заключила с ним договор. И Бьякуя-сама взял нас под свою защиту. Теперь мы с тобой принадлежим знатному роду Кучики.