Once upon a time...

В расписании первым предметом значилась история магии. Особого энтузиазма на лицах слизеринцев не было, шли на урок они очень неохотно и как могли оттягивали момент захода к класс. Пэнси, заметив, что Елена с удивлением разглядывает еле-еле идущих сокурсников, пояснила: — Не самый интересный предмет, знаешь ли, — она манерно вздохнула. — Не просто скучно, но ещё и невероятно утомительно. До сих пор не могут найти живого преподавателя, представляешь? — она покачала головой, придерживая рукой кожаную лямку сумки. Живого?.. — А, ну да, — Пэнси снова уловила замешательство на лице Елены. — Наш преподаватель — призрак. Некоторое время они шли в молчании. Елена ждала объяснения, Паркинсон ждала вопроса. Всё интереснее и интереснее. — Нет, серьёзно? — первой не выдержала Елена. — У вас есть преподаватель-призрак? Идущая рядом Дафна хмыкнула, одновременно подмигнув идущему навстречу старшекурснику с их факультета. Елена видела его за столом, он всё утро рассеянно пролистывал конспекты, исписанные непонятными символами. — Он раньше был живым, — сообщила Гринграсс. — Но потом умер. И пришёл на урок уже в бестелесной форме. Сначала все были в шоке, а потом, видимо, говорить ему об этом было уже как-то неловко. А что, на самом деле, резонно. И зарплату платить не надо... О, боги, а может, из Хогвартса нельзя уйти, даже став призраком?! Они в очередной раз свернули, и Елена поняла, что ориентироваться в замке она не будет ещё очень долго. Бесконечные коридоры, один в один похожие друг на друга; лестницы, движущиеся и навсегда застывшие между каменных стен; колонны, статуи, высокие стрельчатые окна... В замке не хватало только одного: указателей. — И что вы должны проходить сегодня? — поинтересовалась Елена, не без интереса разглядывая картину, на которой чрезвычайно худой рыцарь протягивал разодетой в пух и прах полной даме безупречно белую розу. Дама кокетливо отворачивалась, не забывая строить глазки и изящно взмахивать пухлой ручкой. Рыцарь не оставлял своих попыток, забегал с другой стороны, дама снова отворачивалась. — Историю, — пожав плечами, отозвалась Дафна, придирчиво разглядывая свой маникюр. — В том году мы остановились на... Кто-то там кого-то отравил с помощью придворного зельевара, потом зельевар отравил отравителя... Пэнс, что там было? — Я что, помню? — Паркинсон фыркнула, и хвостик из жидких волос качнулся, касаясь её плеча. — Лично я готовилась к СОВ на этих уроках. Елена кивнула головой, принимая информацию к сведению и жалея, что один из её любимых предметов здесь явно не на том уровне. Почти во всех случаях любовь к предмету прививает преподаватель. Дисциплина может быть невероятно интересной сама по себе, но преподавай её зануда-формалист, вся магия обучения и тяга к познанию новых глубин пропадёт через несколько занятий. Но если наставник всей душой любит свой предмет, если он стремится передать эту любовь — знания расцветают новыми красками. Елена незаметно вздохнула, вспоминая уроки истории в Ильверморни. У них была обязательная история магии и необязательная — история магглов, не-магов, как звали их в Америке. Историю магии вёл мистер Хендрик Ван де Иден. Высокий и стройный чистокровный голландец являлся одним из лучших выпускников Скандинавской Академии Волшебства, а также обладал весьма запоминающейся внешностью, став предметом внимания многих учениц с самого начала своего преподавания. Елена не была исключением, частенько заглядываясь в обеденном зале на стол преподавателей и хихикая над шуточками однокурсниц про персональные уроки истории. Их общение не выходило за рамки учебного процесса в классе до тех пор, пока однажды в библиотеке они одновременно не взялись за одну и ту же книгу Грейнона Валентайна. Взялись — и сразу же отдернули руки с вежливым: «Берите вы!» Потом — «Нет, что вы!..» «— Разве мы не затрагивали эту тему несколькими уроками ранее? — Хендрик поднял бровь, разглядывая слегка покрасневшую ученицу. — Да, но мне захотелось подробнее узнать о Шумерском Магическом периоде, — честно ответила Елена, рассматривая собственные туфли. — Подробнее? — он с любопытством прищурился, пряча улыбку в уголках тонких губ. — Спросили бы у меня, вместо того, чтобы читать скучную древнюю книжку». Елена продолжила разглядывать преподавательский стол и смеяться над шутками однокурсниц, но пару раз в неделю она допоздна засиживалась в библиотеке в компании Хендрика, со сверкающими глазами и толстенной тетрадью, которой дорожила по сей день, изредка перечитывая и поглаживая исписанные страницы. Она больше не краснела, встречая взгляд серых глаз, больше не смущалась, отвечая на его вопросы. Порой, выходя за рамки истории, они обсуждали любимые книги, однажды сойдясь во мнении, что писатели не-маги существенно выигрывают у литераторов магического мира. Как же жаль, что больше мы не увидимся. — Э-эй, Форсайт! — голос Пэнси показался Елене удивительно противным. — Ты вообще слышала, о чем мы говорили?.. Она отрицательно покачала головой, с сожалением позволяя так внезапно нахлынувшим приятным воспоминаниям расплывчатыми тенями ускользнуть обратно в коридоры памяти. Серые глаза с искоркой веселья растворились в настоящем, подмигнув на прощанье. Он обещал прислать письмо... — Задумалась о чём-то? — дежурно поинтересовалась Гринграсс, не ожидая ответа на свой вопрос. Елена не стала обманывать её ожидания и вежливо улыбнулась. Ты не хочешь слушать, я — отвечать. Идеально. Они прошли ещё несколько метров, свернули и остановились перед округлой толстой дверью, не отличающейся от десятков других дверей в этом замке. Нет, серьёзно, указатели или хотя бы просто таблички совсем не помешали. Как они сами тут ориентируются?.. — Добро пожаловать в обитель скуки, — Паркинсон кивнула в сторону двери. — Надеюсь, ты взяла с собой что-нибудь, чем можно будет занять себя эти пару часов. — Могу одолжить расчёску, — благосклонно предложила Дафна. Елена подавила гомерический смешок и, услышав шаги, повернулась в сторону подошедших сокурсников. Привет, Малфой. — Вы что, пошли сразу через Русалочий холл? — спросил Блейз, останавливаясь напротив Пэнси. — Мы решили, что спешить не стоит, поэтому вернулись в гостиную за шахматами, — он продемонстрировал коробку размером с учебник. — Заклятье уменьшения — вещь, — покивал Нотт, приглаживая волосы. — Иногда мне тоже приходится кое-что уменьшать, чтобы не приводить девушек в состояние восторженного обморока, — он пошло подмигнул Елене. Дафна с Пэнси как по команде закатили глаза, а Елена скривилась. — Я бы больше поверила в то, что ты используешь Энгоргио, — отозвалась она, вызвав одобрительный смешок со стороны Гринграсс и взгляд Малфоя, который она расценила как заинтересованный. — А ты проверь, — Нотт явно не собирался лезть за словом в карман; наоборот, подначивания со стороны оппонента только раззадоривали его. Как ребёнок, честное слово. — Делайте, что хотите, только после урока, — ровно произнёс Малфой, глядя в сторону. Он старался не смотреть на Елену, когда говорил. — Мы опаздываем уже на три минуты. Я так понимаю, никто особо не рвётся на эту пару. — Чтоб ты знала, мне достаточно и трёх минут... — начал Нотт, но вдруг замолчал, прислушиваясь. Елена с недоумением посмотрела на него, когда вдруг тоже услышала довольно знакомые голоса. — ...И, значит, он говорит: «Минус десять баллов Гриффиндору». Я такой: «За что, профессор?» А он: «За то, что вы взяли на урок еду», — и кивает на ма-аленький кусочек хлеба у меня в руке. А я ему: «Но, профессор, я же еще не в классе!» А он... — показавшийся из-за поворота Уизли нелепо захлебнулся словами, вытаращившись на стоявших около двери слизеринцев. Идущие рядом Грейнджер и Поттер тоже застыли от неожиданности. Привет, Гарри. Несколько секунд две группы учеников молча мерили друг друга взглядами. Свечи в канделябрах тихо потрескивали, нагнетая обстановку. Грейнджер хмурила густые брови, Малфой лениво склонил голову набок. Почему Забини так смотрит на Грейнджер? — Какого чёрта? — наконец озвучил мысли присутствующих Нотт, воинственно подняв узкий подбородок. — Э-э-э, — информативно протянул Уизли, почесав рыжую макушку. — Мы, это... Паркинсон фыркнула, Гринграсс закатила глаза, а Елена смотрела на Гарри, стёкла очков которого немного блестели в свете от канделябров. — У нас тут урок, — тоном, от которого стены вполне могли бы покрыться ледяным налётом, оповестила Грейнджер, почему-то смерив недовольным взглядом Елену. А я-то тут при чём?.. — И у нас! — задиристо отозвался Тео, складывая руки на груди и готовясь к очередным взаимным оскорблениям. Мерлин, только не это опять. — Так вот почему Снейп так злорадно усмехался, — сокрушенно пробормотал Уизли, с досадой цокнув языком. Малфой и Блейз синхронно подняли брови. Они как Дафна и Пэнси, только мужской вариант. — Нам заменили первый урок трансфигурации на историю магии, — пояснил Поттер, переводя взгляд на Драко. А у него зеленые глаза. — До конца года? — по-настоящему ужаснулась Гринграсс, расширив глаза. Все трое кивнули. Будто иллюстрируя сказанное, вдалеке послышался топот ног. — О, а вот и наши, — оживился Уизли, вскидываясь. Паркинсон схватилась за голову, Нотт застонал, закрыв лицо руками. На губах Уизли заиграла победоносная улыбка, а Поттер весело посмотрел на Елену. Не могу сказать, что не рада этому.

● ● ●

— ...В начале XVI столетия эдиктом Великого инквизитора Альфонсо Манрикеса... — до невозможности монотонный голос призрака безжалостно нагонял дремоту. Профессор Биннс парил в воздухе, поводя прозрачной рукой каждый раз, когда озвучивал ту или иную дату. Насколько его текущая ипостась позволяла разглядеть, он был лысым, с лошадиным лицом, окружённым седой клочковатой бородой. Елена зевнула, прикрыв рот ладошкой, и скучающе оглядела небольшой кабинет с невысоким потолком и круглыми окнами, которые сейчас были распахнуты настежь, впуская в помещение потоки свежего сентябрьского воздуха. На улице тучами серело небо, с минуты на минуту обещая ливень. Если хорошенько прислушаться, можно было различить крики озёрных птиц и гулкий завораживающий отголосок шума листвы Запретного леса. За первой партой, прямо перед Еленой и Забини, сидела Грейнджер вместе с Поттером. Пришедшие первыми слизеринцы рассредоточились по краям класса и теперь занимались своими делами. Малфой что-то тихо шептал Нотту, тот кивал с необычно серьёзным видом, машинально постукивая указательным пальцем по чистому пергаменту. Сидящий рядом с Еленой Забини читал толстый потрёпанный том учебника по углубленному зельеварению. Грейнджер же, которая без труда пробилась за первую парту, что-то прилежно строчила в толстенной тетради, иногда поднимая растрёпанную голову, чтобы уточнить тот или иной факт. Поттер палочкой гонял по столешнице белоснежное пёрышко, периодически роняя его на пол. Интересно, как у неё получается не отвлекаться? Елена снова зевнула и посмотрела на спину Поттера. Он опять уронил пёрышко, за что заработал недовольный взгляд Грейнджер, которая умудрилась сделать это, не переставая писать. Елена внутренне восхитилась этим умением и чуть приподнялась на стуле, чтобы взглянуть на тетрадь гриффиндорки. Абсолютно ровные строки с маленькими аккуратными буквами. Грейнджер могла писать не глядя, и Елена сочла это следствием долгих лет практики. Она начинает мне нравиться. — Эй, ты что делаешь? — оторвавшись от чтения, вопросительно прошептал Забини, заметив её манипуляции. — Спина затекла? Елена чуть покраснела и села обратно на место. — Она... — Елена не знала, как объяснить, поэтому просто кивнула в сторону гриффиндорки, надеясь, что Забини поймёт и не сочтёт её странной. На лице Блейза появилось странное выражение, которое тут же пропало. Елена сочла это пониманием. — Чего ты ожидала, она же умнейшая молодая ведьма последнего столетия, — в шёпоте сложно было различить эмоции, но Елене показалось, что она услышала тщательно скрываемое восхищение. Так-так, Блейз. — А скажи, — Елена подперла щеку кулаком, развернувшись к соседу, — неужели никто не просил поменять преподавателя? — она краем глаза заметила, как дёрнулась Грейнджер, но не обратила на это внимания. Забини недоуменно нахмурился. — Зачем? — в его карих глазах читалось непонимание. Теперь настала очередь Елены удивляться. — Разве это не очевидно? — она обвела взглядом класс. — Посмотри, никто же не слушает! Кроме неё, — Елена качнула головой в сторону Грейнджер, — но это всё статус самой умной ведьмы. Но остальные... Блейз сделал останавливающий жест рукой. — Слушай, — он вздохнул, будто объяснял что-то неразумному ребёнку, — ты пойми, этот урок — он для нас как дополнительное время, в которое мы можем доделать домашнее задание, почитать или просто отдохнуть. И никто — я серьезно — никто не хочет, чтобы этот статус менялся. Из всей школы Биннса слушает только Грейнджер, и даже её всё устраивает, пока она может расслышать его бубнёж. М-да, Англия. Отличная система образования, ничего не скажешь. Посчитав вопрос закрытым, Забини снова опустил голову, возвращаясь к чтению. Желтоватые страницы его книги пестрели схемами и мелкими буквами, и Елена с ужасом подумала, что если ей придётся такое читать, то хорошему зрению придётся помахать ручкой. С другой стороны, у нас с Поттером уже точно найдётся что-то общее. Елена посмотрела на парящий в воздухе призрак, который, заложив прозрачные руки за прозрачную спину, продолжал бубнить: — ...Для этого были созданы специальные кольца и зеркала. Чтобы вызвать духа с помощью кольца... Елена чуть не застонала, готовая биться головой об парту. Как, как можно было одним голосом навевать такую скуку, что желание учить этот интереснейший предмет пропадало напрочь?.. Мерлин, я так скучаю по Хендрику! Она скосила глаза в сторону парты Малфоя и Нотта. Они продолжали тихо шептаться, только теперь Нотт выглядел скорее удрученным, а Малфой — сочувствующим. Пряди его платиновых волос тускло поблескивали в неровном свете небольших люстр, и оттого его лицо казалось выточенным из мрамора. Малфой вдруг едва заметно дёрнулся, будто почувствовав её взгляд, и Елена уже хотела отвернуться, но... не могла, зачарованно глядя, как он медленно поворачивает голову и смотрит, смотрит прямо на неё. Это длилось всего пару секунд, но Елене показалось, что время застыло, оставив их вдвоём. Серые глаза, в которых палитра привычных эмоций утрачивала чёткие очертания, прячась за пеленой наигранного безразличия, казалось, смотрели прямо Елене в душу, отпечатываясь несмываемым следом в воспоминаниях. Отвернись, дура, отвернись, возьми себя в руки, хватит пялиться!! На лице Малфоя не отразилось ни единой эмоции. Он равнодушно отвёл взгляд и продолжил говорить с Ноттом, а Елена больно ущипнула себя за руку, возвращаясь в реальность. Молодец. Просто умница. Браво. Осталось только выйти на середину Большого зала и крикнуть, что тебе нравится Малфой. И Поттер заодно. Щёки залились алым, и Елена пожалела, что не оставила волосы распущенными: густые пряди отлично бы скрыли унизительный румянец. Чтобы хоть как-то отвлечься, она вытащила из сумки пергамент с расписанием и уставилась в одну точку. — Следующая пара — травология, — не поднимая головы от книги, произнёс Блейз. К большому облегчению Елены, он не заметил предыдущего обмена взглядами, погруженный в чтение. А можно перевестись на другой факультет?.. — Надеюсь, преподаватель живой? — вяло пошутила Елена, всё ещё чувствуя жар на коже. Забини хмыкнул и кивнул. — Профессор Стебль, милая пожилая дама. Любит шляпки и свои растения, — он бросил взгляд на расписание Елены. — Трансфигурация третьей парой. В этом году мало кто на курсе её выбрал. Ты сама выбрала, или тебе в ознакомление поставили? Елена поковыряла ногтем уголок пергамента. — Фадж дал мне список предметов, чтобы я посмотрела, чем хочу заниматься, — пояснила она. — От трансфигурации я не отказалась. Я всё ещё лелею мечту превратиться в какое-нибудь кусачее растение, чтобы меня никто не трогал, — она подняла краешки губ, показывая, что пошутила. Забини улыбнулся, оценив. — Её ведёт профессор МакГонагалл, с которой ты уже знакома, — сказал он, и Елена тоже радостно улыбнулась: декан Гриффиндора ей очень понравилась. — В этом году я отказался от этого предмета, но Тео, Малфой и, кажется, Гринграсс будут ходить. Так. Можно спешно поменять выборку предметов? — Так, а в четверг у тебя третьей парой... — Забини вгляделся в расписание. — Смотри, тут два предмета: астрономия и травология. Это дополнительные пары, и ты можешь выбрать что-то одно. — Допустим, выбираю астрономию, — быстро решила Елена, для которой это даже не было вопросом: смотреть на звёздное небо казалось делом гораздо более интересным, чем копание в грязной земле. В эту же секунду надпись «травология» исчезла из ячейки, оставив одну астрономию. Елена моргнула, оценив красивый эффект. — Астрономия у нас с когтевранцами, — известил её Блейз. — Полагаю, на этой паре ты будешь одна из Слизерина, — он помедлил. — Но, насколько я понял, тебя это совершенно не волнует. Всё правильно понял. Елена рассеянно кивнула, продолжая исследовать расписание. Оно казалось на удивление свободным. В Ильверморни свободного времени хватало на то, чтобы сделать домашнее задание и, пожалуй, немного прогуляться вокруг школы. Все остальные часы были заняты дополнительными занятиями, библиотечным временем, поездками в город и мастер-классами от известных волшебников по самым различным видами магии. — Вы что, не учитесь по субботам? — удивленно констатировала она, даже не представляя, чем можно занять целый свободный день. Смотреть на капли дождя или слоняться по бесконечным коридорам? — Нет, — так же удивленно ответил Забини. — Это же выходной. Кто-то идёт в Хогсмид — это небольшая деревенька неподалёку от станции. Кто-то остаётся здесь. Всегда есть, чем заняться, — он невольно решил осветить мучающий Елену вопрос. — Тренировки по квиддичу, отработки у Снейпа, отработки у МакГонагалл, отработки у Филча... — он ухмыльнулся, увидев, как вытягивается лицо Елены. — Хотел бы я сказать, что это шутка, но нет. Я предпочитаю проводить время в библиотеке или в нашей гостиной. И там, и там — тишина и спокойствие, — он чуть прищурился, будто вспоминая что-то приятное. Елена уже собиралась задать следующий вопрос, когда Грейнджер, снова передёрнув плечами, резко развернулась к ним и, глядя то на Блейза, то Елену, прошипела: — Будьте добры, помолчите хотя бы пять минут, вы мешаете учебному процессу! — меж её бровей прорезалась вертикальная морщинка, и, если бы Елена знала гриффиндорку чуть лучше, она бы поняла, что это верный признак гнева. Сидящий рядом Поттер тронул Грейнджер за плечо, но она быстрым жестом сбросила его руку, продолжая прожигать взглядом Забини. Хм, а она довольно симпатичная. — Я бы не сказала, что это можно назвать учебным процессом, — вежливо начала Елена, но Забини её перебил. — Что, Грейнджер, мешаем тебе переписывать учебник? — насмешливо поинтересовался он, чуть наклонившись вперёд. Елена приняла этот жест за выражение превосходства, однако на самом деле Блейз пытался прикрыть книгу, которую читал под партой. Грейнджер стиснула челюсти, так, что на её скулах заходили желваки. — Понимаю, для тебя это новость, но некоторые пришли сюда, чтобы учиться, — процедила она, повторяя жест соперника и тоже наклоняясь вперёд. Поттер снова поднёс руку к её плечу, но так и не дотронулся. Если начнётся драка, я даже не знаю, на кого ставить. Впрочем, быть причиной разгорающегося конфликта Елене не хотелось совершенно. Она закусила губу, спешно думая, как можно разрешить ситуацию, за которой потихоньку начал наблюдать весь класс. — Пожалуйста, давайте не будем ссориться, — наконец сказала она, не придумав ничего лучше. — Это моя вина, я спросила, как, э-э-э, пользоваться расписанием. Извини, пожалуйста, если мы помешали тебе слушать профессора, — Елена посмотрела в расширившиеся от удивления глаза Грейнджер. Забини тоже выглядел изумлённым, и Елена подумала, что, кажется, в концу этой недели она точно доведёт оба курса до сердечного приступа. Впрочем, как они до сих пор сами друг друга не поубивали, всё ещё оставалось для неё загадкой. Грейнджер некоторое время смотрела на Елену, будто пытаясь понять, издевается она или нет. Потому она резко качнула головой, так, что пряди волос качнулись вместе с ней. — Извинения приняты, — бросила она и развернулась обратно. Поттер тут же принялся что-то тихо говорить ей на ухо, почти касаясь губами её мочки, и Елена вдруг почувствовала резкий укол ревности. Спокойно, он не твоя собственность. Вы вообще с ним так-то даже не знакомы. Забини продолжал сидеть с поднятыми бровями. Слизеринцы тихо перешептывались между собой. Малфой смотрел куда-то в сторону доски. Я знаю, что ты всё видел, можешь не притворяться. По крайней мере, я на это надеюсь. С блеском вышла из такой сложной ситуации! Ай да я! Елена против воли довольно улыбнулась и снова повернулась к Блейзу. — А что с воскресеньями? — произнесла она на тон ниже, будто ничего не произошло. — Тоже день отдыха? Забини моргнул. — Дополнительные предметы, — автоматически ответил он, рассеянно глядя на Елену. — Надо выбрать не меньше двух. — Большое спасибо, — чинно кивнула Елена и, сунув расписание обратно в сумку, сделала вид, что внимательно слушает профессора. На самом деле она едва сдерживала смех, наконец понимая, в какое общество попала. Чопорное консервативное сообщество британских магов очень напоминало остальные чопорные консервативные сообщества, коих в истории — что магической, что немагической, — встречалось немало. Сплошные предрассудки, которыми забивались мозги детей с самого детства преобладали в этой системе, которую никак нельзя было назвать способствующей хоть какой-то эволюции. Предубеждения против не-магов, точнее, магглов, на корню срезали любую возможность дальнейшего развития, и Елена не сомневалась, что все структуры подобного общества уже давно прогнили изнутри, грозясь рухнуть при малейшем ветерке. Что же, Хогвартс, настало время взглянуть на мир современным взглядом. На передней парте, тем временем, разворачивалось новое действие. Грейнджер, отложив перо, что-то тихо, но яростно втолковывала Поттеру, а тот отрицательно качал головой, несогласно блестя зелёными глазами. — Урок окончен, — невнятно пробормотал Биннс, когда раздался серебристый звон колокольчика. — Домашнее задание на доске, — он провёл рукой по лысине и, плавно проплыв до стены, скрылся в каменной кладке. Стоило профессору покинуть кабинет, как Грейнджер вскочила на ноги и, не глядя засунув учебные принадлежности в сумку, вылетела из класса, провожаемая удивленными окликами Уизли. Поттер же некоторое время глядел ей вслед, одновременно позволяя Елене смотреть на его профиль, а затем спокойно записал домашнее задание и начал складывать вещи. Хм-м, кажется, они поссорились. Внутри стало чуть теплее, и Елена мысленно себя за это отругала. — Смотри-ка, как изящно ты заставила их поругаться, — Забини качнул головой, убирая книгу в сумку. — А я-то уже подумал, что ты от чистого сердца... — он ухмыльнулся и кивнул ей. — Увидимся на травологии. Он присоединился к уходящим Малфою и Нотту и вышел из кабинета в толпе остальных спешащих поскорее уйти учеников. Елена проводила его недовольным взглядом. И вовсе я не планировала этого!.. Она стиснула в пальцах ручку и посмотрела на доску, на которой после слов профессора проявилось домашнее задание. Внутри отчего-то было нехорошо, будто она сделала что-то недоброе; при этом Елена чётко отдавала себе отчёт в том, что она действительно сожалела, что помешала Грейнджер слушать Биннса. Значит, дело в том, как это воспринял Забини. Почему-то Елене не хотелось, чтобы окружающие считали её такой же слизеринкой, какими были Дафна и Пэнси. Да-да, все окружающие, без исключения. А не только пара конкретных людей. Она бездумно повертела ручку, вглядываясь в написанные мелом слова. Может, я и на Слизерине, но вот становиться слизеринкой совершенно не хочу. — Эссе о последствиях инквизиции, — внезапно произнёс Поттер, не оборачиваясь. Елена посмотрела на его спину. — Кажется, сегодня он решил нас пощадить. Она моргнула и недоуменно нахмурилась. Это он мне?.. — Травология... — гриффиндорец повернулся и посмотрел куда-то за Елену. — Интересная наука... Елена продолжала молчать, во все глаза глядя на Поттера. Вокруг шумели шестикурсники, собирая вещи и обсуждая прошедшую пару. В правом углу, где сидел Уизли, кто-то громко расхохотался. Так, он точно разговаривает со мной. Но почему? Это какая-то ловушка? Мерлин, вот я и начала думать, как слизеринец... Многострадальная ручка даже скрипнула, так сильно сжала её Елена. Она не знала, как реагировать. — Я — Гарри, — он наконец посмотрел на неё. В его зелёных глазах мерцали искорки смеха. Так, не вздумай ляпнуть что-нибудь... что-нибудь, что ты обычно ляпаешь. — Елена, — представилась она и внутренне похлопала в ладоши. Молодец, пока хорошо держишься. — Это правда? Ну, то, что ты сказала Гермионе, — веселый взгляд вдруг стал пристальным, и Елена сглотнула. В смысле? Может, он про расписание? Правда ли я не могла разобраться или что-то вроде того? Видимо, разглядев непонимание в глазах Елены, Поттер улыбнулся и качнул лохматой головой. — Прости, если это было похоже на допрос, — он поправил очки. — Просто ты извинилась перед... ну, ты понимаешь. Это совсем не похоже на поведение Слизерина. Нет, не понимаю. Извинилась перед?.. Перед гриффиндоркой? Перед девушкой? Перед лохматой девушкой? Перед умной девушкой? Что не так с Грейнджер? Елена только пожала плечами: она не знала, что сказать. И дело было даже не в непонимании ситуации; отчего-то столь близкое соседство с Поттером сильно выбивало из колеи. Знакомо, не правда ли? Давай, теперь чихни, как это было сегодня с утра. — Если хочешь, могу проводить тебя до теплиц, — предложил Гарри, но тут с разных сторон подошли Пэнси и Уизли. Ну почему так невовремя?! — Гарри, что происходит? — недоуменно произнес рыжий, любимым жестом почесав макушку. — Зачем ты с ней разговариваешь? — Тот же вопрос, Форсайт, — нахмурилась Паркинсон. — Зачем ты с ним разговариваешь? А вы похожи больше, чем думаете. Проигнорировав вопрос Уизли, Поттер поднялся со стула, убрал свою тетрадь в сумку и похлопал друга по плечу. — Ещё увидимся, Елена, — он как-то очень естественно кивнул ей, и гриффиндорцы вышли из класса. В кабинете оставалось совсем мало народу. Елена потянулась за собственной сумкой, ожидая повторения вопроса от Паркинсон. Она была уверена, что та так просто эту тему не оставит. — Я всё ещё жду ответа, — тут же напомнила Пэнси, нетерпеливо подёргивая ремешок сумки. — Я видела, как ты поссорила его с Грейнджер; теперь он пытался оскорбить тебя? М-да. О нормальном общении тут явно даже не слышали. — Пэнси, — как можно более терпеливо сказала Елена, поднимаясь на ноги, — я не думаю, что это интересная тема для разговора. Где проходят уроки травологии? Паркинсон посмотрела на неё со смешанным выражением на лице. — В теплицах, — холодно ответила она. Ну и пусть. — Пойдём? — Елена перекинула лямку через плечо. Из кабинета они вышли последними.