101 день

День 23 Проснувшись, я, почему-то, почувствовал легкость. Вчера был хороший день, обошлось даже без ссор. Я, потянувшись, сел на кровать. Телефон завибрировал и я повернул голову в его сторону, нехотя беря его с тумбочки. Оповещение из Твиттера, не очень-то интересно. Мельком взглянул на время, 12:04 Стойте-ка, четыре минуты первого?! Я же.. Я просыпался на минут 40 позже обычно! Дыхание перехватило. Я быстро встал с кровати, надел домашние штаны и вышел из комнаты. -Луи?, - негромко сказал я, оглядываясь. -Ох, ну наконец-то! Я уж думал, ты никогда не встанешь!, - улыбающийся шатен выглянул из кухни. В глазах помутнело, я не смог ничего произнести. -Ты чего? Давай, иди умывайся и за стол, - он оглянул меня и скрылся за стеной кухни. Сразу стало жарко, хоть на мне были одни домашние штаны. Получается, просыпаясь раньше, я могу менять утро? Победная улыбка озарила мое лицо. Я чувствую, что если разберусь в этом, то смогу управлять действиями, поступками и.. может даже, эмоциями людей! Я умылся и быстрым шагом пошел на кухню. -Что на завтрак?, - недоверчиво спросил я. -Омлет, как обычно. Ты чего такой? Что-то стряслось?, - Луи поставил тарелку с завтраком передо мной и сел напротив. Я немного задумался, смотря на стол. -Эй, Земля вызывает Гарри Стайлса!, - он щелкал пальцами перед моим лицом, - Гарри? -А? Я не.. Всё, всё в порядке, Бу, - я попытался улыбнуться как можно достовернее. -М-м-м, ну ладно, - он всё еще с опаской и недоверием проговорил шатен. Мы ели молча, я слышал, как бьется мое сердце. Еще чуть-чуть, и я буду слышать, как переливается кровь в моих венах. -Как спалось?, - спросил я, кладя вилку на тарелку. -Хорошо, а тебе? -Нормально, эм. Ощущенье, что Лу - незнакомец, будто у нас общих тем нет. Луи доел и, взяв мою тарелку, поставил их в раковину. Почему бы не помыть их? - пронеслось у меня в голове. Он улыбнулся мне, подошел сзади и обнял меня со спины. Сразу стало уютно, будто так и должно быть. Но, черт.. -Ты помоешь посуду или я сам.., - как бы не договаривая фразу сказал Луи, утыкаясь носом мне в щеку. Я улыбнулся, его дыхание щекотало меня. -М-м, давай я?, - если бы он готов был помыть посуду сам - не предложил бы мне. Встал со стула, освобождаясь от его объятий и подхожу к раковине. Через пару секунд чувствую его руки на своем животе. -М?, - вопросительно промычал я, думаю, что он хотел что-то спросить или добавить. -Все хорошо, - он шумно выдохнул и уткнулся носом мне куда-то в лопатку. Мое сердце билось с бешенной скоростью, будто я только что пробежал марафон. Почему он вообще такой нежный? Нет, я не имею в виду, что мне это не нравится, но это заставляет меня нервничать и посылает мелкую дрожь по всему телу. Он молчал, он сопел слишком сильно, казалось, что он уснул стоя. Я домыл посуду и, ставя последнюю вилку в сушку, выключил воду и вытер руки. Облокотившись руками по обе стороны от раковины, я выдохнул, борясь с нервозностью. Луи отпускать меня, по всей видимости, не хотел, и мы стояли так минуты три, после чего время остановилось. Его дыхание казалось бесконечным, непрерывным, он сопел, прижавшись щекой к моей лопатке. Я услышал его "люблю тебя" в пустоту, будто я не должен слышать этого, и что это вообще предназначено не для меня. -Луи?, - сказал я, не зная, что говорить дальше, оставляя мою незаконченную фразу висеть в воздухе между нами. Я чувствовал уединение, будто мы вернулись в прошлое, и Луи - все тот же Луи, тот парень в красных штанах и подтяжках. Грустно выдохнул, понимая, что это не так. Он глухо промычал куда-то влево, и я почувствовал лишь вибрацию, которую он издал, выдавливая звук. Несколько секунд молчания, я сказал: -Я пойду, оденусь, - я положил свои руки на его, собираясь убрать их, но Луи крепко их сжал, не причиняя мне боли. -Ты любишь меня?, - спросил он, и его голос стал четче. Он выпрямил шею, смотря прямо на мой затылок, ожидая ответа. -Что?, - я не был ошарашен вопросом, сначала показалось, что он вообще неуместен сейчас, но потом понял, к чему он ведет. Он понял, что я услышал его "люблю", адресованное мне, но я не дал ответа, поэтому он, может, насторожился. Луи развернул меня лицом к себе, я пытался угадать его эмоции раньше, чем увижу его лицо, но не одна из догадок не совпала с реальностью. Его лицо не выражало, одним словом, ничего. Ничего, понимаете? Он не услышал от любимого человека ответное "люблю", может, он взволнован по этому поводу, но его чертово лицо ничего не выражает! -Гарри, ты любишь меня?, - его голос звучал тише и мягче, будто он вывел каждую букву в своей голове. Мне показалось, что его действительно это волнует. Я невольно улыбнулся. -Это смешно? Я сказал что-то смешное сейчас?, - его постепенно охватывала тревога в то время, как я начал хихикать. -Прости, прости. Я люблю тебя, Лу. Очень-очень, - я поцеловал его в нос и обвил руками его шею. Я, черт, не знаю, что происходит. Будто я сошел с ума и нахожусь в собственном мирке, где все доброе и хорошее. Ставлю десять баксов, если я выгляну в окно, там пролетить единорог! День 24 Я проснулся с мыслью, что хочу снова оказаться прижатым щекой к асфальту. Только не с самого утра, прожить день и подытожить его смертью. Я бы хотел видеть лицо Луи в этот момент - обреченное и обеспокоенное. Хочу видеть, как он чувствует себя, когда его дальнейшую жизнь определяет один мой шаг. Я хочу видеть. -Гарри, сколько можно?, - каким образом я могу просыпаться с разное время?, - Парни... -...Уже у дома, ты когда-нибудь встанешь?, - договаривая за него я встал с кровати. -Откуда ты.. Ладно, не важно, быстро собирайся!, - все так же зло произнес Луи и удалился. С каждым его похабным словом мое желание видеть боль на его лице, когда я стою на подоконнике у открытого окна, растет все больше. Быстро встав и одевшись я пошел умываться. Через пару минут услышал голос Найла: -Хэй, куд­ряшка, ты го­тов?, - черт, он сказал это раз 10! -Ты что, Найл, забыл, кто такой Гарри Ста.. -Замолчи!, - я прервал Луи, резко распахнув дверь ванны. -Не психуй, кудрявый, - с намеком (на то, что я психопат) сказал Луи. Я рыкнул. -Ты чего? Настроение плохое?, - спросил Лиам, пока мы спускались к машине. -Наверно, - злобно произнес я, злясь больше на всю эту ситуацию, чем на кого-то из парней. -Расслабься, чувак, все хорошо, - Ли улыбнулся и потрепал мои кудри.

***

Я не знал, как привлечь внимание Луи, чтоб он видел, как я прыгаю (В общем, я решил не мудрить и снова спрыгнуть из окна, потому что любые другие способы влекли за собой предсмертные муки). Я открыл окно и смотрел на улицу, облокотившись на подоконник. Услышав тихое шарканье, я насторожился. -Гарри?, - голос Луи, усталый и немного раздраженный, звал меня за закрытой мною дверью (не запертой на замок, если что). -Гарри, мы можем поговорить?, - голос раздался еще раз, громче, чем в первый раз. Я быстро встал на подоконник, сделав маленький шаг к оконной раме. -Гарри!, - он подергал ручку и, наконец, открыл дверь. Я глубоко вдохнул. Когда Луи увидел меня, он выпучил глаза. Он молчал секунд пять, прежде чем прошептал: -Что ты делаешь?, - шепот оказался достаточно громким, чтобы я смог расслышать. Я молчал, смотря на него. Я видел, как он напрыгается и не сводит с меня взгляд. -А как ты думаешь?, - так же тихо спросил я. Я думал, что он скажет, но он лишь открыл рот. Он выдохнул, дрожа. Я мог заметить, как его глаза слезятся. Да неужели? -Гарри, не надо, - его голос дрожал, а глаза так же упорно смотрели на меня. Он говорил так же тихо, будто боясь спугнуть меня, - Ты слышишь? Не смей, - сказал он жестче, будто я в чем-то виноват. -Даже когда я готов выпрыгнуть из окна, ты смеешь запрещать мне что-то?, - грубо спросил я, - Ни капли совести, Томмо. Ты не подумал, что это все из-за тебя? В какой-то степени, это было из-за него. Да, я люблю его, но он ужасен, просто кошмарный! Я просто.. Просто хочу начать эту чертову субботу заново. Я отвернулся к улице, собираясь спрыгнуть, как услышал его, более похожий на крик, голос: -Выходи за меня! Я опешил. Сердце подскочило к горлу, дыхание перехватило. -Что?, - я переспросил, поворачиваясь на пятках. Он кашлянул и повторил: -Гарри, ты выйдешь за меня? -Если ты делаешь это только потому, что я... -Нет!, - он запротестовал, - У меня.., - он полез куда-то в ящик стола, доставая бархатную коробочку, - У меня есть кольцо. Я шумно выдохнул. -Я хотел сделать тебе предложение чуть позже, может, на следующей неделе, я посоветовался с парнями! Гарри, черт, пожалуйста, слезь!, - я увидел, что он начал плакать и захлебываться. Черт, я довел его тем, что он довел меня. Я сел на подоконник и спрыгнул на пол, подойдя к Лу. Он быстро преодолел расстояние между нами и сжал меня, всхлипывая в мою футболку. Я обнял его за шею, приглаживая волосы и пытаясь успокоить. Я зажмурил глаза, всерьез думая над предложением, и выдохнул в его кофту. -Да, - сказал я ему на ухо, целуя. -Что?, - он отстранился от меня, смотря мне в глаза. Я улыбнулся. -Я согласен, Лу. День 25 Настроение было самое лучшее за последний месяц. Как только я проснулся, сразу вспомнил, что Луи, черт, предложил мне стать его мужем! Я думал.. Я верил, что это сделаю я. Что я предложу ему прожить долгую жизнь вдвоем и носить кольца на руках. Я успел выйти из комнаты до того, как Лу будет орать на меня. Следовательно, я проснулся чуть раньше обычного. Умылся и прошмыгнул на кухню, увидев там Луи. Он мыл посуду, стоя спиной ко мне, и я подошел к нему сзади, обняв. Он вскрикнул от неожиданности. -Гарри, ты что! Я тебя сто раз будил, мы уже опаздываем!, - он поставил тарелку в сушку и собирался, наверно, развернуться, но я не дал. Солнце освещало всю комнату, я стоял босой, в одной футболке и трусах на кухне, прижимая Луи к столешнице. -М-м, Луи, как же я хочу стать твоим мужем.., - протянул я, улыбаясь и обнимая Луи со спины. Он напрягся. -Правда?, - он точно не верил. -Ага, - я мечтательно выдохнул. Мы немного помолчали, Луи был под напряжением. -Гарри, я.., - я сразу же понял, о чем он, и подхватил: -Кольцо лежим в ящике стола, в нашей комнате, да?, - я отпустил его, пятясь. -Д-да, но.. Откуда?, - он ухмыльнулся и развел руками. -Откуда я знаю?, - шатен кивнул. -А я этого не знаю, - игриво сказал я, задом приближаясь к комнате. Луи пошел за мной. -Хазза, - он улыбнулся вновь, хихикая. Я подошел к окну. Он встал прямо напротив, оставляя между нами дистанцию. -Ну и.., - сказал я, надеясь, что он продолжит. -Ну и?, - он повторил. -Луи Уильям Томлинсон, ты будешь просить у меня руки и сердца?, - я облокотился на подоконник. -А ты согласишься?, - он наклонил голову и зажмурился. -А ты проверь, - побуждая его, я произнес. Он подошел к столу, взял из ящика коробочку и, сев передо мной на одно колено, сказал: -Гарри, станешь ли ты моим ужасным нервотрепным мужем?, - я почему-то засмущался. -Есть варианты ответов? -Только да, - Луи улыбнулся. -Тогда мне ничего не остается, как сказать.., - Лу поднялся с колена и прервал меня поцелуем, сплетая наши руки. Я отстранился на пару сантиметров: -..да, Лу. Я стану твоим нервотрепом.

***

Парни были в шоке. -Серьезно? Я думал, вы убьете друг друга или что-нибудь подобное! -Нет, правда, вы же любите доводить друг друга! Я держал Луи за талию и улыбался. -Но вообще, - сказал Ли наконец, - вы хорошо подходите друг другу, так что.. Вы молодцы, ребята. Краем глаза я заметил, как Луи заливается краской. Мы все дружно обнялись. День 26 Проснувшись, почувствовал дикую боль в грудной клетке, весь воздух будто выкачали. Я слез (точнее упал) с кровати и подошел к окну, роняя все, что стоит: лампы, бумаги, стул, вещи со стола. Скорее распахнул окно и судорожно вдохнул уличный воздух. -Что такое?, - в комнату вошел Луи. Я не смог ничего ответить, просто дышал, глубоко и размеренно. -Гарри, все нормально?, - он подошел ко мне, положив свою руку мне на спину. -Да, все.., - выдох, - все нормально. Просто плохо стало. -Может таблетку?, - почему он волнуется за меня только тогда, когда мне плохо? -Не надо. -Ладно. Поторопись, мы опаздываем, - он развернулся и ушел. Смотря на открытое окно, прокручивал все в своей голове, каждую деталь. Это никогда не кончится.

***

Во время так называемого спектакля я с точностью до секунды определил, когда Грег скажет те или иные слова. -Когда ты успел выучить всю пьесу, а, Гарри?, - улыбнулся Ли, посмотрев на меня. -Это интуиция, - я ухмыльнулся. На самом деле, я не чувствую себя могучим Зевсом, который может управлять всем. Я тону во всем, что происходит, потому что в половине всех повторяющихся суббот, которые я пережил, происходили действия и ситуации, которыми я совершенно не мог управлять. Даже встав в пять утра и сделав все самому, я не очнусь в воскресенье. Вся моя жалкая жизнь будет состоять из зря прожитых суббот.