Четыре короля

Le Roi est mort, vive le Roi!(фр.) - Король умер, да здравствует король! Хриплые вздохи, переходящие в надсадный кашель, разрывали тишину. Король был при смерти, и в этом уже ни у кого не было сомнений. Воздух был пропитан тревогой, страхом, нетерпением, надеждой... Каждому смерть короля сулила что-то свое, но вряд ли бы в замке нашелся хоть один человек, который искренне скорбел бы по монарху. Характер у короля Генриха был тяжелый. Это испытали на себе не только придворные и народ, но и пять сыновей монарха. Жесткий, властный и величественный, таким запомнился Генрих простому люду. Но сейчас, в постели, сгорая от лихорадки, умирал немощный старец. Лицо, когда-то суровое, с печатью благородства на челе, было испещрено морщинами, глаза, пылавшие яростным огнем, потухли. Едва ли что-то в этом старике могло теперь вызвать страх и трепет. У постели короля собрались лишь самые приближенные придворные, остальные же, включая сыновей, были оставлены за дверью. Артур стоял в самом дальнем углу зала, как можно дальше от своих родственников. Сейчас он мог молиться всем богам лишь о том, чтобы старый ублюдок побыстрее отдал концы. В том, что король напоследок сделает подлянку, Артур не сомневался, слишком уж хорошо знал отца. Этот жестокий и беспринципный человек любил охоту и травлю диких зверей, а больше, чем стравливать охотничьих псов, он любил только стравливать собственных детей. Можно не сомневаться, что после смерти короля начнется борьба за престол. А значит, нужно оценить свои шансы на победу и поискать союзников повлиятельнее. От мыслей юного принца отвлек шум. Из спальни короля вышел первый советник, а за ним и священник. У обоих на лицах выражение учтивой скорби, как и полагается по этикету. Хотя, как заметил Артур, советник явно был обеспокоен чем-то. Видимо "подлянка" от папочки все же есть. Между тем, советник откашлялся, после чего громко объявил: - Король умер, но его последней волей стало завещать престол и государство достойнейшему сыну. На секунду в зале повисла мертвая, звенящая тишина. Но буквально через секунду воздух наполнился шепотками, возмущенными криками и руганью. Вместо привычной фразы "король умер, да здравствует король" и объявления наследника, придворные услышали сию очень размытую фразу, и теперь не знали, куда деваться. Всем хотелось сохранить свое высокое положение, но непонятно было, перед кем надо выслуживаться - претендентов было целых пятеро. Определенно, покойный король обладал очень скверным характером. *** Тонкие музыкальные пальцы сжимали кисть, пожалуй, слишком сильно. Искусство каллиграфии требует душевного равновесия и тишины, и если второго у Короля Востока было предостаточно, то равновесие сегодня его душе решило изменить. Мысли перескакивали с одного на другое. Он думал о своих отношениях с братом (хотя хотел бы не вспоминать о нем вовсе), об Иване (слишком часто, чтобы это можно было списать на политику), немного о долге перед своим народом и о воинственном Западе. На периферии сознания кошкой царапало какое-то смутное тревожное чувство. Вздохнув, Ван Яо отложил кисть в сторону и с неодобрением окинул взглядом излишне резкие линии, нарисованные по рисовой бумаге красной тушью. Нет, так дело не пойдет. Надо выпить чаю и успокоиться. Но, стоило ему отложить бумагу в сторону, как с едва слышным звуком отворилась дверь, впуская в комнату принца Кику. Юноша, вежливо поклонившись, выпрямился и теперь взирал на своего венценосного брата нечитаемым взглядом черных глаз. Этот взгляд всегда немного раздражал Яо, потому как прочесть в нем какие-либо эмоции не представлялось возможным. Кику всегда был предельно вежлив, даже слишком. - Я прошу прощения, что потревожил Вас. У меня важные новости, и я поспешил довести их до Вашего сведения. От этого бесцветного голоса веяло прохладой, и Яо с трудом сдержался, чтобы не передернуться. Не хватало еще свою нервозность демонстрировать брату. - Новости? И что же несут нам эти новости, благо или же нет? - Зависит от того, как Вы распорядитесь этой информацией, Ваше Величество, - учтиво отозвался Хонда и тут же, почти без паузы, обронил, - Король Юга ушел в небытие. От неожиданности Яо неловко одернул руку и опрокинул хрустальную чернильницу. Алое пятно расплылось по длинному рукаву королевского одеяния, пачкая желтый шелк с искусной вышивкой. - Вы в последнее время несколько рассеяны. Яо с изумлением посмотрел на Кику. Он так привык, что младший брат не выказывает никаких эмоций, но сейчас... Это определенно был упрек, тщательно замаскированный ширмой вежливости. - И тем не менее, Вы находите время писать этому северянину... Вот! Вот оно. Та самая едкая ирония, что нет-нет, да и проскальзывала в словах Хонды. Ивана он не любил, хотя причина такой неприязни оставался для короля загадкой. - Я думаю, я сам в состоянии решить, чем мне заниматься. Благодарю за своевременно доставленную весть, - совладав с голосом, ответил король Востока. - Прошу прощения. Не смею больше Вас тревожить. И, напоследок бесшумно поклонившись, Хонда вышел, тихо прикрыв за собой дверь. А Яо, по привычке не обращая внимания на брата, погрузился в свои мысли и не заметил, как черный лед в глазах сменили тлеющие угли. *** Родерих, едва получив столь волнительную весть с Юга, решил немедля сообщить об этом кронпринцу Гилберту. Впрочем, искать его Высочество долго не пришлось, он почти все свое время проводил на тренировках и учениях, либо же в военных походах. А потому Эдельштайн не раздумывая направился в казармы. Юноша заметно запыхался и, остановившись перед дверью, поправил немного помявшийся ворот рубашки с рюшами и сбившуюся прическу. Удостоверившись, что его вид соответствует этикету, советник толкнул дверь и вошел в зал, заполненный ликующими людьми. В центре, на возвышенности, сражались двое. Принца можно было заметить издалека: высокий, статный, с взлохмаченными белыми волосами и широким оскалом на губах. От него будто исходила волнами энергия, азарт. "И, как всегда, защитой пренебрег", - отметил про себя Родерих. На Гилберте был самый легкий тренировочный доспех, а на голову шлем он и вовсе не надел. Оппонентом принца был некто в тонкой кольчуге, надетой поверх зеленой рубахи. Лица не было видно из-за шлема, но сражался противник Гилберта уверенно, в движениях его чувствовалась плавность и грация, в то время как принц двигался рвано, агрессивно. - Ваше Высочество! - взволнованно крикнул советник, и Гилберт, обернувшись к Родериху, потерял бдительность, вследствие чего был отправлен в нокаут прицельным ударом ноги. Противник принца, под восторженное улюлюканье солдат, снял с головы шлем. По плечам рассыпались тяжелые каштановые кудри. - Лизавета! - от возмущения Родерих даже не нашелся, что сказать, но, оправившись, сверкнул глазами за стеклами очков. - Ты же леди! - Ну-ну, не будь занудой, Родя, - ухмыльнулся Байлшмидт, фамильярно похлопывая шатена по плечу. - единственная леди у нас тут явно не Лизхен. - Очень смешно, - чопорно отозвался советник. - Я к вам с важной новостью. Король Юга скоропостижно скончался, но наследника не выбрал. - Да ты что? Неужто старый пес отдал концы, а наследничка не назначил? Хах! За это надо выпить! - Гилберт довольно осклабился и, повернувшись к притихшим солдатам, крикнул: - Эй, вы все слышали? Давайте отпразднуем это! - Они же перебьют друг друга! - отозвалась Хедервари, отвесив принцу смачный подзатыльник. - Вот именно! Пусть грызут друг другу глотки, а тех, кто останется в живых, мы добьем. Юг наш! - Придержи коней, Величество, - нахмурилась Лизавета. - Сомневаюсь, что кто-то из них отдаст нам свои земли так просто. Я знаю старшего из принцев, Скотта. Он очень сильный воин. - Один в поле не воин. У старикана было пять детей. Многовато для одного трона. Они все просто растащат королевство по кускам. А там уж мы им поможем, - Гилберт мысленно предвкушал свою победу над ненавистным Югом и, выстраивая в уме стратегию боя против южан, удалился из зала своей отточенной военной походкой. - Мне бы его энтузиазм, - немного смущенно улыбнулась Лизавета, убирая за ухо выбившуюся прядь. Почему-то в присутствии Родериха она всегда ощущала себя неловко. Как будто весь его опрятный вид был в укор ее совсем неженственному характеру. Родерих почтительно поклонился ей, немного неодобрительно скользнув взглядом по мужским штанам, рубахе и тяжелым солдатским сапогам, после чего направился вслед за неспокойным наследником престола. ***