Четыре короля

Холодный, пронизывающий ветер и ослепительно-белый снег. Непроходимые леса, хранящие в своих недрах драгоценные лечебные травы, и чистейшие озера. Огромные, бронированные медведи и ручные тигры - смертельно опасные хищники, которые, однако, подчинялись своим хозяевам так, будто были домашними. И, наконец, люди. Все как один, высокие, статные, с бледной, не обласканной солнцем кожей и светлыми, ледяными глазами. Они вселяли страх одним лишь своим видом в жителей южных земель. Молодой король был, казалось, самим воплощение слова "Север". Возвышающийся даже среди своих рослых собратьев, с тонкими чертами лица и пронизывающим взглядом странных, сиреневых глаз. Светлые волосы имели необычный, сероватый оттенок, будто припорошенные пеплом. Люди с Запада и Юга считали северян варварами, жестокими и безжалостными. Отчасти это было так. Север хранил верность давним традициям - здесь поклонялись Старым Богам. А боги эти, как известно, редко бывали милосердными и требовали жестоко карать преступников и предателей. Последних особенно. "Мы верны своим", - те слова, которые северяне с гордостью произносят, глядя на людей из других краев. Только Север знает, золото - ничто. Единственная цена, которая стоит того, чтобы ее уплатили - кровь. Иван восседал на каменном троне, чувствуя как холод пробирается даже сквозь добротную одежду, рассчитанную на суровые зимы. А Зима на Севере - это три четверти года. Сам трон, этот символ власти, был целиком высечен из куска скалы и никогда не был удобным. В этом был особый, сакральный смысл. Власть - это тяжкое бремя, не расслабляйся в объятьях уюта, не теряй бдительности. А когда придет время - без сожалений уступи свое место достойному. На Севере всегда было спокойно. Дворцовые перевороты - это для Юга, Запада, может, даже Востока. Но не для этих краев. Король избран богами. А потому никто и никогда не будет оспаривать его право на престол. Эта ответственность давила на него, затягивалась вокруг горла колючей удавкой. Действительно ли он имел право на этот трон? Сможет ли он защитить страну? "Как бы там ни было, но я должен сделать все возможное, дабы спасти свою страну от Ордынской Империи". Одно лишь воспоминание о последней встрече с Улусом, ордынским ханом, вызывало в душе липкое чувство, похожее на помесь страха и гнева. Страх к этому человеку поселился в душе давно, еще с самого детства, и он всегда шел рука об руку с яростью. Он терпел слишком долго. Нет, его народ терпел. Пора разорвать этот рабский ошейник. "Но не сменю ли я одно рабство на другое?" Ответом ему, как всегда, была звенящая тишина. Словно вторя его мыслям, на стене с холодным упреком пылал магическим огнем девиз севера: "Свобода или смерть" *** Гилберт, от усердия высунув кончик языка, пытался написать дипломатическое письмо Королю Севера. На самом деле письмо имело куда более личный характер, чем хотелось бы Гилу. Ему вообще было довольно проблематично завуалировать свои намерения, ибо кронпринц, по сути своей, был человеком крайне прямолинейным. Настолько, что порой эта черта его характера походила на грубость. "А, ладно. И так сойдет. Все равно Родя отредактирует", - беспечно подумал наследник престола. Бумажная работа ему всегда была в тягость, как, в прочем, и самому Королю. Последнее время Фридрих слишком уж настойчиво пытался вытащить Гилберта из казарм и отправить на балы и светские мероприятия. Разговоры о свадьбе хотя и не велись, но сами намеки, которые король давал сыну, были предельно ясны. "Вот же старый хрен! Ишь чего удумал. Трон уступать не хочет! Старый уже, пора и на покой. Уступить место мне, молодому и перспективному. Так нет же! Решил меня какой-то бабенке сплавить!" На самом деле, "бабенок" среди аристократов был дефицит, а вот юношей куда больше. А в среде аристократов подобные браки были абсолютной нормой. Но Фридрих упорно старался найти Гилберту именно женщину. Расчет был прост как табуретка. Король давно понял, что от излишне амбициозного сына жди беды. Слишком уж Гилберт напоминал Фридриху его самого в юности. Уходить на покой король не собирался в ближайшие лет двести, а потому здраво рассудил, что будет лучше направить пыл сына в более безопасное русло. "Пусть лучше в постели резвится, чем на поле боя. А то такими темпами моргнуть не успеешь, а он уже корону напялил". Женщин же Король выбирал по одной простой причине: супруг-мужчина мог стать лишним союзником. Светские же дамы были донельзя избалованны и даже не знали, с какой стороны подойти к луку и стрелам. Исключением были северяне. Среди этих варваров воинами были все, независимо от пола. Да и характерец у них... Елизавета же была для короля неприятным исключением. Преданная его сыну, великолепный воин. Эта женщина безусловно представляла угрозу. По счастью, жениться на ней Гилберт не спешил. Подозревать же в революционных настроениях Людвига, по мнению короля, было глупо. Младший принц был пока слишком юн, да и лишен амбиций брата. Вежливый, пунктуальный, привыкший беспрекословно подчинятся и тяготеющий не к политике, а к военному делу, младший принц явно не был заинтересован в троне. Единственное, чего Фридрих не учел, это очевидную преданность Людвига идеям своего брата. По сути, именно Людвиг и Родерих были единственными, кто сдерживал кронпринца от необдуманных поступков. Таких, например, как государственный переворот. *** Огонь, полыхающий в камине, отбрасывал яркие блики на стены и лица людей. Он был единственным источником света, не считая пары свечей на столе, и это придавало атмосфере какой-то интимности. Франциск лениво раскинулся на софе. В одной руке он держал изящный хрустальный бокал с рубиново-алым вином. Взгляд его неотрывно следовал за рыжеволосым мужчиной. Это был не кто иной как принц Скотт, старший из сыновей почившего уже короля Юга. Скотт расслабленность Франциска не разделял. Густые брови нахмурены, лицо выражает сосредоточенность. Вся его мощная фигура источала не то злость, не то тревогу. - Ну, Скотти, успокойся. Чего переполошился. Все же нормально... - Нормально? Вот это ты называешь нормально?! - прорычал Скотт. - Я знал, что старикан напоследок выкинет что-нибудь, но такое... - Тебе чего беспокоиться? Ты законный наследник, - фыркнул блондин. - Как и Артур. Как и любой из нас пятерых, - принц устало опустился на софу рядом с другом и недовольно отмахнулся, когда тот попытался его обнять. - Вот именно. Из пятерых. Так почему ты думаешь только об Артуре? - промурлыкал Бонфуа, изящным движением откидывая со лба вьющиеся пряди волос. - Потому что он самый опасный, - хмуро отозвался Скотт. - А то ты не знаешь, какая он змея. - Милый, у тебя паранойя. У Артура нет ничего. Он младший, при дворе его не сильно любят, сам знаешь почему. Откуда ему союзников брать? Армия на твоей стороне. - Все не так просто. Я знаю, есть те, кто готов его поддержать. Они просто осторожничают и не обнаруживают своего присутствия до поры до времени. И еще эта его магия... - Керкленд нервно взъерошил и без того растрепанные рыжие волосы. Франциск, хмыкнув подсел еще ближе, и томно прошептал на ухо принцу: - Есть и другой способ избавиться от конкурента в его лице. Рыжий резко повернулся к другу и нахмурился: - Ты что задумал? - его зеленые глаза потемнели. - Я не буду убивать собственного брата. - О, пресвятая дева! Скотт, ну кто вообще говорит об убийстве? Я вообще-то совсем про другое, - Франциск усмехнулся. - Ты помнишь, о чем мы с тобой говорили до этого? - Тц! Все никак не угомонишься? Мало по роже получал? - ехидно отозвался принц. - Тебе это выгодно. Сам подумай, Артур потеряет возможность наследовать престол, ты укрепишь связи между Королевством Юга и моим княжеством. И братик пристроен. Все счастливы и довольны, - Франц сразу растерял все свое веселье. О своих поражениях он не любил вспоминать. - Ага, все. Разбежался. Артур ни за что не согласится, - Скотт уже всерьез задумался над предложением Франциска. Что ни говори, а перспектива заманчивая. - Да кто его спрашивает? Побесится и перестанет. Уж я сумею его обуздать, - Франц весело подмигнул Скотту. - Значит, плохо ты знаешь его характер. Он же мелкий, вредный и до жути упрямый. На кой он тебе вообще сдался? - Характер у него, конечно, омерзительный, но мне даже нравится. Такое разнообразие после всех этих слащавых юношей... - Блондин пожал плечами. - Нет розы без шипов, друг мой. Ну так что? - Черт с тобой. Забирай мелкого. Но только чтоб без насилия, - мужчина чуть нахмурился. Голос совести противно вещал, что продавать брата как вещь - недостойный поступок, но злость на Артура была сильнее. - Вот и славненько! Тогда сию радостную весть я сообщу ему сам, если позволишь, - почти пропел Франциск. - Ну иди. Если жив останешься, приходи, еще выпьем. Но герцог французский уже скрылся, оставив Скотта в одиночестве осознавать, на что он только что подписался. *** Нифига не бечено :( Потыкайте в публичку, если что. А еще я решила для удобства разбить фанфик на арки(по 20 с лишкой глав), коих планируется три) Интриги нарастают :D