Still Here.

Прошлое — коварная штука. Иногда оно оставляет неизгладимый след, а иногда окутано мягкими и легкими воспоминаниями. Но если погрузиться во мрак слишком глубоко — кто знает, каких чудовищ ты там пробудишь?

      Музыка в моих наушниках давила на барабанные, и я чуть убавила звук. Погода сегодня особо не радовала — снова лил дождь. Этой ночью я не сомкнула глаз, мне было слишком страшно. И поэтому Максим пригласил меня переночевать к нему. Недолго колеблясь, я согласилась. Но в этом доме я точно на ночь бы не осталась. Так еще и все дневники Эшли пропали, которые, возможно, привели бы к ее убийце. Ведь Эшли никому ничего не рассказывала и только с дневником она делилась своими тайнами. Я даже не знаю, почему солгала этим копам. Если бы они реально нашли эти дневники, то это могло бы привести к убийце. Но что-то внутри подсказывало мне, что сейчас я должна молчать. — Не хочешь кофе?       Я обернулась. Максим стоял в дверном проеме, облокотившись на косяк. Его руки лежали в карманах широких штанов, а наверху белая футболка, которая чуть очеркивала его пресс. Он внимательно смотрел на меня. Конечно, ведь на мне была его футболка, которая всего лишь на несколько сантиметров ниже бедра. Так как мы буквально выбежали из дома, ибо я ни на минуту не хотела там оставаться. — Нет, спасибо.       Я одернула футболку, чем вызвала ухмылку на губах парня. Он медленно подошел ко мне, а когда до меня оставался лишь шаг, то остановился и облизнулся. — Пропали же не деньги? — поинтересовался он. — Да, — признала я и опустила глаза. — Дневники Эшли, которые могли бы привести к убийце. И, возможно, еще одна вещь. — Как думаешь, кто бы это мог быть? — Может, тот человек, называющий себя "Э"? — пожала плечами я и снова посмотрела на Максима. Он слишком пристально смотрел на меня. — Откуда ты знаешь мое прозвище? — он явно колебался с ответом. — Ты же ведь не впервые здесь, так? — Прости, что не сказал сразу, — тихо произнес Макс, а глаза его погрустнели. — Помнишь, я говорил, что был связан с наркотиками? — спросил он, и я кивнула. — Мы встретились с Эшли летом. Я продал ей немного, — он тяжело вздохнул. — Но одной встречей дело не закончилось. Мы встречались месяц, а потом она резко пропала. Я, конечно, видел ее в городе, но Эшли даже разговаривать со мной не хотела. Причины я не знал. А о тебе узнал по ее рассказам и по фото. — Максим подошел к тумбочке и достал из ящичка коробочку. Внутри оказалось множество фотографий меня и Эшли. — Тогда ты уже похудела, — усмехнулся он, рассматривая мое фото в купальнике. Я закатила глаза. — Лето было отличным.       И тут в меня как молния ударила. Я отшатнулась. — Ты врешь мне! Откуда ты узнал обо мне? — закричала я. — Я сказал тебе правду! — вскочил он с кровати и метнулся ко мне. Но я лишь оттолкнула его. — Эшли пропала перед летом десятого класса, а ты якобы говоришь, что встречался с ней месяц! Она уже была в розыске! — я толкнула его в грудь еще сильнее, и Макс пошатнулся. Его глаза округлились. — Могу поклясться тебе, что не вру! — он схватил меня за плечи и потряс пару раз. — Она рассказывала все о тебе. Она показывала фото. Откуда, по-твоему, я знаю твое прозвище, а? И в конце концов, я спал с ней, — уже тише выдал парень. Я прикрыла глаза и досчитала до десяти. — Я не вру тебе, — он отпустил меня. — Она была здесь? Она была здесь, в Рейвенсвуде? — мой голос сорвался от крика. — Да.       Я медленно, будто падая, опустилась на стул. С глаз текли слезы, а в сердце с каждым ударом разгоралась злость. Она отдыхала, пока все искали ее и лили слезы по ночам! — Если бы она знала, сколько я страдала тогда. Сколько слез пролила и сколько я ее искала. А она развлекалась и спала с тобой — в духе Эшли. Я никогда за это ее не прощу. — Она мертва, — прошептал Максим. — Тем хуже, — я утерла слезы и подняла глаза на Макса. — Прости. Я, наверное, доставила тебе слишком много хлопот. Нужно идти.       Встав со стула, я направилась в ванную, где находилась моя одежда, но мне даже из комнаты выйти не дали. Максим дернул меня за руку и развернул к себе. А потом... поцеловал. Одной рукой держал меня за руку, а другой за подбородок и грубо, даже жестоко целовал. Затем и вовсе обхватил мое лицо двумя руками и проник языком в мой рот. Я чуть ли не задыхалась от его порыва и уперлась руками в плечи Максима. Да я даже сопротивляться не могла! И не хотела вовсе...       Вдруг Макс отстранился и заглянул в мои глаза. — Твою мать, Морозов. Это мой первый поцелуй, ты хоть помягче. — Прости, — мягко улыбнулся парень и потянул меня к кушетке.       Сначала сел сам, а потом утянул меня на колени. Я томно вздохнула и посмотрела в изумрудные глаза Максима. Потом провела по его щеке и поцеловала в губы. Совсем легко, даже по-детски. Макс улыбнулся и чуть прикрыл глаза. — Давай начнем все заново? — вкрадчиво произнес он. — Меня зовут Максим Морозов и я из России. — У Вас ужасный акцент! — подметила я. — А я Елизавета Виноградова и я из России.       А потом он снова поцеловал меня. Нежно, мягко, трепетно. Его пухлые губы буквально обсасывали мои, а нижнюю он изредка покусывал. Я чуть их приоткрыла, впуская его язык. Потом обняла за шею и еще ближе придвинулась. Этот поцелуй не был таким, как предыдущий. Теперь он стал менее агрессивным и напористым, а наоборот, нежным и легким. Максим отстранился на секунду, но мне хватило того, чтобы припасть самой к его губам и уже самой покусывать их. Но тут же проводила по ним языком, чтобы не оставлять пылающего жара. — Господи, Виноградова. Это точной твой первый поцелуй? — спросил он. Я усмехнулась и провела по щеке Максима. — Ты быстро учишься. Надо почаще проводить с тобой уроки. — Если поможешь мне разобрать весь бардак в моем доме, то я подумаю о занятии, — подмигнула я. — Тогда я весь твой, — прошептал Максим, снова примыкая к моим губам.

***

      Я возвращалась домой с не особым рвением, а открывала замок так вообще — трясущими руками. Мне казалось, что там еще было присутствие этого маньяка, которому понадобились дневники Эшли. Меня затрясло, когда дверь со скрипом открылась. Максим вошел первым и решил проверить второй этаж. Этот маньяк явно больше не навещал меня, и моя душа от части успокоилась. Разобрались мы только под вечер. Убрали все осколки и выкинули испорченные вещи. Макс починил кровать. Я убралась в доме и проверила, все ли замки работают. А потом я вспомнила, что мне еще бежать в участок надо. Максим вызвался остаться в доме и закончить проверку.       В участке я снова встретилась с этим обворожительным копом — Грейсоном. Его глаза буквально прожирали меня насквозь. Что во мне такого он видел? Убийцу Эшли? Не знаю, но взгляд у него был такой, что я вздрагивала, как только он смотрел на меня. Допрос был самым обыкновенным. Когда познакомились, какие были отношения, были ли у Эшли враги. За этот допрос я вспомнила столько, сколько не вспоминала за то лето, когда был первый допрос. Это был насколько ужасный тип, этот Грейсон, что мой мозг как будто сам подчинялся этому мужику с ужасным одеколоном. Когда наконец допрос был окончен, то я выбежала из полицейского участка. И даже по пути домой жуткий взгляд Грейсона всплывал в памяти.       Вдруг мой телефон завибрировал, и я остановилась на полпути. Но, слава Богу, это был Максим. Он написал, что его родители приехали и позвали на семейный ужин. Конечно же, я огорчилась, так еще и домой было страшно возвращаться. Уже вечер, темно. А я одна в доме. Наводит страх, однако.       Я дошла до дома, то и дело оглядываясь по сторонам, но в округе были только парочки и бабульки. Открыв дверь, я тут же ее захлопнула уже на четыре замка, которые сделал Максим. Вот что что, а Макс мастер на все руки. Кинув сумку, я будто прислушалась к тишине. Убедившись, что в доме никого нет, бросила сумку на пол, достала телефон. Прошла на кухню и разогрела два куска пиццы, так как вчера и сегодня я ничего не успела приготовить. Конечно, этим я не наемся, но выхода больше нет. На кафе денег не имею, мне бы оплатить счета и на питание, так что речи о походах в рестораны и быть не может. Хотя мне так хотелось бы поесть курочки в "Greel`s". Расправившись с пиццей, я приняла ванную и уже готовилась ко сну, как в дверь позвонили. Схватив телефон с тумбочки, я побежала вниз. Посмотрела в глазок и сильно удивилась. Открыла дверь и увидела на пороге своего дома Тоби Кавана. Вид его явно не предвещал ничего хорошего: губа разбита, а взгляд напоминал забитого котенка. Я поежилась и посильнее затянула халат. — Тоби? Что-то случилось? — встревоженно спросила я. — Можно войти? — Проходи.       Ну не захлопывать мне дверь перед его носом? Тем более, он плоховато выглядел. — Что-то случилось? — я снова закрыла дверь, но только уже на один замок.       Тоби прошел на кухню и снял куртку. На его руках красовались синяки. Раскрыв рот от удивления, я потянулась к аптечке и вытянула оттуда бинты, вату и перекись, поставила все перед парнем и заварила чай. — Кто тебя так? И почему же ты пришел именно ко мне? — Это Дженсон и пришел я к тебе, потому что думаю, что ты заинтересуешься этим, — прикладывая вату к губе, прошипел он и протянул мне справку.       Я развернула листок и увидела заключение о смерти Эшли. Мои глаза расширились от ужаса. — Смерть Эшли поступила от удара по голове, как и сказано в заключении, но именно в этой справке написано, что, когда Эшли закапывали, она была жива, так как была найдена земля в легких. И еще, под ногтями и на кофте ДНК потенциального убийцы, — он сглотнул и продолжил. — Дженсон хотел скрыть этот документ. Как думаешь, почему? — усмехнулся, но тут же поморщился от боли парень. — Дженсон не мог! Он ее брат в конце концов! — воскликнула я, разливая чай по кружкам и протягивая одну Тоби. — Допустим, это не он. Но значит, Дженсон покрывает кого-то другого. Как видишь — это ему важно, — указывая на свои синяки, произнес Тоби. — Я оставлю этот листок у тебя, но смотри, чтобы Дженсон ни в коем случае его не увидел. — Хорошо. Почему ты решил принести эту справку мне, но не в полицию? — Ты подружка Эшли, да и я знаю, как ты пыталась найти виновного и добивалась хоть чего-то от полиции, — улыбнулся Тоби. Я впервые видела улыбку на лице парня. — Спасибо, — он положил вату и бутылочку обратно в аптечку и принялся одевать куртку. — Я сохраню документ. И да, тебе тоже спасибо.       Мы обменялись улыбками и поспешили ко входу. Я открыла дверь и на пороге увидела Максима. Он улыбался, но улыбка тут же исчезла с его лица, потому что я улыбалась не ему, а Тоби. М-да, первый день отношений, а ко мне уже парни заглядывают. — Привет, Морозов, — бросил Тоби. — И пока, Лиза. — Он вышел за дверь. — Я все объясню! — пропищала я, закрывая дверь за Максимом. — Постарайся.

***

— И какого лешего здесь делал Тоби Кавана? — зло прорычал парень, снимая куртку и обувь. — Он заявился ко мне весь побитый, а мне что, надо было дверь перед его носом закрыть? — О, да я смотрю, ты ему помощь не только медицинскую оказывала, — указывая на чашки на столе, ухмыльнулся Максим. — Это просто чай и мы с Тоби даже не друзья! — воскликнула я, слегка разозлившись. — Что за дурацкие придирки? И ты ревнуешь, что ли?.. — Да ты видела, как он тебе улыбался? Не заявись бы я, то обнял бы тебя. Как пить дать, он тебя обнял! А еще и пару комплиментов прошептал!       Речь Максима вызвала у меня смех. Я прикрыла рот рукой, чтобы этого не показывать. Но парень, кажется, заметил. — Ты смеешься, что ли? — удивился он. Его брови взлетели вверх, а я рассмеялась еще пуще и этого уже не скрывала. — Максим, что за дурацкие доводы? Никто не собирался меня обнимать и шептать пару комплиментов, — подмигнула я и подошла к Максиму. Обняла его за талию. Парень же оставался неприступным. — Ну Макси-и-им, — промычала я. Снова ничего. Тогда я отстранилась от парня и поспешила убрать аптечку и кружки со стола. — Зачем ты приходил-то? — поинтересовалась я, даже не поворачиваясь к нему лицом. — Прости.       Сильные руки обняли меня сзади. Макс поцеловал меня в шею и уткнулся носом. Кажется, я тут же растаяла. Улыбнулась, но виду не подала. — Просто не хочу видеть тебя с кем-то другим. Тем более, у тебя дома, — сказал парень сердито, и я хихикнула. — Значит, ты у нас собственник, — повернувшись к нему, лукаво подметила я. Потом обхватила лицо парня руками и поцеловала в губы. Максим прикрыл глаза в ожидании чего-то большего, но я продолжать пока не собиралась. — И все? А как же урок? — подмигнув, спросил он. Я тихо рассмеялась. — Я помог тебе с домом, а ты обещала, что, если...       Вдруг раздался звон бьющего стекла. Мы отлетели друг от друга, и Макс помчался к выходу во двор, ибо оттуда был слышен звук. — Оставайся здесь! — крикнул Максим. Но я не последовала его совету. Оказалось, что просто было разбито маленькое стеклышко от двери. — Просто какие-то хулиганы, — заключила я. — Тут отлично было видно нас с тобой, — он вышел за дверь и начал наблюдать за кухней. — Может, это не просто хулиганы? — Все, что нужно, уже забрали вчера, а больше ценного у меня ничего нет. Просто мальчишки какие-нибудь. — Уверена? — тихо спросил Максим, указывая на красный отпечаток губ на стекле.       Меня затрясло. Я прошла обратно в кухню и налила из графина полный стакан воды. Мои руки тряслись, сердце билось как бешеное. Этот отпечаток...

Год назад.

— Эшли, пошли быстрее пока нас не заметили! — подзывала я подругу, то и дело оглядываясь по сторонам.       Мы стояли в спальне бывшего парня Эшли — Мартина. Этот парень проиграл ее в карты своему другу. А тот должен был переспать с Эшли этой ночью. Девушку такой расклад не устраивал и она заявилась в дом к Мартину, чтобы отомстить. Эшли громила комнату, что-то ища. Она опрокинула тумбочку с вазой, и та разбилась вдребезги. — Эшли! — воскликнула я.       Подруга даже не взглянула на меня, лишь потянулась к чему-то, что было за тумбочкой. Это был целлофановый пакет с деньгами. Три или четыре пачки долларов с купюрами в сто и пятьдесят. Я провела рукой по волосам, а моя подруга самодовольно ухмыльнулась. Потом кинула пачку мне. Я испуганно ее схватила. — Это его предыдущий выигрыш, — усмехнулась Эшли, доставая из кармана помаду. — Не самое лучшее время для макияжа! — фыркнула я. Подруга нанесла красную помаду на губы, а потом поднесла их к зеркалу. — Я отработаю его долг, но плата будет высока. — Он же убьет тебя! — Тогда пусть становится в очередь.       Я помнила ее ядовитую ухмылку на губах. Помню, как она вынимала деньги из пачки и медленно, самодовольно их считала. Она не боялась Марти, мне кажется, она всеми силами призывала его, манила, злила. Говорят, Эшли и правда отработала карточный долг, но взамен забрала деньги. Марти тогда и правда чуть не убил ее. Ударил пару раз по щеке, орал как резанный. Но я пригрозила вызвать полицию, и парень отстал. Денег там и правда было немало. Эшли отдала мне лишь малую часть, а сама припрятала остальную. Этот Мартин после исчезновения Эшли ходил сам не свой. Злился, огрызался на всех. У него появились ужасные оценки в школе и в конце концов он растерял всех своих друзей. Поэтому парень и свалил из города. — Ты знаешь, кто этот отпечаток мог оставить? — ложа руку на мое плечо, вывел меня из мыслей Макс. — Только один человек, — я вздохнула, — Эшли. Но она мертва, а значит, я не знаю, кто бы это мог быть. — Может, пойдешь отдохнешь? Завтра ведь в школу... к сожалению, — с отвращением добавил Максим. Я усмехнулась. — Тогда пойдем со мной? — Конечно же, я учусь в твоем классе. Если ты не забыла, — закатил глаза парень. — Наверх. Со мной. — Его глаза от удивления округлились. — Но можешь не надеяться на что-то большее, — хихикнула я, затягивая Максима наверх.

***

      Уже две недели прошло с той ночи, а казалось, будто один день. В школе все было как обычно — тесты, проекты, книги, недосыпание. Мое недосыпание. Злосчастный "Э" больше не появлялся, Слава Богу, и я могла вздохнуть спокойно. Хоть на какое-то время. Жизнь текла медленно, размеренно и обычно. Мне нравилась проводить время именно так и я не хотела чего-то другого. Я придерживаюсь одного и вкусы поменять вряд ли смогу. Это как йогурт. Вот тебе нравится один — с шоколадными шариками, а не с хлопьями, и как бы тебе не может он понравиться. Во всяком случае у меня. Сколько ни пробовала разнообразить свою "йогуртовую жизнь", у меня ничего не получалось. Человек я такой. Нравится один йогурт, так и буду его есть. Буду есть до тошноты, но в сторону другого йогурта не посмотрю! Ох, черт. Я сошла с ума.       С Максимом было все немного сложнее. Ему не нравилось то, что я пошла без него в библиотеку. Что ушла домой без него, а ведь он играл в футбол, а меня дома еще и уборка ждала! Мне еще и влетело за то, что я снова разговаривала с Тоби. Но на этот раз парень просто остановил меня поболтать и мимолетом спросил про справку. Тоби оказался хорошим и милым парнем, а все те байки о нем — полнейшая ложь. Еще Максим частенько оставался у меня ночевать. Мы часто смотрели фильмы, готовили и даже пару раз парень помог мне с уборкой. Но ближе, чем поцелуи и обнимашки, я не допускала. Я как бы ему доверяю, но как бы и не особо. Мы еще мало знакомы и я ничего о нем не знаю. Но этот Морозов иногда чертовски милый, а иногда мне хочется его огреть чем-нибудь тяжелым.       Сейчас я ждала этого милашку на трибунах, пока тот наиграется в футбол. Что вы, мне же нельзя уходить, не дождавшись самого Максима Морозова! Хотя чего на него попусту гнать? Пусть играет, а я пока музыку послушаю, так как книгу дома забыла. — Привет, — прозвучал баритон над моим ухом. А потом Дженсон опустился рядом. Я вынула наушники из ушей и взглянула на парня. — Никогда бы не подумал, что тебе нравится футбол. — Он мне до сих пор не нравится, — ответила я, наблюдая за Максимом, чтобы тот в свою очередь ничего не увидел. — Как родители? Я думала, что ты уехал, но ты снова остался. — Я решил остаться жить здесь. — Воу, ну круто, — выдавила улыбку я, смотря в глаза парню. — Так ты Морозова ждешь? — спросил парень. Я кивнула, а Дженсон вздохнул. — Вы быстро с ним спелись. — Тебе разве есть разница? — А если я скажу, что люблю тебя?