Still Here.

      В столовой было слишком шумно, что даже музыка в наушниках меня совершенно не спасала. Я сидела в полном одиночестве, поедая порцию картофеля фри. Почему в одиночестве? Да потому, что мы с Максимом поругались. Все опять произошло по мелочи. Тоби заговорил со мной, я улыбнулась. Потом ушла без него, ибо моя мама названивала мне бесконечно и нас ждал серьезный разговор. Который, кстати, не состоялся. Но ладно уж, все это мелочи. Морозов не остался в долгу и решил мне мстить! Пошел в клуб с командой поддержки и футболистами. Пришел домой, я позвонила ему, ведь в тот вечер мы собирались поужинать. Но услышала только пьяный голос в трубке. На следующий день мы не хило поскандалили и решили расстаться. Да. Вот так быстро и с криками. Все закончилось, так и не успев начаться. Я поплакала, попереживала. Стоило мне прийти в школу, увидеть его довольную морду и руки, которые обнимали девушку за талию, то все мигом прошло! Мне жутко хотелось врезать той темноволосой и ужасно красивой девушке из команды поддержки. М-да, нужно было видеть, как она подпрыгивала и раздвигала свои ноги на фестивале.       И тут, как на зло, Тоби уехал с Дженой на операцию. Возможно, стерва будет видеть.       Вдруг прямо на мой столик облокотилась девушка из поддержки. Я подняла глаза и увидела ту самую девчонку, которую обнимал Максим. Злость и отвращение подступили к горлу, мне казалось, что я сейчас встану и сломаю ей нос. Прикрыв глаза, вынула наушники из ушей. — Ты что-то хотела? — протянула я. — Да, — глупо улыбнулась она, — не хочешь присоединиться к нам? — девушка кивнула на столик.       За этим столиком сидела вся элита, включая и Морозова. Все за столом столом смотрели на меня, перешептывались и смеялись. Кроме Максима. Он сидел, опустив голову. — Серьезно? Я? — Темноволосая закусила губу и кивнула. — Ммм... Нет. — Чего ты так? — произнесла она пискляво. — Я не вхожу в круг "элиты", — я подняла в воздух руки, показывая кавычки. — Да и ваша компания мне неинтересна. — Ты же бывшая девушка Максима, — она придвинулась ко мне, — мы всегда тебе рады. — А ты нынешняя? — Ммм... да.       Я опустила глаза, усмехнулась. — Ну, тогда удачи, — послав ей воздушный поцелуй, я положила в рот картошку фри. — Самое лучшее в наших отношениях — это безумный секс на футбольном поле.       Меня ее слова повергли в ступор. Рот от шока приоткрылся, а пальцы замерли в движении за новой порцией картошки. Мои щеки почему-то покраснели. То ли от стыда, то ли от злости. Ведь прошло лишь две недели, а он уже трахался с новой шлюхой. — Мне-то зачем это говоришь? — прошипела я, постукивая по столу пальцами. — Хотела спросить: спали вы или нет? — девушка положила голову на руку и улыбнулась. — Нет, мы не спали, — я улыбнулась ей в ответ, — а вот ты что-то быстро отдалась.       Девушка в лице тут же переменилась. Ее спина выпрямилась, скулы начали чуть подрагивать от злости. Щеки покраснели. Она встала со стула, привлекая скрипом всеобщее внимание. В столовой мигом наступила тишина. Я сглотнула. Ничего хорошего это не предвещало. — Это не твое дело, милочка, — прошипела она. Мне от ее тона даже смешно стало, и я прикрыла рот рукой. — Тебе смешно? Да? — Боже милостивый, ты-то хоть книги читаешь? Что за речь первоклассника? — По столовой прошелся шум. — Закрой свой рот! — закричала она. Я отклонилась на стуле и сложила на груди руки. — Оу, как грубо! — захихикала я. — Усмири свой пыл, дорогая. — Тебя рот Эшли научила раскрывать? Мм? У нее это отлично получалось, особенно в компании парней.       Меня будто передернуло. Током ударило. Злость за Эшли отдавалась каждым ударом сердца. Кулаки мои сжались, а ноги начали отбивать нервный ритм. — Закрой рот, — сквозь зубы прошипела я. — Что-что? — Ты не посмеешь говорить о Эшли! Ты и ногтя ее не стоишь! — закричала я и вскочила со стула. — Ох, — рассмеялась она, — верная собачка шлюхи что-то...       И тут я не выдержала. Схватила колу и вылила все на эту дрянь. Она завизжала и запрыгала на месте. Кола-то со льдом была. Вот ей не свезло. Стакан выпал из моих рук. В столовой все зашумели, закричали. Из столика элиты уже нагрянули и начали посыпать меня оскорблениями. А потом я почувствовала не хилый толчок и боль в бедре. Меня толкнули, и я упала на пол, через стул. Глаза от боли застелило слезами, я взвизгнула от боли и неожиданности. И вдруг на меня полилась кола. Сверху. Вся элита стояла и лила на меня ледяную колу. Я закричала и попыталась встать, но попытки не увенчались успехом. — Хватит! Что здесь происходит? — завопил голос директора. Все мигом расступились. — Господи!       Миссис Марисон поспешила помочь мне подняться и что-то еще кричала ученикам. Я убрала мокрые и липкие волосы со лба и подняла глаза. В толпе я заметила тревожный взгляд Максима. Он стоял в толпе тех людей, которые только что меня унизили. И он не помог мне. — Тебе нужно в медпункт! — воскликнула женщина, дотрагиваясь до моего плеча. — Оставьте меня все! — заорала я и, подхватывая свою сумку, выбежала из столовой.

***

      Я сидела и рыдала на трибунах стадиона. Подмяла колени под себя и раскачивалась из стороны в сторону. Мои волосы, вся одежда была липкой и мокрой. Представляю, что все тени и тушь поплыли — в зеркало без крика не взглянешь. Бедро невыносимо ныло — видимо, будет огромный синяк. Я чувствовала себя настолько паршиво, что ,казалось, от этой паршивости меня вывернет наизнанку и я блевану собой. Хочу убежать и закрыться ото всех. Хочу уехать отсюда. Сбежать ко всем чертям и не слышать никого, и не видеть. Школа — это самое ужасное место на всей планете. К сожалению, школа учит нас жить в обществе, где никто нас слушать и не станет. Печально, но это реальность. — Лиза? — прозвучал знакомы баритон.       Меня передернуло, я отодвинулась к перилам. Кого-кого, а видеть Максима сейчас я хотела меньше всего. — Я принес воды и полотенце. И тут на следующем уроке будет тренировка, — он опустился рядом со мной. — Можешь оставить все и идти. Твои новые друзья и твоя новая девушка тебя ждут, — всхлипнула я, опуская голову на колени. — Лиз, прости... — Пошел к черту отсюда! — закричала я. — Они унизили меня, а ты даже не прекратил это. Быстро перестроился? — Лиз, я хотел помочь... — Хотел? Ммм... — усмехнулась я, прерывая парня. — Меня держали! Я тут же подбежал к тебе, но этот Гарри держал меня! — вскрикнул он, хватая меня за локоть и дергая на себя. — Прости, слышишь? Прости! — Где-то я уже это слышала, — язвительно протянула я, вырываясь. — Уходи, Максим. Спасибо за воду и полотенце. Откуда ты его вообще достал? — Я отвезу тебя домой, если хочешь? — Максим снова взял меня за руку, но я отстранилась. — Нет, не хочу и не трогай меня руками, которые лапали ту шлюху, — я сделала вид, что сейчас сблюю. — Прекрати, — голос его прозвучал как-то хрипло, виновато даже. — Прекратить? Да я вся в этой гребаной коле! — завопила я. — Да я ждала тебя тогда! Ждала как дура! — вскочила с места и понеслась вниз. Максим за мной. — А ты взял трубку только к часу ночи и был в стельку пьян! — глаза защипало от слез, но я неслась вперед. Перепрыгнула через ограждение и побежала через поле, к дороге. — Оставь меня! Я не хочу тебя видеть! — Лиза, прекрати! Стой! — закричал Морозов. Но я не слушала его, и вдруг...       Остановилась. Прямо возле дороги. Ветер будто насквозь пронизал мои легкие. Они заледенили. Сердце остановилось, и я перестала дышать. Совершенно дышать перестала. На той стороне дороги стояла Эшли. В своих темных джинсах, красном свитере. Ее взгляд был живой. Он был наполнен злостью и ненавистью. — Эшли! — закричала я.       Тут, прямо перед моим носом, проехал автобус. Я закричала. Когда автобус исчез из моего поля зрения, то я надеялась снова увидеть Эшли, но там было пусто. Никого. — Лиза, что ты творишь?! — выкрикнул только что подбежавший Максим. — Оставь меня.       С этими словами я сорвалась с места, и ноги сами меня понесли к Эшли. На кладбище.